Елена Якобсон - Пересекая границы. Революционная Россия - Китай – Америка

Эйб был в восторге от моего описания поездки в Вашингтон. «Конечно, я с удовольствием познакомлюсь с Сергеем, — сказал он. — И будет даже интересно взять его с нами к Натали. И я хочу серьезно поговорить с ним о политике, мне интересно услышать, что они там в Вашингтоне думают о международной ситуации».

Из того, как радостно он ждал встречи с Сергеем, я заключила, что он уже планирует женитьбу на своей даме сердца из Балтимора. «Я еще не приняла предложение Сергея, — напомнила я ему. — И не думаю, что приму. Мы просто проведем приятный уик-энд, и все».

«Посмотрим», — с надеждой произнес Эйб.

Сергей приехал в пятницу вечером, я пришла к нему в гостиницу после работы. Мы оба очень обрадовались друг другу, но было и что-то большее — казалось, что в наших жизнях была какая-то пустота, которая заполнилась, как только мы увидели друг друга. Мы поужинали в маленьком греческом ресторане рядом с его гостиницей и вернулись в его номер.

Наутро после завтрака Сергей сказал, что мы должны купить Натали какой-нибудь подарок. «Что бы ей хотелось?» — спросил он меня. Я не знала, и тогда мы пошли в роскошный магазин детских игрушек «Ф.А. Шварц» на Пятой авеню. «Расскажите мне о ней, — попросил Сергей. — Она любит животных?»

Натали было восемь лет, почти все ее игрушки остались дома, но она действительно обожала животных, особенно лошадей. Сергей нашел прекрасную игрушечную ферму — дом, сарай, несколько коров, овец и лошадей, собака и кот. Еще он купил три замечательных лошади — жеребца, кобылу и хорошенького жеребенка, чтобы они тоже жили на этой ферме. Каждый предмет был аккуратно завернут, и мы вышли из магазина с огромной коробкой, довольные собой. «Мне очень важно привезти вашей дочери правильный подарок, — сказал Сергей, — ведь это первый ей подарок от меня».

Мы прошли через Центральный парк в отель «Хемпшир-Хаус», где решили пообедать. После долгого приятного обеда Сергей заметил, что я устала. «Идите домой и отдохните, — сказал он. — Хорошенько выспитесь, а завтра рано утром я вам позвоню». И он со счастливым видом усадил меня с коробкой в такси. Какой замечательный, уверенный в себе человек! Как внимателен он ко мне! И совсем на меня не давит. Я пришла домой, Эйба не было, я включила радио и приняла ванну. В девять часов я уже спала и не слышала, как пришел Эйб.

Я со страхом ждала нашей поездки в «Черри-Лоун». Поладят ли мужчины? Как отреагирует Натали? И вообще, следовало ли соглашаться на такую совместную поездку? Но беспокоилась я напрасно. Эйб и Сергей прекрасно поладили, оба вели себя примерно, а Натали пришла в восторг, получив от Сергея огромную коробку, и очень искренне сказала «спасибо». Она оценила хороший вкус и правильный выбор этого чужого господина. Эйб установил ферму в ее комнате, и ее друзья сбежались посмотреть, как она по очереди разворачивала животных и радовалась каждому.

Как обычно, мы пообедали в ресторане «Говард-Джонсон», а потом гуляли по школьному парку, и Натали показала Сергею конюшню, где стояли настоящие лошади. Мы провели чудесный день, и моя дочь, казалось, приняла этого незнакомого человека.

По дороге домой мужчины погрузились в разговоры о политике, а я растянулась на заднем сиденье машины, отдыхала и слушала. Сергей должен был уезжать в Вашингтон ранним вечерним поездом, и мы высадили его у вокзала. Эйб и я поехали домой. «Прекрасный человек, — сказал Эйб. — Да, безусловно умный и чуткий человек... Ты не согласна? »

С этим я, конечно, была согласна, но вовсе не собиралась разрешать Эйбу немедленно начинать процедуру развода. Сначала мне нужно было серьезно подумать о своей жизни. Мне казалось, что я только что по-настоящему встала на ноги: хорошая работа, никаких серьезных обязательств ни перед кем, никаких трудностей, гармоничное сочетание внутреннего мира с внешним, короче говоря — счастливая, конструктивная жизнь.

