Людмила Жукова - Выбираю таран

ТЕРЕХИН НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ (1916–1942)

Старший лейтенант, командир эскадрильи 161-го истребительного авиаполка.

28 июня 1941 года в неравном бою с группой бомбардировщиков Хе-111 над городом Могилевом огнем сбил один самолет, а когда замолчал пулемет, два других самолета за несколько минут боя сразил таранными ударами. Приземлился с парашютом.

8 июля 1941 года Указом Президиума Верховного Совета СССР награжден орденом Ленина.

10 июля угрозой тарана вогнал в землю немецкий «юнкере».

Погиб в воздушном бою 30 декабря 1942 года при невыясненных обстоятельствах.

Награды: орден Ленина, орден Отечественной войны I степени.

После разговора с героем поэт написал балладу «Секрет победы», которая была напечатана в «Красной звезде» 5 августа 1941 года с подзаголовком «Посвящается истребителю Николаю Терехину», в которой были такие строки:

И если уж думать о смерти,То только о смерти врага!

8 июля 1941 года Николай Терехин Указом Президиума Верховного Совета СССР был награжден орденом Ленина. Газета «Правда» в тот же день, «Известия» — на следующий в своих передовых статьях подробно рассказали о его подвиге.

Картина боя по описаниям газет и рассказам очевидцев представляется так.

Два дежурных звена на И-16 поднялись в воздух с аэродрома в Пуховичах, близ Могилева, и взяли курс на запад. Через несколько минут с земли донесся тревожный голос старшины Архипова:

— Истребители! Истребители! Группа бомбёров подходит к аэродрому на высоте 2000 метров! «Хейнкели-111».

Старший лейтенант Терехин развернул группу «ястребков» на обратный курс. Имея преимущество в высоте, они напали на «хейнкелей» сверху, со стороны солнца. Терехин, опытный боец — сражался с японцами на Халхин-Голе в 1939 году, — атаковал, как велит тактика боя, ведущего группы бомбардировщика. «Но пули винтовочного калибра не принесли ему особого вреда», — объясняет причину неудачи фронтовой корреспондент.

А дело было, видимо, в дальности расстояния до противника. Лишь сблизившись с ведущим «хейнкелем», Терехин поджег его, и тот факелом рухнул вниз. Но пулеметы замолчали — заело или кончились патроны? Разбираться некогда. Ясно одно — полет остальных начиненных бомбами стервятников можно теперь остановить лишь тараном.

И Терехин прервал полет второго «хейнкеля» ударом крыла своего И-16 по его хвосту. Этот второй, чадя, понесся к земле.

Помутнело в голове, сотряслась машина. В кабине запахло гарью. Это третий «хейнкель», зайдя сзади, всадил в «ишачок» серию очередей — и замолк. То ли оттого, что тоже кончился боезапас, то ли оттого, что был уверен: советский летчик, если еще жив, выбросится с парашютом из горящей машины.

Конечно, он выбросится, но прежде направит свой пылающий «ястребок» на тебя! Удар!

Три «хейнкеля» вместе с грузом бомб один за другим повалились в болота Полесья. Остальные повернули на запад. Бомбежка была сорвана.

Спускающийся с парашютом Николай Терехин заметил два белых купола, под которыми качались немецкие летчики с подбитых им самолетов, дал знак подбегавшим к нему пехотинцам повернуть к фрицам и сам, приземлившись, с пистолетом в руке побежал к ним. Немецкие летчики подняли руки. С захваченными «языками» Николай Терехин героем дня вернулся в полк.

Что значили для молодых необстрелянных летчиков полка эти три победы комэска на седьмом дне войны, объясняет выписка из донесения штаба 43-й истребительной авиадивизии, в состав которой входил авиаполк: «161-й иап в составе 37 боевых самолетов базируется на аэродроме в Пуховичах…

С 21.6.1941 по 25.6.1941 год полк произвел 250 самолето-вылетов, полком сбито 2 самолета противника».

При 250 боевых вылетах — сбито лишь два вражеских самолета…

То есть «действия русских в первые дни войны превратились в бесконечные и бесполезные вылеты с большим перевесом сил», как позже напишет известный немецкий ас майор Ралль, после войны — один из руководителей ВВС НАТО. Именно эту порочную тактику «бесполезных вылетов с большим перевесом сил» решил сломать старший лейтенант Николай Терехин, вылетевший 28 июня 1941 года на патрулирование всего с двумя ведомыми и с твердым настроем на победу. И — сломал! И — доказал, что сильного врага бить можно и на устаревших «ишачках», используя их хорошую маневренность и скорострельность пулеметов «шкас».

Правы были командиры Липецких высших тактических курсов усовершенствования начальствующего состава, еще в 1938 году давшие ему характеристику:

«Как командир смелый, решительный, инициативный. Требователен к себе и подчиненным. В своих решениях настойчив и проводит их в жизнь. Дисциплинирован отлично.

Личная подготовка: летное дело за короткий период времени освоил на отлично. Стреляет как в воздухе, так и на земле только на отлично. Штурманская подготовка отличная. Летает ночью на самолете И-16 отлично.

Высотой и боевым применением на высоте 9 тысяч метров овладел отлично.

Летает на У-2, Р-5, УТИ-4, И-16. (Вскоре в этот перечень войдут И-15, И-153, в годы войны — новые истребители ЛаГГ-3, МиГ-3 и американский «киттихаук». — Л. Ж.). Умело руководит подчиненными и умело передает свои знания и опыт».

Терехин заразил однополчан победным духом, показав собственным примером, что бить сильного противника даже в неравном бою можно и тогда, когда ты остался безоружным: винт самолета, крыло самолета, вся несущая тебя в небе машина — это тоже оружие!

Ну а пленение комэска еще и двух фашистских летчиков, пригнанных связанными в полк, пристыженных, потерявших самоуверенность, довершило воспитательный урок. Но продолжил его командир и в последующие дни, сбивая на глазах молодых летчиков вражеские самолеты: 30 июня, 1 июля, 10 июля…

Правда, после боя с тяжелым истребителем Me-110 техники насчитали в «ишачке» командира 60 пробоин! Ранен был в том бою и сам командир, но медикам приказал: «Перевяжите и не мешайте летать!»

А 27 июля комэска только угрозой тарана вогнал бомбардировщик До-217 в землю вместе с бомбами, так и не упавшими на наши наземные войска. Слава об этом ошеломляющем поединке распространилась широко по фронту.

В сентябре 1941 года 25-летний Николай Васильевич Терехин, уже в звании майора, был назначен командиром 10-го истребительного авиаполка, базировавшегося под Ленинградом. За несколько месяцев командования личным составом полка было сбито 24 самолета противника и штурмовкой уничтожено на аэродромах более 10 машин. Личный счет молодых летчиков полка: у старшего лейтенанта Соболева — 6 побед, у старшего лейтенанта Максименко — 7. У самого командира полка майора Те-рехина, как гласит архивный документ от 20 июня 1942 года, — 15 сбитых самолетов врага.