Вячеслав Лебедев - Мичурин

Они съехались сюда со всех концов советской страны не для простого прославления их давнего и испытанного учителя в деле создания новых растений. Нет, они по-деловому сообщали друг другу, а через печать и всему народу и об успехах своих, и о всех тех трудностях, какие им приходилось преодолевать, о неизбежных ошибках и промахах, но вместе с тем, постоянно, и о той великой, всех их воодушевляющей цели, которая была так ясна для них всех.

Как и Мичурин, их учитель, не для коммерции или рекламы, даже не для собственного удовольствия создавали, выводили они вслед за ним и по его указаниям, советам новые сорта самых различных растений. Все, что они делали, предназначалось ими, так же как и Мичуриным, для народа, для процветания и обогащения родной страны.

С тяжелым ящиком своих плодов поднялся на трибуну В. В. Спирин, сам уже седой старик, из-под Архангельска.

Показывая конференции яблоко за яблоком, кисти ягод, ветви, цветы, он как бы воскрешал своим рассказом жизнь и судьбу самого Ивана Владимировича.

— Я стремился завоевать для плодов далекий север. Архангельск, Котлас, Сыктывкар знают и ценят мои труды, не пропавшие даром. За полярным кругом хорошо знают вот это яблоко… За полярным кругом знают и крыжовник… Тридцать сортов крыжовника выведено мною по системе Мичурина. К суровому климату севера я приучаю пенсильванскую вишню, бальзамическую пихту, боярышник… Венцом своих трудов я считаю северную розу, могущую расти в открытом грунте. Роза эта будет называться Роза Мичурина… Ибо ведь это его указания, его советы, его методика помогали мне в труде и исканиях.

Казанцев из Свердловска, Лисавенко с Алтая, Михайлов из Иваново-Вознесенска демонстрировали яблоки и груши, выведенные ими. Смоленчанин Голенкин показал свой плодоносящий в Смоленске виноград.

А за ними подымались все новые и новые участники конференции — у каждого было, что показать, у каждого было, что рассказать.

На другой день с утра до поздней ночи гремели оркестры на холме. Десятки тысяч людей двигались по улицам города Мичуринска. Красные флаги пламенели в ярком солнечном свете. Блестели золоченые буквы надписей:

«Да здравствует великий преобразователь природы!»

«Многие годы жить еще мастеру земли!»

«Пламенный привет от молодежи славному Ивану Владимировичу Мичурину!»

Шли паровозники Мичуринского паровозоремонтного завода. Шли станционные и заводские рабочие. Шли служащие и школьники. Шли в полном составе делегаты конгресса опытников.

Народ бесконечной рекой медленно тек по главной улице мимо открытой, специально воздвигнутой трибуны. А с нее профессора, академики, государственные деятели говорили о человеке, который в течение многих десятков лет ни на день не изменил своему делу.

Когда в медленно двигавшемся автомобиле народ увидел знакомого морщинистого старичка в фетровой шляпе и с неизменной железной палочкой, вся улица забушевала, загудела от приветствий.

Переполненный театр встретил великого ученого бурей рукоплесканий. Все встали, приветствуя его.

Торжество открылось чтением поздравительного обращения от правительства:

«Привет смелому обновителю природы, создавшему огромное количество новых, превосходных сортов плодовых деревьев…» — говорилось в этом приветствии.

Было оглашено приветствие «Правды»:

«Великое дело обновления земли начинается с пролетарской революции, с социалистического строительства, открывающего неограниченные возможности перед всеми отраслями науки и техники.

Большевистская партия, возглавляемая творческим гением Сталина, руководит великим делом обновления земли. Неутомимой борьбой очищая страну от капиталистического свинства, мы строим новую жизнь, полную довольства и творческой радости. Вот почему Мичурин вновь обрел свое дело после Октября 1917 года. Вовсе не случайно в первые же годы революции, сквозь дым и порох гражданской войны, большевики сумели разглядеть заброшенный в провинциальной глуши Мичуринский питомник и, несмотря на голод и холод, вызванные интервенцией, отпустить ему нужные средства.

Так же не случайно сегодня тот, чье имя звучит, как лозунг борьбы за лучшие чаяния всего трудового человечества, тот, к кому обращены взоры и сердца сотен миллионов людей, приветствует садовода И. В. Мичурина и крепко жмет ему руку»[67].

Были оглашены приветственные письма от Академии наук, от Народного комиссариата земледелия СССР, от ряда других государственных и общественных организаций страны.

Было прочитано постановление ЦИК СССР о присвоений Ивану Владимировичу Мичурину звания заслуженного деятеля науки и техники.

Сообщены были торжественному собранию приветствия прогрессивных иностранных ученых. Ученый садовод Ян Бём из Чехословакии, между прочим, сообщал, что лучшей, новейшей из выведенных им роз — пламенно-красной — он присваивает имя Мичурина.

Это был настоящий триумф советского ученого, советской науки.

Бесчисленны были приветствия и выступления от представителей благодарного народа.

Каждый из выступавших приводил факты действенного, плодотворного влияния мичуринских принципов, идей и методов на развитие плодоводства и всего сельского хозяйства вообще.

Все шире и отчетливее обозначались перед собравшимися и перед самим Мичуриным грандиозные очертания того, что ему удалось сделать для родной страны за шестьдесят лет его научной и практической деятельности, его благородного новаторского горения.

Когда окончились все бесчисленные выступления, попросил слова и сам Иван Владимирович.

«Товарищи, — сказал он. — На мою долю выпала довольно-таки редкая радость — увидеть плоды своих трудов. Шестьдесят лет тому назад начал я на жалком участке свою работу, как опытник-одиночка. А теперь вы, и в вашем лице весь трудовой народ, чествует то для многих когда-то мелкое и смешное дело, которому я отдал десятки лет жизни.

Я знаю, кому обязан всем развитием моего любимого дела. Я обязан этим великой трудовой советской власти. Ленин и Сталин — вот те люди, которые, при всей огромной занятости государственными делами, находили время позаботиться и обо мне и о моем деле. Они стремились обратить внимание всех трудящихся на плодоводство, ведущее к зажиточной, хорошей жизни.

Очень хотелось бы мне, чтоб в каждом колхозе каждый колхозник имел хоть одно дерево, выращенное своим трудом. Уже есть немало примеров этого, но надо еще больше развивать это дело.

Мне уже недолго осталось жить. Но я еще хочу и надеюсь поработать. Земля меня, конечно, не пугает. Всю жизнь я ничего не боялся — только за сад и были у меня страхи. Но я теперь вполне спокоен: ваши руки не дадут после меня заглохнуть моему саду…