Венди Берри - Принцесса Диана

Лорд Ромси переночевал в «зеленой комнате» и присоединился к принцу за завтраком. Оба выглядели так, будто почти не спали.

— Давай подождем и посмотрим, что произойдет дальше, Чарльз, — сказал лорд Ромси перед отъездом, поблагодарив меня и Пола за заботу. — Возможно, мы зря волнуемся.

Но все оказалось хуже — гораздо хуже, чем можно было предположить.

Секретариат Чарльза проинформировал его о том, какие скандальные факты могут содержаться в новой биографии принцессы, и это повергло его в состояние, близкое к панике. Двадцать девятого мая на обед были приглашены Эрик и Поппи Андерсон. Несмотря на жару, они на несколько часов закрылись с принцем в гостиной. Всем было известно только одно: 7 июня «Санди Таймс» должна была напечатать первые отрывки из книги Эндрю Мортона.

Лорд Ромси вернулся в Хайгроув 5 июня, а в субботу у Чарльза ночевали гости — дизайнер Роберт Кайм со своей женой Хелен. В воскресенье утром, когда принесли газеты, возникла крайне неловкая ситуация. Чарльз условился со своим пресс-секретарем Дикки Арбитером, что тот по факсу передаст ему страницы с разоблачениями, как только они выйдут в свет. Поскольку выход газеты умышленно задержали, сообщение переслали только в пять двадцать шесть утра. Дикки, бывший радиокомментатор, приятный в общении и веселый, извинился за задержку. Ему пришлось полночи ждать, пока поступят газеты.

В то утро переданные по факсу полосы были сложены на краю стола в столовой, чтобы принц просмотрел их. Гости не разрядили напряженную атмосферу, и разговор был, мягко говоря, несколько вымученным.

Диана спустилась на несколько минут, а затем извинилась и ушла к себе. Чарльз остался сидеть во главе стола и читать подготовленные для него материалы, а затем прогулялся по саду с супругами Кайм. Вскоре они уехали.

Я была поражена самообладанием принца, поскольку публикация оказалась гораздо хуже, чем можно было предположить. Рано утром мы видели сложенные у факса листочки и имели возможность прочитать, что там написано. В помещениях для прислуги разговаривали шепотом и не знали, как себя вести. Некоторые заявили, что не будут читать книгу или покупать «Санди Таймс», но остальные в течение дня улучали минутку, чтобы выбежать и купить себе экземпляр газеты.

Проводив гостей, Чарльз поднялся в комнату принцессы, захватив с собой листки с фрагментами книги Мортона. Через несколько минут Диана с пылающим лицом и глазами, полными слез, сбежала вниз и бросилась к машине. Она сказала, что возвращается в Лондон, и выскочила за дверь.

Чарльз больше часа в одиночестве бродил по саду, а затем поднялся к себе и переоделся для поло. Он вернулся поздно вечером и, похоже, после матча выпил гораздо больше своего обычного бокала «Пиммза».

— Ради Бога, только никому не говорите об этом, — строго предупредил нас Пол.

Вот глупец, подумала я. Никто и не собирался.

В следующий раз я увидела Диану только через несколько недель. Газеты были полны глубокомысленных рассуждений на предмет того, кто стоит за спиной Эндрю Мортона и кому вообще это нужно.

В пятницу принцесса приехала с Дэйвом Шарпом, Эвелин Дагли, Гарри и его телохранителем Рэгом Спинни и поваром Крисом Барбером. Диана выглядела напряженной, но радовалась возможности укрыться от посторонних взглядов. Она сказала, что хочет провести тихий уик-энд вместе с Гарри, и сообщила, что принц не приедет. Мы ждали его в субботу, но Диана утверждала, что ее сведения верны. Поэтому она собиралась устроить пикник для персонала и попросила Дэйва Шарпа организовать все в королевской части сада. Когда Дэйв готовил жаровню, внезапно подъехал Кен Стронак на служебной машине и объявил, что принц будет через полчаса.

Диана мрачно взглянула на нас и ушла в дом. Все приготовления были перенесены поближе к конюшням. Чарльз заехал только принять ванну и переодеться. Когда Диана присоединилась к нам, принц, свежий и благоухающий одеколоном, прошел мимо нас в сад, чтобы сорвать несколько стебельков сладкого гороха. Кен сказал нам, что Чарльз собирается на день рождения и вернется в Хайгроув только на следующий день. Мы во все глаза смотрели, как он подошел к Диане и отвел ее в сторону.

— Я не предполагал, что ты появишься в эти выходные, — сказал он, с трудом сдерживая ненависть. — Ты ведь говорила, что не собираешься…

С этими словами он повернулся и пошел в дом по посыпанной гравием дорожке. Когда он отбыл, Диана выглядела еще более растерянной и, казалось, с трудом держала себя в руках. Весь вечер она не поднимала глаз, время от времени убегая в дом, чтобы позвонить по телефону, и возвращаясь с красными припухшими веками.

Приехав в Хайгроув, Чарльз разрушил надежды Дианы на мирный уик-энд и самому себе испортил настроение. Оба сильно расстроились из-за того, что их визиты совпали.

На следующее утро Диана встала рано и вместе с Гарри поехала забрать Уильяма из школы. В тот день ему исполнялось десять лет, и празднование собирались провести в саду, принадлежащем королю Греции в Хампстед-Гарден-Саберб. [16] Чарльз намеревался присоединиться к обществу попозже, а затем сыграть в поло и вернуться на ночь в Хайгроув.

Вероятно, со школой в Ладгроуве существовала специальная договоренность, поскольку в следующие выходные Диана и Гарри тоже забрали Уильяма. Она с младшим сыном провела предыдущую ночь в Хайгроуве. Чарльз отсутствовал, и это позволило Диане расслабиться на берегу пруда и поговорить с друзьями по мобильному телефону. Настроение ее было заметно лучше, чем в предыдущие выходные, и она дружески болтала с нами на кухне.

Старая пословица о том, что беда не приходит одна, оказалась как нельзя более справедливой в пятницу 3 июля. Жеребенок любимой лошади принца попал в яму в загоне и сломал ногу. Пэдди винил во всем конюха, который пустил в загон взрослых животных, и они взрыхлили землю. Принц казался вне себя от ярости: жеребенок был первым, родившимся в Хайгроуве. Чарльз потребовал, чтобы ему доложили подробности, но не обрушился на Пэдди и на следующий день послал ему записку, в которой писал, что не считает его ответственным за происшедшее.

Приезд в субботу Дианы с детьми не улучшил настроение принца, а когда вечером появились его друзья Хью и Эмили Ван Катсем, собиравшиеся вместе с Чарльзом в театр, напряженность усилилась. Диана с Уильямом в восемь часов поднялись к себе и попросили принести ужин наверх, намереваясь провести вечер у телевизора.

В то воскресенье в газете вновь появилась публикация, вызвавшая тревогу принца. Автором ее был один из массажистов Дианы, Стефан Твигг. В отличие от предыдущих случаев, когда принцесса никак не реагировала на выступления «Санди Таймс», она в ужасе ахнула, прочитав очередные «свидетельства очевидца».