Эдуард Геворкян - Цезарь

Наконец, кимвров одолели, и на остров присылают большое войско, которым руководит соратник Мария полководец Маний Аквилий. Римляне преследуют отряды Афиниона, прижимая их к Триокале, и в 101 году до P. X. наносят решающее поражение. Мятежники казнены, а царь Афинион был, по некоторым сведениям, убит лично Аквилием во время боя. Сам Маний Аквилий во время схватки был ранен, но быстро поправился.

Судьба Аквилия хранила… до встречи с Митридатом.

Фракиец Спартак

И вот, наконец, мы возвращаемся к мятежным гладиаторам, судьба которых известна нам в общих чертах по фильмам и книгам.

Плутарх со свойственной ему основательностью так описывает начало кровопролитнейшего эпизода истории Рима, известного как восстание Спартака.

«Восстание гладиаторов, известное также под названием Спартаковой войны и сопровождавшееся разграблением всей Италии, было вызвано следующими обстоятельствами.

Некий Лентул Батиат содержал в Капуе школу гладиаторов, большинство которых были родом галлы и фракийцы. Попали эти люди в школу не за какие-нибудь преступления, но исключительно из-за жестокости хозяина, насильно заставившего их учиться ремеслу гладиаторов. Двести из них сговорились бежать. Замысел был обнаружен, но наиболее дальновидные, в числе семидесяти восьми, все же успели убежать, запасшись захваченными где-то кухонными ножами и вертелами. По пути они встретили несколько повозок, везших в другой город гладиаторское снаряжение, расхитили груз и вооружились. Заняв затем укрепленное место, гладиаторы выбрали себе трех предводителей. Первым из них был Спартак, фракиец, происходивший из племени медов, — человек, не только отличавшийся выдающейся отвагой и физической силой, но по уму и мягкости характера стоявший выше своего положения и вообще более походивший на эллина, чем можно было ожидать от человека его племени. Рассказывают, что однажды, когда Спартак впервые был приведен в Рим на продажу, увидели, в то время как он спал, обвившуюся вокруг его лица змею. Жена Спартака, его соплеменница, одаренная, однако же, даром пророчества и причастная к Дионисовым таинствам, объявила, что это знак предуготованной ему великой и грозной власти, которая приведет его к злополучному концу. Жена и теперь была с ним, сопровождая его в бегстве».[45]

Сведения о Спартаке противоречивы. Говорили, что он попал в плен во время войны и был продан в рабство — типичная история большинства рабов того времени. Но говорили также, что он поначалу был свободным человеком и служил наемником в римской армии. Затем по каким-то причинам бежал, вскоре был пойман и в наказание, лишившись свободы, отдан в гладиаторы. Относительно предсказаний его жены тоже мнения расходятся — по другой версии, она предсказывает своему супругу счастливый конец. Возможно, Плутарх скорректировал предсказание, исходя из реалий.

Бежавшие гладиаторы устроили засаду и разгромили посланный вдогонку отряд, захватив боевые доспехи и настоящее оружие. После этого они провели несколько успешных налетов на города и виллы в Кампанье, обрастая примкнувшими к ним гладиаторами и просто рабами. К началу 73 года до P. X. его отряд уже насчитывал почти десять тысяч человек. Это большое число даже для переполненной рабами Италии, скорее всего, у страха глаза были велики, иначе Сенат послал бы не трехтысячное войско претора Клавдия, а более внушительные силы. К тому же Клавдию удалось быстро выдавить повстанцев из густонаселенных мест и прижать их к Везувию.

Спартак и его соратники были вынуждены подняться на гору и держать там оборону. Стратегически место было выгодное, штурмовать лагерь гладиаторов, поднимаясь по единственной тропе, узкой и крутой, для римлян было бы самоубийством. Претор Клавдий не был самоубийцей и попросту перекрыл эту тропу, предоставив рабам выбор — сдаться или умереть от голода.

Что было дальше, вы наверняка помните по роману Рафаэлло Джованьоли «Спартак» или по одноименному фильму Стэнли Кубрика 1960 года с неподражаемым Кёрком Дугласом в заглавной роли. В последние десятилетия появились и другие произведения и фильмы о Спартаке. Но фабула остается неизменной.

Гладиаторы сплели длинные лестницы из лозы дикого винограда (по другой версии, из ивняка) и тихо спустились по отвесной, а потому неохраняемой скале. Последний оставшийся наверху спустил все оружие, а потом и сам присоединился к ним. Незаметно подобравшись с тыла к римлянам, гладиаторы напали на лагерь Клавдия. Неожиданная атака привела римлян в замешательство, они дрогнули и побежали.

Весть о разгроме Клавдия мгновенно распространилась по Кампанье, к Спартаку начали присоединяться не только беглые рабы, но и обнищавшие свободные люди.

Беспокойство Сената возросло, против гладиаторов послали претора Публия Вариния с двумя легионами. Это было внушительное войско, но Спартак выбрал самую правильную тактику и, совершая хитрые маневры, сумел разделить римлян на отдельные отряды и разбить их по очереди. Как пишет Плутарх, «вступив сначала в бой с его помощником, Фурием, предводительствовавшим отрядом в три тысячи человек, гладиаторы обратили его в бегство, а затем Спартак подстерег явившегося с большими силами Коссиния, советника Вариния и его товарища по должности, в то время как он купался близ Салин, и едва не взял его в плен. Коссинию удалось спастись с величайшим трудом, Спартак же, овладев его снаряжением, стал немедленно преследовать его по пятам и после кровопролитного боя захватил его лагерь. В битве погиб и Коссиний. Вскоре Спартак, разбив в нескольких сражениях самого претора, в конце концов взял в плен его ликторов и захватил его коня».

К этому времени восстание полыхало уже не только в Кампанье, но и в Южной Италии, в Лукании и Апулии. Спартак увел свое войско на зиму, у него уже было семидесятитысячное войско, с которым можно было творить великие дела. Но он был не только хорошим тактиком, но и неплохим стратегом. Он понимал, что с необученным и плохо поддающимся дисциплине войском с Римом, когда тот возьмется за восставших всерьез, справиться будет трудно, почти невозможно. И поэтому всю зиму он занят муштрой, переформировывая свое войско по образу и подобию римской армии.

Спартак организовывает в лагере производство оружия, чтобы не зависеть только от трофеев. Вся добыча делится поровну, хождение золота и серебра в лагере запрещено. Его авторитет необычайно высок, но он не провозглашает себя царем. Возможно, это было ошибочное решение — отсутствие жесткой иерархии управления привело к раздору среди его военачальников. Весьма несвоевременное — римляне ужаснулись тому, что творится на юге страны, двинули в 72 году до P. X. на Спартака армии Геллия и Лентула, то есть сразу двух консулов, к чему прибегали обычно в моменты чрезвычайной угрозы для Рима.