Владимир Губарев - XX век. Исповеди

- Нельзя ли поконкретней?

- Например, разработаны кристаллические световоды. У них высокая упругость и широкий диапазон прозрачности, что позволяет подвести лазерный луч в любую нужную точку. Это необходимо не только для обработки деталей для ракет, но и в хирургии. Речь идет о высоких технологиях "двойного назначения".

- А в ракетной технике и космосе?

- Думаю, что будущее за лазерными ракетными двигателями. В зависимости от мощности лазера и его базирования - наземного или космического - можно их использовать на межорбитальных траекториях или запуска с Земли.

- Те же "звездные войны"?

- В науке есть закон: то, что открыто - закрыть нельзя!

- И все же?

- Конечно. Их можно применять и для запуска противоракет, и для коррекции орбит космических аппаратов, которые ведут разведку. Так что одна из важных задач будущего для нас -это технологическое обеспечение создания и развития ракетно-космической техники двойного назначения.

- Очевидно, все-таки центр тяжести ваших исследований сместится?

- Главные тенденции развития науки, техники и технологии связаны с быстрым внедрением компьютеризации и информатики. Они способствуют качественному и количественному развитию умственной деятельности человека, то есть у нас с вами появляется возможность многократно увеличить творческие способности. Подчеркиваю: в десятки раз! Вот уж где есть возможность для фантазирования! А у человека есть одна удивительная черта: он обязательно воплощает свои фантазии в реальность…

- А может быть, все-таки компьютеры вытеснят человека? ~ Это извечный спор и он продолжится в XXI веке… Но

уже ясно, что будет продолжаться интенсивный процесс математизации технологических процессов. За последние годы в "Техномаше" был внедрен ряд разработок робототехники. Конечно, эти исследования будут продолжены и они окажут большое влияние как на производство, так и на характер труда человека. Но заменить его роботы не смогут.

- И чем бы вы хотели завершить нашу беседу?

- Повторить тот девиз, под которым работает наш "Техномаш": "Наш труд, наш поиск, наши достижения - во имя человека, для его блага, для укрепления научно-технического могущества Отчизны".

СергейИльюшин:

ГРАНЬ ДЕРЗОСТИ И ДОБРА

Есть нечто общее между самолетом и театром. По тем эмоциям, ощущениям, которые они приносят нам. Закрываются двери театрального зала, гаснет свет, и ты попадаешь в иной мир, где царствуют драматург, режиссер и актеры. И если спектакль честный, без фальши, то его создатели на несколько часов становятся властителями твоих чувств, надежд и мыслей. Они пленяют душу, заставляя отрешиться от обыденности.

В самолете, отрываясь от земли, оказываешься в плену у экипажа и людей, придумавших и собиравших эту машину. Перед взлетом едва слышно просишь Бога: "помоги самолету, экипажу и всем нам", и с этого мгновения уже не принадлежишь самому себе, доверяя свою жизнь незнакомым людям, находящимся в пилотской кабине, и очень далекому человеку - "режиссеру этого воздушного спектакля" - главному конструктору, чье имя носит самолет. И невольно спрашиваешь: а помогал ли ему Бог?

Мне кажется, что благословение на высокий полет у Сергея Владимировича Ильюшина было.

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ГЕНЕРАЛЬНОГО КОНСТРУКТОРА: "Читать я научился рано - в шесть лет. Моими первымикнигами были "Ветхий завет" и "Новый завет", "Часослов", журнал "Вестник Европы", который каким-то непонятным образом попал в нашу глухую вологодскую деревню.

Восьми лет я пошел в земскую школу в селе Березняки в двух с половиной верстах от нашей деревни…

В школе я очень старался и учился хорошо, поэтому на меня обратил внимание наш законоучитель Николай Беляев - образованный человек, красавец. Голос у него был чудесный.

Пришел он к нам на пасху, когда я уже окончил школу в 1906 году, и говорит отцу: "Дядя Владимир, надо бы дальше учить Сергея". А на что, на какие деньги учить? Родители у меня были бедные. В хозяйстве была одна корова да полторы десятины земли. Лошадь к тому времени пришлось продать…

Как и мои старшие браться, в пятнадцать лет я ушел из деревни на заработки…

Летом 1909 года я начал работать на фабрике под Костромой. Потом работал чернорабочим на фабрике в Иваново-Вознесенске, был землекопом на стройке дороги в имении вологодского купца-толстосума Волкова, чистил сточные канавы на красильной фабрике в Петербурге, нанимался косить сено".

Все-таки в любопытное время мы живем! В разных газетах, что выходят нынче на Вологодчине, вычитал я о купце Волкове. Чуть ли не спасителем края он представляется, дифирамбы о нем слагают газетчики, но никто из них не упоминает о "землекопе Сереже Ильюшине", будто не он принес славу этой русской земле! Нет, надо быть справедливым: о своем гениальном земляке там помнят, но все-таки места в истории России купца Волкова и авиаконструктора Ильюшина совсем не рядом, да и что может быть общее у богача и землекопа?

Пожалуй, другой земляк ближе к Ильюшину, хоть и не встречались они никогда. В 1983 году после выхода в отставку морской офицер А.Ф. Можайский поселился неподалеку от Вологды. А через 18 лет ему была выдана "привилегия на воздухолетательный отряд" - так был назван самолет. В конце июля 1882 года аппарат поднялся в воздух. К сожалению, полет закончился аварией.

Как известно, вокруг "воздухолетательного снаряда" и самого Можайского сегодня много споров, мол, он был не первым, да и вообще такого изобретателя и патента не было… Но это тема другого разговора, а я хочу зафиксировать лишь сам факт: Можайский и Ильюшин жили на одной земле - Вологодской.

Впрочем, скоро судьба привела Сергея в Петербург, здесь и началась его "биография в авиации". Причем весьма своеобразно.

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ГЕНЕРАЛЬНОГО КОНСТРУКТОРА: "Весной 1910 года в Петербурге я встретил земляков. Они сказали мне, что есть работа на Коломяжском ипподроме, который срочно приспосабливался под аэродром для проведения первой в России авиационной недели. Я поспешил наняться на ипподром землекопом…

В сентябре 1910 года на Комендантском аэродроме более трех недель проходил первый Всероссийский праздник воздухоплавания. Участниками праздника были многие первые русские авиаторы. В день открытия праздника 8 сентября на поле аэродрома собралось почти 180 тысяч зрителей. Вокруг аэродрома стояли автомобили, тысячи экипажей и извозчичьих пролеток. Для обеспечения порядка было стянуто около тысячи полицейских и свыше трех тысяч солдат. В празднике участвовали аэропланы, привязные воздушные шары, аэростаты и даже дирижабль".