Евгений Велихов - Я на валенках поеду в 35-й год... Воспоминания

Мы закупили провизию и ждали гостей. Приехали американцы, взрослые и дети. Наших детей мы набрали у друзей, так как официально было невозможно за такой короткий срок сформировать лагерь. Привезли в лагерь врача — Мишу Лазарева, с которым с тех пор и дружим и сотрудничаем, хор фольклёрного ансамбля Покровского. Персональные компьютеры. Обслугу. В таком первозданном виде лагерь существует и до сих пор. Недавно приезжал один из первых американских участников — мормон из Сиэтла с приятелем, нашёл и узнал свою комнату, опознал свою кровать и кровать сына.

За месяц существования лагеря произошло много событий, а один день оказался самым насыщенным днём в моей жизни. Ребята и взрослые, русские и американцы, язычники, мормоны, православные рано утром отправились в поход по Переславлю. Начали с Синего камня. Утро было туманное, солнце скрыто облаками. Около камня наш хор запел песню к Перуну. И тут же, хотите — верьте, хотите — нет, появилось солнце. Мы общими усилиями воздвигли знак и прибили табличку. Повторили ритуал на Александровом холме и в Городище. Оттуда мимо Никитского монастыря, который тогда был в самом плачевном состоянии, и мимо строящегося около озера водозабора, с крыши которого нас радостно приветствовали зеки-строители, отправились на центральную площадь. В самом древнем каменном храме России на этой стороне Днепра хор Питирима из Троицко-Сергиевой Лавры запел церковные песнопения. Стены храма почти столетие их не слышали. Это было истинное чудо и откровение. Оттуда перешли в Храм Данилова монастыря, где начиналась реставрация. Она, кстати, не закончена до сих пор. Каждый храм откликался по-своему. Перешли в Горицкий монастырь, где сейчас музей. На входе стоит Т-34. Создатель этого танка Михаил Ильич Кошкин (1898–1940) родился в деревне Брынчаги Угличского уезда Ярославской губернии (это недалеко от г. Переславля).

Вернулись в лагерь на Кухмарь. Вместе с Питиримом ловили летающую тарелку, что было тогда новшеством. Затем он завязал бороду узлом, и все вместе бросились в озеро купаться… «Знаки» потом какая-то сволочь спёрла для дачи, руки у меня не дошли найти мерзавца. Но это было уже потом, а тогда ничто не испортило прекрасный праздник.

Жизнь в лагере была полна приключений и событий. В первый же день в комнатах для взрослых отвалились обои. Поспешили открыть форточку. Пока клеили новые, я отвёз наших гавайских гостей к приятелю в деревню Усолье, на берегу речки. Затопили баню. Художница вышла по малой нужде и залезла в траву. Трава оказалась крапивой. Раздался пронзительный вопль. Дело было не только в том, что она обожгла себе филейную часть, но и в том, что на Мауи подобная трава представляет опасность для жизни. Пока её друг-художник лил вёдрами воду на ошпаренную часть тела, мы, как могли, ее успокоили. Обошлось.

В лагере художники писали картины, вместе с ребятами расписывали стены. Танцевали, играли в футбол и волейбол, занимались акробатикой и балетом, хоровым пением. Один раз в лесу на повороте лесной дороги перевернулись на моей «Ниве» вверх колёсами, но, слава Богу, почти без травм. Напротив лагеря жил какой-то дикий лесник, весь заросший волосами, как Пан. Топил баню на берегу маленького пруда, и мы парились и купались при луне. Электричества у него почему-то не было. Экзотика всем очень нравилась, а когда мы в свою очередь приехали на Мауи, попали в очень похожую обстановку.

Этот лагерь положил начало долгой истории школьных обменов, многим совместным лагерям, в том числе знаменитому компьютерному лагерю на Кухмаре, который процветает и до сих пор. В программе участвовали многие советские и американские организации — существовавшая ещё со времён Д. Эйзенхауэра организация «People to people», «Дети — творцы XXI века», «Спутник» и ряд других. Ребят принимала в Кремле Раиса Максимовна Горбачёва, а Михаил Сергеевич — в нашем посольстве в Вашингтоне. Во время такого приёма один американский мальчишка спросил М. С. Горбачёва, почему он с ними не советуется, когда договаривается о чём-нибудь с Р. Рейганом. «Вы тут договоритесь, а нам потом расхлёбывать». Рейган тоже принимал ребят в Белом доме. К концу Советского Союза экономическая модель обменов перестала действовать, сами обмены стали не массовыми, доступными детям только из очень обеспеченных семей и потеряли для нас первоначальный интерес. Но в конце концов образовались две крупные совместные программы.

Первая — «Достижения молодых». Это неправительственная образовательная программа, обучающая основам свободного предпринимательства. Она существует в США уже более 100 лет и поддерживается бизнесом. Мои знакомые бизнесмены свели меня с Президентом организации Джимом Хейзом, издателем журнала «Форчун». На закате перестройки мы привезли представителей организации в СССР, познакомили с М. С. Горбачёвым и Б. Н. Ельциным и договорились о сотрудничестве и помощи. И надо отдать должное — американцы помогли нам создать российскую организацию и поставить её на ноги. Они обучили нас, снабдили литературой, помогли с переводом и созданием Совета директоров из руководителей филиалов американских фирм, работающих в России, и убедили их, занятых нелёгким бизнесом в России, тратить своё время и средства из чисто альтруистических соображений. Такие фирмы, как «Artur Andersen», «Exxon», «Boing», предоставили великолепных председателей Совета, «IBM», «Hewlett Packard» и многие другие помогали в проведении мероприятий, выставок, соревнований. Все без исключения послы США горячо поддерживали программу, как и их супруги, своим прямым участием. Мои друзья в Конгрессе и вокруг него помогали редактировать «Freedom Act» — законопроект, предусматривающий поддержку программ в России. Все президенты помнили «Достижения молодых» по своей молодости и всегда поддерживали нас во время визитов в Россию. Дело серьезно ухудшилось, когда на смену западным менеджерам пришли российские, не имеющие ни соответствующей культуры, ни опыта, ни образования. Для них поддержка образования — всего лишь PR, а не базовая социальная обязанность бизнеса, как, впрочем, и для наших бизнесменов. Только «Опора России» и Торгово-промышленная палата Российской Федерации действительно в меру сил участвуют в программе. А Российский союз промышленников и предпринимателей, который я создавал с Аркадием Вольским с самого начального этапа, только кормил обещаниями и в результате полностью уклонился от поддержки, как, впрочем, олигархи и крупные фирмы. Что касается государства, то мы никогда на него не рассчитывали, просили лишь профессоров не воровать интеллектуальную собственность организации, а чиновников — не вставлять палки в колёса.