Однако я знала, что довольно скоро мне придется жить одной. Я не могла долго удерживать Эйба от развода, которого он ждал с нетерпением. У меня была дочь. Могла ли я одна обеспечить ее будущее? Не была ли я эгоистична и безответственна, думая только о своем удобстве и спокойствии, в то время как очаровательный человек с готовностью предлагал взять на себя все мои обязательства?

Но какой ценой? От чего мне придется отказаться? Я, конечно, знала ответ: от свободы. Свободы быть самой собой, жить так, как я хочу. Мне нравилась моя жизнь, как она уже устроилась, и мне не хотелось ничего менять.

Сергей позвонил тем же вечером и сказал, что Натали прелестна, очень похожа на свою мать и что ему было жаль уезжать, не поцеловав меня на прощание. Он собирался опять приехать через две недели. В смятении я решила посоветоваться с доктором Клуге, хотя больше и не была его пациенткой. «Моя дорогая, — сказал он мне, — вы должны отдавать себе отчет, что вы будете женой европейца, который притом гораздо старше вас. В таком браке от вас будут ожидать гораздо большего. За годы, что я вас знаю, вы стали независимой и уверенной в себе личностью. Вам придется измениться, приспособиться к его образу жизни. Ему не нужен друг; после одиннадцати лет вдовства ему нужна жена и мать для его мальчика. А Вашингтон не Нью-Йорк. Конечно, если вы действительно полюбили этого человека, тогда другое дело. Вам просто придется рискнуть и надеяться на лучшее».

Он был прав. Если я действительно полюбила Сергея, никакого смысла в рациональных рассуждениях не было. А я, как это ни было неудобно, кажется, действительно влюбилась. Когда Сергей приехал в Нью-Йорк, он опять вернулся к этой теме. «Как вы думаете, когда вы будете свободны и выйдете за меня замуж? — был первый его вопрос по приезде. — Я должен кое-что подготовить и освободиться от некоторых обязательств». Его свояченица жила в его доме с тех пор, как умер ее муж, и заботилась о Денисе. «Я должен сообщить ей о моих планах. Это щекотливая ситуация».

Еще бы не щекотливая, подумала я, ведь они жили в одном доме девять лет! Конечно, это было так, но я никогда не расспрашивала Сергея, и мы ни тогда, ни позже об этом не говорили.

Я приняла предложение Сергея в этот же уик-энд, и мы были очень счастливы. Эйб тоже был счастлив и немедленно подал документы на развод. Развод оформили к лету 1950 года, и мы назначили свадьбу на 23 сентября. Эйб должен был жениться на неделю раньше нас.

В августе мы с Сергеем устроили встречу наших детей в курортном местечке в Пенсильвании, куда обычно приезжали любители верховой езды. Натали и я прибыли первыми и провели вместе несколько дней, а Сергей и Денис приехали из Вашингтона на уик-энд. К счастью, дети подружились. Четырнадцатилетний Денис был красивым мальчиком с серо-зелеными глазами и кудрявыми каштановыми волосами; мне казалось, что он больше похож на меня, чем на своего отца. Он был прекрасно воспитан и чувствовал себя непринужденно в компании взрослых незнакомых людей. Девятилетняя Натали, уверенная в себе, хорошенькая девочка, была вполне счастлива от того, что два раза в день может ездить верхом по холмистой местности Поконоса. Когда я заранее предупредила Натали, что, если я выйду замуж за Сергея, у нее появится старший брат, она посмотрела на меня с восхищением и сказала: «Я всегда хотела иметь старшего брата, но не могла придумать, как это сделать. А теперь тебе это удалось!»