Александр Колмогоров - Мне доставшееся: Семейные хроники Надежды Лухмановой

К его счастью, после тщательного расследования причиной неудачи посольской миссии была признана внутриполитическая обстановка в самом Китае и «амурские события». 6 июня 1654 года произошло военное столкновение маньчжурского войска с отрядом якутских казаков О. Степанова на Сунгари и последующая неудачная осада казачьего острожка в устье реки Хумархэ в марте-апреле 1655 года.

С учётом значительного интереса сведений, представленных Байковым администрации приказов, результаты посольства не были признаны неудачными и сослужили свою роль при организации последующих дипломатических сношений 1658, 1668 и следующих годов. Косвенным подтверждением подобного основания служит факт увеличения в 1663–64 годах поместного оклада бывшего посла с 550 до 900 четей!

Не оставивший наследников, Фёдор Исакович скончался в 1664 году в Москве и по завещанию похоронен на кладбище при Настасьинской (Настасьи Премудрости) церкви, что в Житном ряду, позднее поглощённом Охотным рядом.

Могила посла затерялась с течением времени, но не сгорели рукописи, попавшие в 1665–66 годах в руки амстердамского бургомистра Витсена в бытность его в Москве в составе нидерландского посольства Якова Бореля. Впервые они были опубликованы парижским географом М. Тевено в 1666–72 годах. Впоследствии «статейный список» Байкова многократно переиздавался на разных европейских языках с 1689 по 1781 годы. Подлинное их описание в России появилось лишь в IV томе Новиковской «Древней российской вивлиофики» в 1773–75 годах в Москве[19].

Но вернёмся к делам Горного кадетского корпуса времён Александра Благословенного. Несмотря на очень высокую и растущую с годами оплату за обучение (650 рублей в год за своекоштного кадета), оно стоило большего. Кроме общеобразовательных дисциплин, иностранных языков и спецпредметов 8-го класса, здесь преподавали — архитектуру, минералогию, логику, рисование, каллиграфию, фехтование, музыку, пение и… танцы! Причём владению шпагой и политесу юных питомцев в синих мундирах с чёрными бархатными воротниками и обшлагами учили лучшие в столице мастера своего дела. Театральные представления кадетов славились в светском обществе. Именно из стен этого заведения вышел знаменитый трагик В. А. Каратыгин — гордость русской сцены. Выпускные экзамены воспитанников помимо столичной знати посещали поэт Жуковский, баснописец Крылов, историк Карамзин. Отчёты об этом помещались в газетах и журналах.

В декабре 1819 года корпус получил права аналогичные Благородным пансионам при Московском и Петербургском университетах.

5 мая 1822 года 14-летний кадет А. Байков удостоился чести лицезреть в стенах корпуса Высочайших особ: Императрицу Марию Фёдоровну и великую княгиню Марию Павловну с мужем. Воспитанник старшего класса Ф. Бальдауф от избытка чувств откликнулся на это событие следующими верноподданническими стихами:

Что наш смущает робкий взгляд?Что грудь объял восторг мгновенный?Ликуй, красуйся вертоград,Марии взором освещенный!Царица кротости, щедротК тебе внимание склоняетИ юных подданных сзываетПод сень избраннейших доброт.[20]

Можно только предполагать, как сложилась бы карьера «способного и достойного кадета» Александра Байкова, не оставь он корпус по состоянию здоровья. Определённый к статским делам чиновником 14-го класса, 18-летний коллежский регистратор 30 июня 1825 года поступил на государственную службу по военному ведомству[21].

Цесаревич в Тюмени

Лето 1837 года принесло жителям Тюмени зрелище невиданное в истории Сибири. Его очевидцы до самой своей смерти благодарили Создателя, сподобившего их ещё в этой жизни узреть сына помазанника Божьего Государя-Наследника Александра Николаевича на своей земле. Из уст в уста передавались детям, внукам и правнукам мельчайшие подробности того, что пришлось видеть и испытать в эти незабываемые дни.

Готовился к предстоящему событию и 13-летний Филимон. С вечера 30 мая составился уговор с ближайшими товарищами — пробраться окольными путями в середину главной улицы города, по которой ожидался проезд цесаревича. Но сделать им этого не удалось. Уже с раннего утра, несмотря на мелкий дождь, обыватели плотно заполнили прилегающие к центру улочки. Подростки смогли добраться только до церкви Всемилостивого Спаса, на пересечении Спасской и Иркутской улиц. Простояв весь день, промокшие и голодные, они уже было решили возвращаться по домам, когда около 8 вечера их оглушил внезапный колокольный звон всех городских церквей.

Через некоторое время со стороны ярмарочной площади послышался нарастающий гул, перешедший вскоре в многоголосные несмолкаемые русские «ура» и татарские «алла». Растерявшиеся друзья увидели перед собой вереницу дорогих крытых экипажей, остановившихся у открытых ворот церковной ограды. Через минуту из одного из них вышел очень высокий и очень молодой человек в глухом военном мундире с серебряными галунами на правом плече. Приветливо улыбаясь во все стороны, царёв сын, окружённый свитой, медленно вошёл в двери храма. Колокольный звон разом смолк.

После короткого молебна всё, только что увиденное мальчиками, повторилось с точностью до наоборот, и вереницы экипажей под возобновившийся колокольный звон двинулись по Благовещенской улице к центру города.

На следующий день было решено идти ранним утром к соборной площади смотреть с высокого берега переправу царевича на Тобольский тракт через широко разлившуюся Туру. Перевоз великого князя и наследника в специально построенной к этому случаю великолепной многовёсельной красавице-ладье, несмотря на команду из 14-ти молодых и рослых купеческих сыновей, занял, на радость зрителей, больше часа времени. И вскоре резвые тройки унесли Высокого гостя в губернский Тобольск.

Вечером 4 июня Филимону ещё раз посчастливилось увидеть цесаревича, возвращавшегося в город на «царской лодке» по Туре. Могли предполагать 13-летний подросток, провожая ранним утром 5 июня Августейшего путешественника у Триумфальных ворот, что через три десятка лет ему… как городскому голове выпадет честь принимать у себя в доме третьего сына Императора Александра II — великого князя Владимира Александровича! А ещё через 5 лет (в 1873 году) самому стоять у руля той самой лодки, встречая в Тюмени и четвёртого императорского сына — великого князя Алексея Александровича!!![22]

Кожевенное ремесло