Бранко Китанович - Человек, который не знал страха

– Я спросил бы: что я за это должен сделать?

– Прежде всего, послушаться меня. А остальное – наполовину сделанное дело.

– Ничего не понимаю.

– От тебя требуется совсем немного, самая малость. Быть храбрым, решительным. Рискнуть жизнью.

– Всего лишь? – Кузнецов рассмеялся. – Ты шутишь, Ортель. Значит, надо всего лишь немного подраться. А с кем и как? На конской голове, сам знаешь, рога не растут.

– Зачем тигру рога, если у него есть острые зубы, – отпарировал фон Ортель.

– Я не из трусов, жизнью рисковал не раз, однако ничего за это не получил, кроме ленточек на грудь за ранения.

– Вопрос заключается в том, где и как рисковать. Сегодня в нашей помощи нуждается фюрер. Да, Пауль, настало время, когда надо помочь фюреру, не забывая при этом, конечно, и себя. Запомни: храбрость вознаграждается тысячекратно. Как сказал Фихте: «Пусть меня оставят все, но не храбрость!»

Зиберт молча слушал. Фон Ортель постепенно входил в экстаз, опьяняясь собственными словами о будущей славе, которая хорошо оплачивается. Он налил себе уже девятую по счету стопку рома, затем встал со стула и, глядя Зиберту прямо в глаза, высокопарно произнес:

– Я готов идти туда, на самый решающий участок фронта!

«Где же находится этот решающий участок? – подумал Кузнецов. – Видимо, в Москве? Или надо где-нибудь выбрасываться с парашютом?»

– За участие в этом деле ты, Зиберт, получишь еще один Железный крест. Нет, мой дорогой, решающий участок не там, где ты думаешь. Туда не надо спускаться на парашюте, а приехать с комфортом, на лимузине и, что особенно важно, в штатском платье.

– Не понимаю. Ты говоришь загадками, Ортель! – в голосе Кузнецова прозвучала ирония. – Где же находится этот «решающий» участок?

– В Тегеране! – с улыбкой сказал фон Ортель.

– В Тегеране? – изумленно спросил Зиберт. – Но ведь Иран – нейтральное государство.

– Так вот, именно здесь соберется в ноябре Большая тройка: Сталин, Рузвельт и Черчилль. Мы повторим прыжок в Абруццо! Только это будет дальний прыжок! Мы ликвидируем Большую тройку и повернем ход войны. Попытаемся захватить Рузвельта живым, чтобы фюреру легче было сговориться с Америкой, а Сталина и Черчилля уничтожим! Разумеется, об этом не следует болтать, сам понимаешь.

Фон Ортель рассказал, что недавно он был в Берлине, где его принимали лично Мюллер и Шелленберг. От них он получил весьма заманчивое предложение.

Ортель загадочно улыбнулся и сказал:

– Будем щедро вознаграждены, если успешно выполним задание по ликвидации Большой тройки. В Копенгагене готовятся специальные люди, которые несколькими группами полетят в Иран. Аэродромы в Белграде и Софии уже готовы. Это исходные пункты. Теперь ты меня понимаешь?

– Понимаю, – кивнул Зиберт. – Но уверен ли ты, что мне удастся подключиться к этому делу?

– Странный вопрос! А известно ли тебе, кому отводится одна из главных ролей во всей операции?

– Кому же?

– Мне! – Фон Ортель самодовольно усмехнулся и сказал: – По этому поводу надо бы пить шампанское, а не этот ром. Попроси пани Лелу, пускай принесут.

«Самоубийство» фон Ортеля

С фон Ортелем, видимо, произошло что-то серьезное. Возможно, интуиция разведчика в конце концов подсказала ему, что в случае с вербовкой Пауля Зиберта он действовал неоправданно поспешно. Его не могло не насторожить то, что Зиберт не пришел на условленную встречу с ним к Лидии Лисовской. Майя Микота, правда, сообщила фон Ортелю, что Зиберт срочно выехал из Ровно по служебным делам и его не будет в городе два-три дня. На первый взгляд, в этом факте не было ничего странного. Однако Зиберт, видимо, должен был встретиться с фон Ортелем до своего отъезда, принимая во внимание характер и важность последней беседы между ними. Более того, Зиберт не мог не знать, что если у фон Ортеля возникнут хоть малейшие подозрения, он постарается немедленно его уничтожить, так как доверил ему слишком важную тайну. О готовящемся покушении на Большую тройку могли знать только непосредственные участники этой операции.

Но не исключается и иная версия. Многие известные сейчас документы свидетельствуют о том, что фон Ортель не всегда был достаточно аккуратен в сохранении служебной тайны. Во всяком случае, не только Зиберт, но и Майя и Лидия отмечали, что в последнее время их знакомства фон Ортель отличался необычной разговорчивостью. Приведем отрывок из донесения Кузнецова Центру, датированного серединой ноября сорок третьего года:

«…По сведениям, полученным Лидией Лисовской от фон Ортеля, в Германии создается летающая бомба, внешне похожая на самолет, которая на большой скорости преодолевает расстояние в 400 километров и может производить огромные разрушения».

Это была первая весть о самолетах-снарядах ФАУ-1, полученная одной из разведок союзных государств. Несколькими месяцами позднее гитлеровцы начали бомбардировать этим страшным оружием Лондон и другие английские города.

По словам Майи Микоты, фон Ортель говорил ей, что ему оказана большая честь участвовать в «грандиозном деле, которое всколыхнет весь мир». Однако и Майя не знала, куда неожиданно исчез фон Ортель.

– Однажды, будучи в хорошем расположении духа, он обещал привезти мне персидский ковер. Я подумала, что это или шутка или же он принесет мне краденый ковер. Он же почему-то предупредил, чтобы я никому не рассказывала о его обещании. Иначе можно лишиться головы.

Вечером 20 ноября 1943 года Майя Микота сообщила Кузнецову, что, по слухам, фон Ортель якобы покончил с собой в своем кабинете на Дойчештрассе.

Кузнецов не поверил в эту версию, расценив ее как попытку скрыть неожиданный отъезд фон Ортеля из Ровно. Вместе с тем он недоумевал, почему фон Ортель не выполнил своего обещания привлечь его к участию в операции в Тегеране.

В своей книге «Тегеран 1943» Валентин Бережков, работавший во время Тегеранской конференции переводчиком у И. Сталина, подтверждает, что фон Ортель действительно был заместителем у Скорцени, руководившего организацией покушения на Большую тройку.

Заявление президента

София, 24 ноября 1943 года. Глубокая ночь. Прохладно. На пустынный аэродром из-за Балканских гор приземляется большой транспортный самолет без опознавательных знаков. К самолету подъезжает черный «мерседес».

Из самолета спускается невзрачного вида человек, похожий на мелкого банковского чиновника. Но внешность обманчива. Вальтер Шелленберг, начальник VI отдела главного управления имперской безопасности, бригаденфюрер СС – личность известная не только в третьем рейхе, – Шелленберг ведал шпионажем за границей.