В Кондауров - Взлетная полоса длиною в жизнь

- Кузнецов Александр, можно просто Саша. Ты что всё вскакиваешь, как "Ванька-встанька"?

- Но как же мне быть, я ведь должен приветствовать?

- Если ты так будешь вскакивать целый день, то когда же ты будешь заниматься делом? Эти полковники - твои старшие товарищи, а не начальники. Такие же лётчики, только гораздо опытнее.

- Всё это для меня очень сложно сейчас.

- Ничего, начнёшь работать - привыкнешь.

Этот весёлый, не лишённый чувства юмора лётчик со значком мастера спорта на кителе, родом из Средней Азии, был хорошо эрудирован, любил литературу и прошёл нелёгкий путь, прежде чем стать испытателем.

Следом подошли ещё два офицера. Один, высокий и мощный, как колосс, капитан - с удивительно большой доброжелательностью протянул свою ручищу и произнёс мягким басом:

- Виталий Жуков. Ты где остановился?

- Сказали, что до получения квартиры буду жить в гостинице.

- Значит, будем вместе. Если что непонятно, подходи, спрашивай, хорошо?

- Спасибо, обязательно.

Виталий, уроженец Украины, из запорожских казаков, прибыл незадолго до меня и, кажется, был единственным холостяком среди лётного состава. Вторым протянул руку майор с солидной внешностью, широким лицом и густыми иссиня-чёрными волосами.

- Майоров Вячеслав. Тебя в какую эскадрилью зачислили?

- В первую.

- Я тоже в первой!

- Чем же вы занимаетесь?

- Авиацией ПВО.

- Но я ведь с ВВС!

- Это не важно. Начнёшь на своих летать, а потом всё равно комплексником станешь.

- Что это значит?

- Каждый из нас должен найти в работе главное направление, чтобы стать высоким специалистом, но это не исключает участия в испытаниях объектов других родов авиации.

Неожиданно, как по команде, все офицеры встали, прекратив свои дела. В комнату решительным шагом вошёл широкоплечий седовласый мужчина в лётной куртке. На его смуглом, властном лице и в карих глазах можно было прочесть силу воли, твёрдость характера и доброту души.

- Прошу садиться, - произнёс он на ходу спокойным, низким голосом и сел, окидывая всех внимательным, всё понимающим взглядом.

- Кто это? - спросил я шёпотом у соседа.

"ВГ", - ответил он коротко. Я непонимающе взглянул на него, но тут заговорил командир.

Ставлю задачу. Завтра боевая работа: уничтожение беспилотной мишени новой опытной ракетой "воздух-воздух" с самолёта Е-155. Ведущий лётчик полковник Кабрелёв, прошу доложить готовность.

Поднялся офицер, годившийся мне в отцы:

- Бортовая РЛС функционирует, контрольные готовности ракет к пуску проходят, электроцепи управления вооружением проверены, - не торопясь, вдумчиво доложил лётчик.

- Садитесь, Пётр Филиппович. Лётчик облёта мишени? - вопросительно обратился к собравшимся "ВГ". Поднялся стройный подполковник со Звездой Героя на груди:

- Мишень облётана, замечания устранены, программа полёта уточняется.

- Должен сказать, что вероятность уничтожения мишени новой ракетой пока невелика. Ответственный за боевую работу, Вы выделили пару истребителей для подстраховки? - обратился "ВГ" к молодому, симпатичному полковнику.

- Так точно! Лётчики - подполковник Плюшкин и подполковник Гудков.

- Где они?

Все повернули головы в одну сторону. В самом углу, в кресле, с книгой в руках сидел коренастый светловолосый офицер и, казалось, слегка подрёмывал.

- Плюшкин! - воскликнул "ВГ", и сидевший в кресле открыл глаза. - Вам что, нечего сказать?

- Да что тут говорить, Василий Гаврилович, Вы же знаете, всё будет, как надо. Никуда она от нас не денется, - ответил лётчик уверенно.

