Николай Эпштейн - Хоккейные истории и откровения Семёныча

Любопытно было мне прочитать, как Валера оценивал эволюцию нашей команды, какую характеристику давал ее игре. «Когда мы начинали выступать в высшей лиге, цель перед матчами с москвичами — например, с «Крыльями» была одна: чтобы с двузначным счетом не проиграть. Скажем, ноль — девять это уже неплохо считалось. Теперь, конечно, другое дело. И по результативности мы на третьем месте, и шайб пропустили меньше всех. Причем в сравнении с 1965 годом тактика у нас в принципе не изменилась. Разве что побыстрее стали играть. Кстати, следует уточнить одну деталь: наша игра «от обороны» — это не бетон и не «защепка» какая–нибудь. Мы по принципу действуем: «заманивай их, братцы, заманивай!» — с тем, чтобы потом контратаковать. И если в прошлые годы это «заманивание» чаще, чем хотелось бы, оборачивалось голами в наши ворота, то в этом сезоне это случалось редко. Кому ставить это в заслугу? Думаю, не только защитникам, но и всем полевым игрокам; ведь наш принцип: «пять в обороне — пять — в нападении». И кстати, опять–таки в полном соответствии с этим принципом Ляпкин стал результативнейшим защитником высшей лиги. Он забросил 14 шайб, причем и оборона от этого не пострадала».

Мне всегда казалось, что душа Никитина разрывалась между двумя хоккейными ипостасями — защитой и нападением. Он был подлинный универсал и в зависимости от формы мог успешно играть (и играл) в нападении. Он был настоящий «игровик», как я называл такого рода хоккеистов. И первое поколение наших мастеров шайбы состояло сплошь и рядом именно из игровиков — футболистов и тех, кто гонял в хоккей с мячом. Они принесли в наш хоккей с шайбой неповторимый игровой распасовочный стиль на высоких скоростях, который сохраняется в чем–то даже и по сию пору, когда хоккей наш переживает далеко не лучшие времена.

В газетах, когда Валерий Никитин скончался скоропостижно в начале 2002 года, так и писали про него: амплуа — защитник, нападающий. Я позволю себе привести здесь некоторые данные из биографии Валерия, которые характеризуют его путь от простого игрока до заслуженного мастера спорта. С 1957 года в течение 15 лет выступал за Воскресенский «Химик». В начале семидесятых играл в австрийском клубе «Вена». С 1974 года вновь в «Химике», в котором отыграл сезон. В чемпионатах СССР провел 510 матчей, в которых забил 137 голов. Чемпион мира и Европы 1967 и 1970 годов.

С 1976 по 1979 год был старшим тренером клуба «Салават Юлаев» (Уфа). После длительного перерыва в тренерской деятельности, уже будучи пенсионером, Никитин получил неожиданное предложение возглавить «Химик». Он проработал в этой должности с 1995 по 1998 год, и тогда команда показывала вполне содержательный и интересный хоккей. Под началом тренера Никитина взошла звезда одного из популярных российских легионеров НХЛ Андрея Маркова, которому именно Никитин посоветовал переквалифицироваться из центрального нападающего в защитники.

Валерка Никитин… В нем жила большая, широкая душа — достоинство, незаменимое ничем. Я скажу так: он был талантливой личностью и это помогало ему быть талантливым игроком. Я твердо убежден в том, что человек, наделенный нравственностью, способен достигать в жизни большего, чем эгоистичный, самовлюбленный, холодный и расчетливый индивидуалист. Хотя меня и пытаются убедить в том, что в нынешние времена как раз такие «экземпляры» и вырываются вперед: «Мол, их нынче время». Быть может, быть может, но даже если это и так, то явление это временное, ибо мир испокон веку держался на таких извечных добродетелях, как чистота помыслов, честность, бескорыстие, стремление протянуть руку ближнему в трудную для него минуту. Они никуда не пропали, эти столпы нравственности. Они живут в нашем народе, я в этом убежден.

И хоккей в этом смысле не исключение. Недавно в «Литературной газете» я прочитал определение таланта, данное замечательным нашим писателем Фазилем Искандером: «Талант — это количество контактных точек соприкосновения с читателем на единицу литературной площади». Сказано просто здорово.

Да простит меня Фазиль за «плагиат», но я попробовал применить его формулировку таланта к хоккейной действительности, и вот что у меня вышло: «Талант — это количество аплодисментов, которыми публика награждает хоккеиста в единицу времени за виртуозную игру на единице ледовой поверхности». А что, разве не так? Писатель пишет для широкой публики, которой нужны яркие, самобытные произведения, нужны как воздух, как вода. Хоккеист играет для публики, которой в такой же степени нужно его яркое мастерство. А когда оно исчезает, то исчезает и сам нерв игры, она становится пресной и зрительски малопривлекательной. Настоящая хоккейная звезда всегда будет в контакте со зрителем на трибунах, это аксиома, не требующая доказательств.

Действительно ли исчезают «звезды»?

Александр Альметов, Александр Рагулин, Александр Якушев, Анатолий Фирсов, Владимир Викулов, Виктор Полупанов, Евгений Зимин — эти игроки–звезды стали заметны на хоккейном небосклоне в совсем юном возрасте. Альметов в сборной дебютировал в 18 лет, да так, что сразу же стал ее лидером. Да и другие из названных совсем еще молодыми хоккеистами сыграли за сборную СССР. Вспомним хотя бы дебют Викулова и Полупанова, ставший сенсацией мирового первенства в Любляне в 1966 году.

Что–то не припоминается аналогичных дебютов ныне, что–то не звучат в устах болельщиков имена настоящих героев ледовых баталий–любимцев публики. Вот нападающий омского «Авангарда» Максим Сушинский в сезоне 2003/2004 годов повторил рекорд московского армейца Сергея Макарова, показанный в сезоне 1987/1988 годов — 45 результативных пасов. Но почему–то Макаров со товарищи вспоминаются лучшей «пятеркой» мирового хоккея, демонстрировавшей феноменальную игру. Скажешь ли это о Сушинском с его партнерами?

С таким вопросом я обратился к Дмитрию Милюкову.

— Я не согласен, что «звезд» стало меньше, — ответил на мой вопрос этот авторитетный специалист, по должности — начальник юношеской сборной России и член юношеского комитета ФХР. Он, кстати говоря, является сотрудником лаборатории теории и методики детского и юношеского спорта Всероссийского научно–исследовательского института физкультуры и спорта. — В любом случае, таланты у нас имеются. Другой вопрос, что таланты, звезды типа Харламова, Мальцева, нынешних Ковальчука, Овечкина, Жердева и не могут появляться каждый день. Это единичный, штучный «товар». Да, у нынешних талантов не столь ранний, быть может, дебют в сборной, но это связано с тем, что изменился сам хоккей, он стал более силовым, увеличились нагрузки — и игровые, и тренировочные, и эмоциональные, и далеко не всякий юношеский организм способен их выдержать. Поэтому не выделяются и не доходят до своего взрослого уровня талантливые ребята, которые делают ставку не на силу, а на скорость и технику. И некоторая доля правды в том утверждении, что звезд стало меньше, в этом смысле все же есть.