Фёдор Абрамов - Олег Трушин

Нет, после дементьевского письма отношение Фёдора Абрамова к «Новому миру» осталось прежним. Он всё так же ценил его, интересовался всем, что печаталось на его страницах, но своих сочинений к публикации больше не предлагал. С марта 1960 года дружба Абрамова с «Новым миром» стала как бы заочной. Он не искал прямых встреч с Твардовским, да и сам Александр Трифонович, словно на какое-то время забыв о существовании Абрамова, не зазывал его встретиться на страницах «Нового мира».

Но накануне каждого нового года Фёдор Александрович будет получать из «Нового мира» маленькие поздравительные открыточки с автографами всех членов редакции. Это была давняя традиция новомирцев – поздравлять своих авторов с Новым годом. И это будет говорить о том, что Абрамова в «Новом мире» помнили.

Начало рукописи повести «Жила-была сёмужка». 1961 г. Публикуется впервые

Без всякого сомнения, в цикле «На северной земле: Повесть и рассказы», опубликованном в «Звезде», главенствовала повесть «Безотцовщина».

Сюжет её весьма прост. В деревне Грибово, что стоит на берегу реки Черемшанки, родившийся без отца, один у матери растёт пятнадцатилетний паренёк Володька Фролов. В работе «не грозен», учиться не хочет, валяется в избе, по выражению автора, «дурея от сна и скуки», слоняется по деревне со своей собакой Пухой… Да всё у него как-то неладно. «Паскудным парнишкой рос», как определил его земное существование один из главных героев повести. И если бы не приехавший в колхоз бывший фронтовик Кузьма Васильевич Антипин, взявшийся за воспитание паренька, то, может быть, и вырос бы Володька человеком никчёмным, без цели в жизни, а так…

Фёдор Абрамов, поставив многоточие в финале повести, в свойственной ему манере пытается заставить работать читательское воображение, как бы даёт возможность поразмыслить о дальнейшей судьбе Володьки без авторской подсказки.

Так, казалось бы, на простом материале с лёгкой руки Фёдора Абрамова заиграла весьма жизненная тема – судьба детей в неполных семьях, где нет отца. Это была «безотцовщина», порождённая уже не отгремевшей войной, да и от катаевского «Сына полка», опубликованного в журнале «Октябрь» в боевом 1944-м, до января 1961-го прошло без малого почти два десятилетия. Кроме того, Абрамовым была обрисована проблема куда глубже – мужская воспитательная роль отца в семье. И так, как это сделал Абрамов, до него ещё никто не делал. А почему повесть «Безотцовщина» стала именно такой, и о том, что подтолкнуло Абрамова к её написанию, в этой книге ещё будет сказано.

Уже в год выхода в свет повести «Безотцовщина» ею заинтересовались сразу несколько издательств. 3 июня издательство «Советская Россия» настойчиво просит у Фёдора Абрамова разрешения на издание повести отдельной книгой в серии «Короткие повести и рассказы». Причём книгу планировалось сдать в производство уже в июне.

Пришедшее из «Советской России» письмо завалялось в почтовом ящике на Новочеркасском проспекте, и о планах публикации там «Безотцовщины» Фёдор Абрамов, пребывавший в это время в комаровском Доме творчества, узнал лишь из телеграммы: «Телеграфируйте согласие сдачи производству повести Безотцовщина срочно позвоните телефону К5-34-25 Издательство Советская Россия – Янковская».

Видимо, спешность получения абрамовского ответа для издательства была действительно рождена не на пустом месте.

Но Фёдора Абрамова, по всей видимости, не очень интересовало это предложение. Ещё в марте он отнёс сборник «На северной земле», состоящий из опубликованного ранее в «Звезде», в Ленинградское отделение издательства «Советский писатель», где он вскоре был поставлен в план издания на 1962 год. А пока со сборником шла допечатная работа, формировались гранки, Абрамов к концу 1961 года успел закончить повесть-сказку «Жила-была сёмужка», «отшлифовать» рассказы «Медвежья охота» и «Сосновые дети», которые также были направлены в «Советский писатель». Название сборника автором было изменено по первой, уже знаковой для читателей повести.

Ленинградский критик Пётр Иосифович Капица в своей рецензии на новую, ещё не вышедшую в свет абрамовскую книгу 31 марта 1961 года напишет: «В Ленинграде появился очень интересный, хорошо знающий северную деревню писатель, имеющий острый глаз и твёрдую руку художника».

И уже после выхода в свет «Безотцовщины» читатель из Львова, военнослужащий Василий Абакумов, сокровенно поведает в письме Абрамову: «Вы писатель, который создал довольно мало, но если бы найти такую меру весов и подсчитать качество трудов (имею в виду количество книг), то Ваши две книги ценнее, чем четыре пухлых романа другого писателя (чего греха таить, если есть ещё такие писатели, стремящиеся богатство литературы советской пополнить количеством книг, а не качеством)».

1961 год, начавшийся для Фёдора Абрамова с весьма громкого литературного успеха, ознаменовался ещё и переводами «Безотцовщины» на французский и эстонский языки. Бесспорным подарком автору стал и перевод «Братьев и сестёр» на чешский в одном из пражских издательств. А рассказ «Последняя охота» был поставлен в одном польском издательстве в план сборника – «Избранные рассказы советских писателей. 1962 год».

Что можно было ещё желать автору, который лишь год тому назад получил писательское удостоверение? Несомненно, этот литературный успех упрочил положение Абрамова-прозаика.

Ко всему тому, спустя два года, 24 октября 1963 года, творческое объединение «Юность» киностудии «Мосфильм» в лице его редактора Галины Павловны Хоревой обратится к Абрамову с предложением о создании сценария художественного игрового фильма по повести «Безотцовщина».

Тогда вследствие масштабной всесоюзной критики Фёдора Абрамова за повесть «Вокруг да около» реализация этого кинематографического проекта отложится на целых десять лет, и лишь в 1973-м режиссёру Петру Тодоровскому всё же удастся снять на её основе фильм под названием «Своя земля». Абрамов не был привлечён к сценарной работе и, может быть, потому относился к фильму довольно сдержанно и прохладно.

Как всегда, при любых условиях оставаясь самим собой, Фёдор Абрамов был очень осторожен в отношении замыслов киностудий на экранизацию своих произведений и каждый раз отказывался от поступающих предложений. Может быть, это было причиной того, что «Безотцовщина» стала его единственным творением, получившим вторую жизнь на киноплёнке. «Боюсь я киношников! Я не встречал таких, которым был бы близок мир моих людей», – признался он однажды в своём выступлении 15 декабря 1980 года на встрече с читателями в Ленинке – центральной библиотеке страны.

А предложений от «киношников» было немало. Так, к примеру, 27 сентября 1978 года главный редактор ПТО художественных фильмов киностудии «Беларусьфильм» В. Булавина, желая получить согласие Фёдора Абрамова на возможность экранизации его произведений, в коротком письме писала: «…мы бы с удовольствием учли Ваши предложения и пожелания при составлении тематического плана на 1981–1985 годы…» Но Фёдор Абрамов и на этот раз промолчал.

Рассказывая о повести «Безотцовщина», нельзя не упомянуть ещё об одной ранней повести Абрамова, стоящей особняком во всём его творчестве. Эту повесть издательство «Советская Россия»