- А где второй? - наступило всеобщее молчание. - У нас что, не всем лётчикам..., - начал было "ВГ" сурово, с расстановкой, нахмурив брови. Но в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился запыхавшийся Гудков с виноватым и одновременно радостным выражением на лице.

- Вы где ходите? - спросил командир явно недовольным тоном.

- Я тут, рядом, на свалке немного пошарил..., - комната вздрогнула от хохота.

- Гудков, я знаю, что у Вас, как говорится, руки золотые, но надо, чтобы на службе и голова золотая была, - улыбаясь, сказал "ВГ". Лётчик смущённо пригладил на голове свои каштановые волосы и выразительно развёл руками. - Хорошо, будем считать, что все всё поняли. Но завтра быть готовыми в полном объёме, как штыки. Свободны!

Продолжая сидеть, я смотрел в окно неподвижным отсутствующим взглядом и думал: "Сколько же мне надо работать, чтобы стать равным среди них? Хватит ли у меня сил и способностей, чтобы освоить всё необходимое?". Но желание стать испытателем было так огромно, что я решительно отбросил эту трусливую мысль. Вдруг моё внимание привлекло что-то движущееся за окном. Я всмотрелся и остолбенел - по рулёжной дорожке мимо проруливал необычный самолёт. И не просто необычный, а уродище какое-то! Он имел широкий хвост с двумя килями и широкими, огромными соплами от двух двигателей. В носовой части фюзеляжа, по бокам, бросались в глаза большие прямоугольные воздухозаборники. Мало того, самолёт был окрашен не в обычный и уже привычный для нас серебристый цвет, а в тёмно-серый, что придавало ему какой-то мрачный и даже таинственный вид.

- Что это? - воскликнул я изумлённо.

- "Фантомас", - ответил стоявший рядом Кузнецов и, видя мой удивлённый взгляд, пояснил: - Е-155, скоростной высотный перехватчик для ПВО, опытный экземпляр, проходит государственные испытания.

Так я впервые увидел известный потом всему миру самолёт МиГ-25П. Сейчас уже никого не удивить такой конструктивной схемой. Они летают по всему миру: F-15, МиГ-29, F-18, Су-27.

- Да-а, - протянул я восторженно, - неужели и мне придётся полетать на таком?

- Сынок, - засмеялся Саша, - не горюй, проживёшь с моё - и не на таких полетаешь.

С этого дня и на долгие годы меня так и звали - "Сынок". Небольшое двухэтажное здание в жилом городке называлось "лётной гостиницей", потому что в ней, кроме молодых испытателей, не успевших получить квартиру, проживали и "старики", решившие сохранить свои московские квартиры и несколько лет, оставшихся до пенсии, прожить так - "по-холостяцки". В первые же вечера я узнал там много интересного. Оказалось, что "ВГ" - это начальник службы лётных испытаний. На испытательную работу был направлен во время Великой Отечественной войны, прямо с фронта. Незаурядные способности позволили ему, с семиклассным образованием, стать не только прекрасным испытателем, но и руководителем самих испытаний. Его заместитель, Пётр Кабрелёв, окончил Военно-воздушную инженерную академию имени Н.Е.Жуковского и, конечно, "знал, что такое интеграл". А командир эскадрильи В.С.Котлов, Герой Советского Союза и Вьетнама, скромный трудяга, не одну машину испытавший на штопор, был заядлым рыбаком и охотником. В.Г.Плюшкин единственный лётчик, кто испытал МиГ-21 на инерционное вращение, а в штопоре он чувствовал себя "как дома". Не один раз представлялся к званию Героя, но так и не получил. По характеру малоразговорчивый, он иногда мог часами читать наизусть стихи Пушкина. Занимавшийся испытаниями самолётов-мишеней Ф.Д.Богданов был известен тем, что 27 раз катапультировался только потому, что в своё время мишень Ил-28 не могла взлетать без лётчика. Фёдор приводил её в зону сбития и... покидал навсегда.