Леонид Кучма - После майдана 2005-2006. Записки президента

Послушать наших революционеров у власти, так страны важнее Грузии для Украины нет.

Что дает объявленная вчера зона свободной торговли с Грузией или с той же Молдовой? Нам - немного. Им - что-то дает. Мы открываем свои рынки для их товаров. А какие их товары? Все то, что у нас свое есть, - вино, фрукты. Но моя позиция была - поддерживать и Грузию, и Молдову. Я подписал соглашение о зоне свободной торговли с Молдовой. В начале прошлого года наш парламент не ратифицировал это соглашение. Удивительно! Я даже не просил своего представителя в Верховной Раде постараться, чтобы все прошло нормально, - настолько был уверен в этом деле. Но депутаты закапризничали. Такое бывает. Может, были задеты чьи-то экономические интересы… Не знаю. Бывают такие глупые случаи, что не хочется вникать в причины. Махнешь рукой: делайте как хотите - вы же, так сказать, народ!…

Соглашение я подписал еще в ноябре 2003 года во время своего визита в Кишинев. Оно предусматривает установление зоны свободной торговли в двусторонней торговле между нашими странами. Дело касается сельскохозяйственной и промышленной продукции, «происходящей из таможенных территорий Украины и Молдовы». Согласно условиям соглашения, «стороны не применяют во взаимной торговле пошлины и сборы», также «все количественные ограничения и мероприятия с эквивалентным эффектом… должны были быть аннулированы с момента вступления в силу соглашения».

При этом соглашение вступает в силу только с момента принятия Украины во Всемирную торговую организацию. Иными словами, оно должно упредить возможные противоречия в торговом законодательстве Украины и Молдавии после вхождения этих стран в ВТО.

Может, кто-то из наших демократов когда-нибудь высказывался против нашего вступления в ВТО? Отнюдь. Тем не менее, когда в сентябре 2004 года соглашение с Молдовой было вынесено на ратификацию Рады, набралось «аж» 146 голосов при 433 зарегистрированных в зале народных депутатах. Юрий Кармазин, выступающий от имени Партии защитников Отечества, провозгласил, что соглашение ударит по нашим производителям вина-водки, нанесет им колоссальные убытки. Петр Порошенко от имени бюджетного комитета припугнул депутатов тем, что бюджет потеряет гигантские средства от непроданных квот на сахар-сырец, что из Молдовы придет продукции гораздо больше, чем она способна произвести, то есть хлынет контрабанда. А довершил картину неповторимый Степан Хмара, назвав соглашение «диверсией мафии против Украины».

Что тут скажешь?

25 мая

Прочел про поездку Зинченко в Донецк. Снова угрозы. Обещает расправу с неугодными. Смысл какой-то детский: мы вас размажем, растопчем, мы явимся сюда, как гроза, если вы не будете нас любить.

Спрашивается: по какому праву именно это должностное лицо выступает с такими заявлениями? Да, он возглавляет Администрацию, вернее, Секретариат Президента. Важная, но совершенно неполитическая, неконституционная фигура. У меня был просто «глава администрации». Подхалимы писали слово «Глава» с большой буквы. Ющенко переименовал администрацию в «Секретариат», а главу назвал «Государственным секретарем».

Таким образом нелегитимность этой должности только усилилась. Раньше в ее наименовании хоть не было слова «государственный». Появился и смешной оттенок. Потуга на особую важность, солидность. В Америке есть государственный секретарь - будет и у нас. Расчет, что ли, на то, что широкая публика не уловит разницу? Или думалось не о публике, а о самолюбии нового главы администрации? Пусть утешается престижным наименованием.

Я обращаю на это внимание как на феномен новой, революционной метлы. Люди, которые приходят к власти на высокой общественной волне, на отрицании всего предыдущего, всегда первым делом стараются как-то закрепить это отрицание. Закрепить, естественно, самым простым и наглядным способом. То есть - переименованиями должностей и учреждений, перестановками, передвижками столов. Они придают огромное значение новой иерархии. Нет дня, чтобы на ум не приходило слово «детство». Нет такого дня!

Воздух пропитан революционным прожектерством. Кажется, все в стране вдруг стали специалистами по всем вопросам. А может, были таковыми и прежде, да не ощущали такого большого желания высказываться по всем вопросам. Вот на экране - директор крупного завода. Здравомыслящий, авторитетный человек. Слышу, как высказывается о топливных делах в стране. Он далек от них по роду своей деятельности. Но решил подсказать «руководству и активу», что думать надо не о том, чтобы строить новые нефтеперегонные заводы или наращивать мощности старых, а о том, чтобы увеличивать глубину переработки сырья. Действительно, на Западе выход бензина составляет 80 процентов, а у нас пока 40. Эту мысль тут же подхватили. Как водится, ей вольно или невольно придали характер панацеи, палочки-выручалочки. К ней проявили интерес и правительственные лица. Известны случаи из советской истории, когда за разговором такого рода следовали конкретные правительственные решения. Обычно они очень дорого обходились стране. Это называется решением вопроса без проработки. У человека, наделенного властью, всегда есть соблазн поддаться односторонней информации. Что касается данного вопроса, то, во-первых, в Украине за последние годы много сделано для повышения выхода бензина. Одесский НПЗ ставят на реконструкцию как раз для того, чтобы довести уровень переработки не меньше чем до 80%. А во-вторых, в Украине еще очень много техники, которая работает на низкооктановых бензинах. Если будешь выпускать только 95-й и 98-й, то что же делать тем бедным, кому нужен 76-й?

7 июня

Гальчинский теперь, после «оранжевой революции», негативно пишет про влияние Штатов на украинские и мировые дела. Весьма отрицательно! Интересно, что Гальчинский, прозападный до мозга костей человек, стал так резко отзываться о США. Раньше он больше занимался близкими соседями Украины. У него были статьи против гегемонистских устремлений России, против СНГ. Мне звонили из Москвы: «Что-то не то он пишет». Информировал меня и глава Администрации Медведчук: «Москвичи выражают недовольство печатными выступлениями Гальчинского».

Я отвечал всем одинаково: «Гальчинский - ученый. У него есть своя точка зрения на экономические процессы в мире, в СНГ, в Украине, в России. Он имеет право ее высказывать. К тому же он не пишет о России ничего оскорбительного».

И вдруг он совершил такой поворот. Трудно, наверное, сказать, кто больше изменился за такое короткое время: американцы или Гальчинский. Может, он и раньше готов был их серьезно критиковать, да сдерживался: не хотел, чтобы сложилось мнение, что ближайший советник, соратник, единомышленник президента страны недоволен и Россией, и Америкой, и чуть ли не всем миром. Такая сдержанность - естественное дело. Так и должно быть у зрелых государственных людей, чего мы как раз не наблюдаем сегодня. Должность налагает ответственность. Положение обязывает.