Юрий Сааков - Любовь Орлова. 100 былей и небылиц

«Большой интересе представляет работа Л. Орловой над образом Лидии жены Сомова. Она вышла за него замуж, потому что у нее «не было другого выхода», но, совершив этот поступок, Лидия продала себя. Умная, стремившаяся к знаниям, мечтавшая о труде девушка (между прочим, «девушке» по пьесе 27 лет, а игравшей ее Орловой было за 50! – Ю. С.), попав в семью хищника Сомова, превратилась фактически в рабыню, в вещь Сомова. Актриса нашла интересные краски для раскрытия противоречивых черт характера молодой женщины. Мимика Орловой предельна выразительна, отточены каждое движение, каждый жест актрисы. Наиболее интересна в ее исполнении сцена с инженером Яропеговым, в которой Лидия узнает правду об окружающих ее людях.

Артистка хорошо передает смену настроений Лидии, ее стремление к простой и чистой жизни, искреннюю тягу к учительнице Арсеньевой, ее глубокое разочарование в семейной жизни, в любви.

Своей игрой Орлова заставляет зрителей верить в то, что ее Лидия задыхается в атмосфере грязных и морально нечистоплотных людишек. И покидаешь зрительный зал с верой в то, что Лидия такая, какой ее рисует Горький и какой ее играет Орлова, станет иной, пойдет рядом со своей подругой, учительницей Арсеньевой» (а та, естественно, – «за советскую власть». – Ю. С.).

Так неужели понадобилось несколько десятков (не знаем, сколько именно сыграла их Орлова) спектаклей, чтобы актриса вспомнила, наконец, тяжелый собственный опыт по части арестов мужа и отказалась от его изображения на сцене? Да еще в пьесе своего ангела-хранителя, спасшего, можно сказать, ее «Веселых ребят» А. М. Горького?

65

По поводу этого «спасения» тоже не все ясно. Во время съемок в 1937 году «Волги-Волги» плавучая александровская киностудия причалила в Горьком. И со знаменитым режиссером и актрисой сочла за честь встретиться редакция местной газеты «Горьковская коммуна» (об этом вспоминает служивший тогда в ней рядовым журналистом будущий главный редактор «Советской культуры» А. Романов). Александров, желая потрафить землякам великого писателя, рассказал им, как тот, по существу, спас всеми отверженных к тому времени «Веселых ребят», как уговорил посмотреть их Сталина, после чего, как известно, они были подняты на щит…

А спустя 30 лет, когда Г. Скороходов сообщил Орловой о своей «редчайшей» находке отзыва писателя о фильме в архиве Горького, она очень этому, будто впервые услышанному, обрадовалась, особенно словам классика о себе лично: «Как хорошо играет эта девушка!»

И в связи с этим была не так уж безразлична к картине «Центрнаучфильма» о себе и Александрове, как это мы писали со слов Д. Щеглова. Не желая показываться в нем сама, она упрашивала сняться в фильме того же Скороходова.

– Да с чем же? – не понимал тот.

– Ну хотя бы с той же вашей горьковской находкой о «Веселых ребятах»…

Но, опубликовав все это в главном в свое время оппоненте «Веселых ребят» – «Литературной газете», Скороходов, кажется, ограничился этим…

66

Как и о немце-нэпмане-дипломате-антрепренере и пр., о «шютке» Сталина, которой он однажды (а может, и не однажды) поверг в шок «звездное» семейство, существует столько всяких вариантов, что начинаешь уже сомневаться, мог ли вообще вождь так «шютить».

…В книге Д. Щеглова перефразирован и дополнен рассказ самого Александрова:

«Сталин… после приема пригласил группу особо избранных – В. И. Немировича-Данченко, И. Москвина, В. Качалова и некоторых других на очередной просмотр «Волги-Волги».

Александрова посадил рядом с собой. По другую сторону Немировича-Данченко. В какой раз Сталин смотрел этот фильм? В двадцатый? Сорок восьмой? Во всяком случае, он знал наизусть все реплики и, давясь хохотом, хлопая Александрова по колену, обращался то к нему, то к принужденно улыбавшемуся Немировичу:

– Сейчас Бывалов скажет: «Примите от этих граждан брак и выдайте им другой!»

Был ли это тот самый просмотр, когда Сталин, раздраженный отсутствием Орловой, которая и дальше старалась избегать подобных мероприятий, решил отпустить одну из своих фирменных палаческих шуток, – не отрываясь от экрана, он прошептал на ухо Александрову: «Если с этой женщиной что-нибудь случится, мы вас расстреляем…» И, упиваясь произведенным впечатлением, без паузы продолжал свои веселые комментарии».

…А вот как выглядит та же «палаческая» шутка в книге Ю. Борева «Из жизни звезд и метеоритов»:

«Сталин спросил Орлову:– Тебя муж не обижает?– Бывает, но очень редко.– Скажи ему, что если он будет тебя обижать, мы его повесим.Стоявший рядом Александров засмеялся:– За что, товарищ Сталин?– За шею! – мрачно пояснил вождь».

Сталинская угроза расправиться с Александровым за Орлову мелькала еще в нескольких публикациях. В «Огоньке» за 1992 год, например, в статье С. Николаевича «Последний сеанс, или Судьба белой женщины в СССР».

«Белая женщина», естественно, Орлова. И обеспокоенный ее видом вождь даже в шутку не дает актрисе сослаться на мужа-режиссера:

«Он что, вас не кормит?» И, не дождавшись ответа, веселым шепотом обещал: «А вот мы его расстреляем».

Теряешься, право, в догадках! Что именно инкриминировал Сталин Александрову – абстрактное «если с этой женщиной что-нибудь случится» (Д. Щеглов), семейное «тебя муж не обижает?» (Ю. Борев) или совсем уж бесчеловечное «он что, вас не кормит?» (С. Николаевич)?

Но наконец-то – слава богу! – истина в первой инстанции. Ибо, как уверяет М. Кушниров: «Слово это, за достоверность которого я ручаюсь, ибо все нижесказанное досталось мне из первых рук, то есть от самой Орловой, было изречено на праздничном кремлевском приеме незадолго до войны. К Орловой и Александрову, удостоенным привычной чести быть гостями торжества (чувствуете разницу с утверждением Д. Щеглова о чуравшейся якобы кремлевских сборищ Орловой? – Ю. С.), подошел человек в форме и попросил их подойти к товарищу Сталину. Сталин стоял в другом конце зала с очаровательной юной таджичкой – то ли солисткой танцевального ансамбля, то ли начинающей балериной, – улыбался и, когда, актриса с мужем приблизились, лукаво сказал:

– Вот, не верит, – он скосил глаза на таджичку, – что я знаком с самой Орловой! Хочу доказать, познакомить, если нет возражений…

Затем, отчески оглядев «звезду», промурлыкал сочувственно: «Какая маленькая! Какая худенькая! Почему худенькая? Почему бледная?»

Желая отшутиться, Любовь Петровна кивнула на Александрова: «Вот виновник! Замучил съемками: ни дня, ни ночи…»

Сталин грозно-шутливо сдвинул брови и поднял указательный перст:

– Запомните, товарищ Александров! Орлова – наше народное достояние! И если вы будете ее мучить, мы вас жестоко накажем. Мы вас повесим, четвертуем, а потом расстреляем из пушек. Кулик! – Сталин обернулся к новоиспеченному маршалу, стоящему неподалеку. – Где твоя артиллерия, которая не стреляет на маневрах?»