Николай Ивушкин - Место твое впереди

Высота была захвачена без потерь.

Однако противник решил во что бы то ни стало вернуть высоту и перешел в контратаку. Вперед устремились танки, за ними — подразделения автоматчиков. Расчет противотанкового ружья был уничтожен снарядом врага. Кукушкин взялся за бронебойку. Выждал, когда танк подставил борт. Выстрел на пробу, второй, третий... И «тигр» уже дымится, полыхает огнем. Контратака врага отбита. Вслед за Кукушкиным из противотанкового ружья подбил немецкий танк комсомолец роты ПТР 228-го полка Николай Дмитриевич Головня.

Мы продолжали наступать, настойчиво продвигаясь вперед. Однако гитлеровцы еще не были сломлены. Они то и дело предпринимали бешеные контратаки.

16 июля, на второй день наступления, нам была придана танковая бригада. И сразу дела пошли веселее. Дивизия продвинулась вперед на 3,5 километра. 228-й полк вместе с учебной ротой овладели Понырями-2, 111-й полк занял Поныри-1. Вечером КП дивизии переместился в деревню Карпуньевка.

Успешно наступали и наши соседи — 4-я и 6-я гвардейские стрелковые дивизии.

Всю ночь на 17 июля велась разведка, а утром возобновились наступательные бои. Вскоре 107-й полк ворвался в Дружевецкий хутор, 111-й полк освободил деревню Ржавец. В тот же день 107-й полк и 1-й батальон 228-го полка завязали бой за деревню Александровка. Противник имел превосходство в силах. Начальник штаба артиллерии дивизии подполковник Пимен Семенович Щербина подтянул на помощь пехоте 4-ю батарею 2-го дивизиона и две противотанковые батареи. Заместитель командира 2-го дивизиона Петр Николаевич Кудинов вспоминает:

«Из лощины выползли несколько «тигров». Они медленно шли на нас.

— Огонь! — скомандовал я.

Батарея открыла стрельбу. Резко щелкали выстрелы. Навстречу вражеским машинам устремились бронебойно-трассирующие снаряды. Некоторые не попадали в цель, ударялись о землю, подпрыгивали, взмывали вверх, оставляя красного цвета трассы. Снаряды, задевавшие броню «тигров» под острым углом, отлетали в стороны и вверх.

Но вот один танк остановился. Удобный момент. Расчет нашего правофлангового орудия перекатил пушку на новое место и открыл огонь. Первый снаряд не долетел до цели. Наводчик старший сержант Курило вытер со лба пот. Сейчас судьбу боя решали секунды. Если танк не подбить, он повернет хобот и первым же выстрелом подобьет пушку, уничтожит расчет.

— Наводить выше, подкалиберным! — приказывает командир орудия сержант Сергунин.

Разрыв снаряда заглушает его голос, но Курило слышит командира. Он тщательно наводит перекрестие в башню. Выстрел. Перелет. В это время немцы, видимо, заметили орудие и начали медленно поворачивать ствол. Поздно! Третий снаряд попал в бок танка. Расчет стал смелее.

Четвертый и пятый подкалиберные попали в моторную часть. «Тигр» задымил.

Солдаты перекатили орудие на новое место. Они понимали, что выдали свое местонахождение и, если не сменить позицию, их накроют минометным или артиллерийским огнем.

Сменил позицию и расчет второго орудия. Натянули маскировочную сеть. Передышка длилась недолго. Опять появилось несколько танков... Мы с флангов открыли огонь по ним. «Тигры» попали в огневую ловушку.

Еще удача! Загорелся второй «тигр». Он окутался черным дымом и замер на месте. Другие машины попятились и скрылись за холмом».

На прямую наводку выкатил свои орудия командир батареи Владимир Негров. С первого выстрела Василий Грабован подбил средний танк противника. К сожалению, в этот же день Василий был сражен осколком вражеского снаряда.

Командир 3-го батальона 107-го полка капитан Яков Востриков создал группу истребителей танков, снабдил их противотанковыми гранатами. Сам он показал пример подчиненным, подбив немецкий танк. Мастером огня показал себя и командир 45-мм орудия старшина Павлов. Он подбил самоходное орудие «фердинанд» и три средних танка.

Агитатор 228-го полка капитан Борис Куксин ползком пробрался в 1-й батальон, который вел также бой под Александровной, чтобы передать его командиру приказ «Ни шагу назад!» и помочь довести это требование до сознания красноармейцев.

— Но первое, что я увидел в траншее, — рассказывал он потом, — был лозунг, написанный чернильным карандашом на крышке ящика: «Умрем, но не отступим!»

Батальон решительно отбивал контратаку. Об отходе никто и не помышлял. Мне ничего не оставалось делать, как взять автомат и вместе со всеми вести огонь по контратакующим гитлеровцам.

Потери врага были столь велики, что он прекратил контратаки и не сумел удержать Александровку.

В те дни газета «Победа» обратилась с призывом к бойцам:

«Воин-бронебойщик! Вспомни Сталинград — нашу гордость и славу, символ непоколебимого мужества и стойкости. В твоих руках замечательное оружие — противотанковое ружье. И если ты научишься владеть им, как Иван Кукушкин, — ты будешь грозой для фашистов. Кукушкин вел огонь по танку противника с расстояния, не превышающего 200 метров, соблюдая хладнокровие и выдержку, выбирая уязвимые места в фашистском танке.

Так дерись же с фашистами по-сталинградски. Уничтожай их танки бронебойкой, гранатой, зажигательной смесью. Артиллерия поможет тебе... Родина ждет от тебя подвигов!»

Иван Кукушкин и Николай Головня рассказали в под-: разделениях полка, как они из противотанковых ружей подбили вражеские танки.

Сержанты Сергунин и Курило побывали в других батареях своего дивизиона и поведали о том, как они уничтожали «тигров», куда наводили орудия, с какого расстояния открывали огонь.

Артиллерийский мастер сержант Сунько тщательно осмотрел подбитый «тигр» и подготовил наглядное пособие: на фанерном листе нарисовал танк, уязвимые места «тигра» закрасил черной краской. Этот «танк» обошел все батареи.

В 107-м полку выступил командир 45-мм орудия коммунист Владимир Павлов. «Я со своим орудием, — говорил он, — находился в боевых порядках пехоты. Достигнув окраины деревни Александровка, мы окопались и замаскировались на опушке леса. Пехота противника при поддержке самоходного орудия «фердинанд» пошла в контратаку. Я решил не выдавать места своего расположения, не стрелять в лоб, а терпеливо ждать, когда самоходка поставит под наш выстрел свою наиболее уязвимую часть. Скоро такая возможность представилась, и я первым выстрелом поджег самоходку врага. После этого мы немедленно сменили огневую позицию и вновь тщательно замаскировались. В этот день мы таким же образом подбили три танка противника».

Я уже писал о том, что многие солдаты, сражавшиеся в лесах и болотах, психологически не были полностью готовы к отражению массированных танковых атак. И вот теперь произошел перелом. Танкобоязнь преодолена.