Тамерлан - Книга побед. Чудеса судьбы истории Тимура

Но вот однажды рано утром они услышали знакомые звуки: медведь ревел и лев рычал – то Чингис опять выехал на охоту. Радостные, они бросились к нему навстречу и снова увидали его.

Чингис счел их за воров.

– Кто вы? Что вы все время следите за мною? Что вам нужно от меня? – крикнул Чингис.

Горько заплакали бии.

Увидал их слезы Чингис, сам горько заплакал и молвил:

– Зачем вы приехали ко мне?

– Мы готовы за тебя умереть.

– Кто вас послал сюда ко мне?

– Мать твоя, Алангу, сжалилась над нами, сюда послала нас.

– А как вы подтвердите, что именно она послала вас сюда?

Бии остановились, не зная, что отвечать Чингису. Один Майкы-бий вынул из кармана перстень матери Чингиса, Алангу, с печатью[219] и показал его Чингису. Тот поглядел, узнал этот перстень – перстень матери Алангу, улыбнулся и молвил:

– Если я буду ханом, то будешь ты бегом, Майкы-бий. Хорошо, что ты принес мне перстень матери, иначе я рассердился бы крепко на тебя и на всех вас: ни ты, Майкы-бий, ни вы все, бии, ничего не значили для меня; не обижайтесь теперь на меня за это! Теперь вы мои друзья, пойдемте в мое жилище.

Чингис и десять биев вошли в «сарай» и жили там целую неделю, пили напитки опьяняющие, разные яства кушали[220].

[Десять биев просят Чингиса взять власть над их родами]

На пиру молвил им Чингис такое слово:

– Послали вас люди искать меня, ханом сделать, а какого вы роду и сколько у вас родичей, чтобы мне помогать во всем и меня поддерживать, если я ханом буду?

Вскочили бии на ноги, поклонились низко Чингису и говорят ему с робостью:

– Мы здесь как посланцы от десяти родов, один только Калдар-бий от самого себя. Твоя мать Алангу за нас и вместе с нами тебя просит ханом быть.

Один Кунград-бий против тебя был и остался у своих сородичей, отказался с нами ехать тебя искать и просить.

Мы все время твое лицо желали видеть, тебе подчиниться хотели.

Теперь наше желание исполнилось: мы и наш народ – твои отныне.

Чингис в ответ им молвил:

– Почтенные бии! С этого дня я – с вами и вы – со мною.

Бии обрадовались этим словам и поднесли ему в дар своих коней, а Чингис дал свое согласие принять эти подарки.

[Чингис с десятью биями возвращается в свой стольный город]

Чингис сказал им:

– Как вы повезете меня, куда уложите столько вещей? Видите, как их много у меня?

Калдар-бий ему в ответ сказал:

– Я сделаю одну вещь; на нее мы все твое и положим.

Калдар-бий сделал телегу. Если спросят, кто первый сделал телегу, знайте, что это сделал Калдар-бий Баленов.

Нагрузили бии на телегу все добро Чингиса, посадили на нее самого Чингиса и отправились домой[221].

Через несколько дней они добрались до стольного города и послали просить разрешения у Алангу во дворце остановиться.

Бии знать не знали, спорили, кому из них первому во дворец идти вслед за Чингисом. Майкы-бий спросил других:

– Кто должен взойти – бык, который вез телегу, или хозяин, который им управлял?

Чингис ответил:

– Прилично ли быку взойти раньше хозяина?

И Майкы-бий взошел первым и занял место с правой стороны хана. Другие сели подле него.

Этот эпизод будет понятен, если привести отрывок сказания о Чингисе по «Чингис-наме»: «Посадили Чингиса в телегу, чтобы везти, а одиннадцать биев впряглись в оглобли и повезли его на себе; двенадцатого, Калдар-бия, Чингис посадил с собой на телегу, так как он был хромой и не в состоянии был тащить телегу.

Когда привезли телегу к юрте ханши, бии заспорили между собою, кому из них первому входить в юрту непосредственно вслед за Чингисом. Калдар-бий говорит: «Кто должен войти вперед – животное или человек? Вы везли телегу, следовательно, вы были животными, а я сидел в телеге, следовательно, я должен войти первым». Одиннадцать биев принуждены были прекратить спор, и Калдар-бий вошел первым».

[Бии сокрушают противников Чингиса]

На другой день десять биев напали на аулы, бии которых не поехали к Чингису, были большими врагами его. Это были аулы Боденджара, Кенджара, Сальджута и Кунграда; всех их они перебили вместе с их родичами.

[Сестра Кунград-бия, Бортакшин, скрывает детей четверых убитых биев]

Бортакшин была сестрою убитого Кунград-бия; она успела скрыть детей четырех убитых биев: Боденджара, Кенджара, Сальджута и Кунграда.

Народ проведал про то и сказал Чингисхану. Одолел того гнев, кричит Чингисхан:

– Идите, приведите этих детей!

Явились к Бортакшин и говорят:

– Сам Чингисхан требует тебя, иди скорее!

Та молвила в ответ:

– Хорошо, сейчас пойду к Чингисхану.

[Бортакшин, писаная красавица]

Встала Бортакшин, накинула верхнюю одежду, на ноги – расшитые туфли, на голову – шапку черно-бурой лисицы и взяла с собой четверых мальчиков: одному из них было десять лет, другому – одиннадцать, третьему – тринадцать, а четвертому – всего четыре года; все они были писаные красавцы.

Но сама Бортакшин была всех красивее: на всем белом свете не сыскать равных ей; косы ее сорокасаженные[222] две женщины носили позади на блюде золотом.

Народ говорил ей:

– Ах, Бортакшин, какая ты красавица писаная и на такое ты дело осмелилась: воровкой стала, этих мальчишек у себя спрятала.

Бортакшин в ответ молвила:

– Что вы зовете меня воровкой? Стала я воровкой только перед самим ханом!

[Чингисхан разговаривает с Бортакшин о детях, которых она утаила у себя]

Привели Бортакшин к самому Чингисхану.

Удивился Чингисхан, когда увидел красоту ее неописуемую и волосы сорокасаженные на золотом блюде, что две прислужницы за нею несли.

– Бортакшин, зачем ты стала воровкой в моих глазах, зачем ты скрыла этих мальчишек?

Та в ответ молвила:

– Я воровкой стала, тебя жалеючи.

Чингисхан опять спросил ее:

– За что же ты меня жалеешь?

А Бортакшин ему в ответ:

– Я думала, что тебе трудно будет ответ держать за участь этих детей.

А Чингисхан ее снова спрашивает:

– А почему ты думаешь, что мне так трудно будет ответ держать перед Аллахом?

Говорит Бортакшин:

– Во времена Ноя Аллах послал неверным потоп: потопил их, уничтожил; а чтобы не прекратился род людской, спас лишь тех, кто был в корабле Ноя. А ты, хан, сам не раб ли Аллахов? Вот лев бросается на сайгака, если перескочит его, то не возвращается больше к нему, и так дает ему свободу. Ты – человек: поэтому освободи меня и этих детей. Народ в гневе, не зная их рода, мог убить их и тем самым прекратить их род[223]; вот, чтобы такого зла не вышло, я и решилась их спрятать, скрыть.

Эпизод с Бортакшин связан с моральным поучением, обращенным к грозному владыке; забываешь, что говорит красавица, слышишь словно голос шейха или пира, вхожего в «мир тайн». Здесь перед нами как будто «мудрая Симпатия» из «Тысячи и одной ночи» – невольница, соединявшая в себе с удивительной красотою всю мудрость своего века.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});