Станислав Зверев - Генерал Краснов. Как стать генералом

Однако век назад отношение к парламенту было иным, интеллигенция ждала от него чудес и благоденствия, по западной указке она считала его самым прогрессивным учреждением. Вестернизированное сознание отказывалось видеть реальные качества парламента, его недостатки и крайне низкий уровень способностей. Сохранив Самодержавные полномочия, Николай II был уверен в успехе своего плана устроения России и своей устойчивости против демократических поползновений. Интеллигентская уверенность в целесообразности Г. Думы вносила в ее учреждение скрытый смысл о ее будущем. В случае если Дума будет приносить государственную пользу, вопрос отпадает. Но если раз за разом она обнаружит неспособность заниматься иной работой кроме революционной, тогда всем станет ясна мнимость потребности в ней Российской Империи, и будет возможно ее упразднение. События продвигались по второму пути. Впоследствии A. A. Мануйлов, профессор и министр просвещения Временного правительства, объяснял травлю П. А. Столыпина: «У нас в конституционно-демократической партии была тогда директива — отвергать все, что идет от правительства».

После возвращения в полк, в 1906 г. Краснов переработал свои очерки для книги, но в 1906 г. сумел издать только первый том «Год войны». Издания второго тома пришлось ждать пять лет (в заключении Краснов объясняет, что задержка произошла не по его вине — войну хотели позабыть, издавать том 2 никто не хотел). Другого мнения был Государь, давший инструкцию по описанию неудачной войны: «Работа должна быть обоснованной исключительно на голых фактах… нам умалчивать нечего, так как крови пролито больше, чем нужно… героизм достоин быть отмеченным наряду с неудачами. Неизменно нужно стремиться к восстановлению исторической истины во всей ее неприкосновенности» [60]. Это недопущение идеализации, стремление к правде особенно выделяется на фоне советских фальсификаций в каждой войне, когда пропагандой и подлогами историки занимались заодно с правителями советского государства. Труды по Японской войне непрестанно выходили и до 1911 г., в них разбирались допущенные просчеты и давалась научная оценка войны (Куропаткин, Апушкин, Свечин, Черемисов и мн. др.).

Труд Краснова как наблюдателя за душой Армии не часто касался общеорганизационных вопросов, но и в этой области сделаны замечания и предложения. «Год войны», изданный со множеством фотографий, рисунков, иллюстраций, карт и портретов, Петр Николаевич поднес Его Величеству и Наследнику Цесаревичу Алексею Николаевичу, подобно тому, как раньше — «Атаманскую памятку» и «По Азии». Когда именно это происходило, не могу установить, но по другому случаю точно известен субботний день 14 января 1906 г. Дневник Императора: «Утром была метель, поэтому смотр атаманцев состоялся в экзерциргаузе в пешем строю. Они представились молодцами. Все дети присутствовали с Алике в ложе. Обносил маленького Атамана мимо фронта, он вел себя отлично». А вот как описал смотр Императора и Атамана всех казачьих войск П. Н. Краснов, командир 3-й (штандартной) сотни полка:

«Государь взял на руки Наследника и медленно пошел с ним вдоль фронта казаков. Я стоял во фланге своей 3-й сотни и оттуда заметил, что шашки в руках казаков 1-й и 2-й сотен качались. Досада сжала сердце: «Неужели устали? Этакие бабы! Разморились!» Государь подошел к флангу моей сотни и поздоровался с ней. Я пошел за Государем и смотрел в глаза казакам, наблюдая, чтобы у меня-то, в моей штандартной вымуштрованной сотне не было шатанья шашек. Нагнулся наш серебряный штандарт с черным двуглавым орлом, и по лицу бородача красавца вахмистра потекли непроизвольные слезы. И по мере того, как Государь шел с Наследником вдоль фронта, плакали казаки и качались шашки в грубых мозолистых руках, и остановить это качание я не мог и не хотел…»

Казаки защищали Государя, Наследника и Россию от анархии и терроризма. «Просвещенная общественность» за это обзывала их опричниками — чего еще от нее было ждать?

«Дома в России меня ждала кипень нелепой, дикой, безобразной российской смуты. С места пришлось становиться в ряды борцов за правду, отстаивать Россию от наглого набега революционной толпы.

Это тяжелое смутное время я описал в двух романах: «Потерянные» и «Элла Руллит» («Потерянные» напечатан в газете «Свет» за 1907 год, «Элла Руллит» помещена во II том моих повестей и рассказов)» [39].

В списке изданий Краснова к 1915 г. значатся сборники «Элла Руллит» и другие рассказы, «В Манчжурской глуши» и другие рассказы (стоимость 1 рубль). Только они подходят под вышеназванное описание двух томов повестей и рассказов. Там же указаны без датировки «Рассказ депутата Федорова» (20 коп.) и «Затмение», рассказ (20 коп).

В 1915 г. выйдет и роман о войне с Японией «Погром»; не датированный, он был написан еще во время войны, когда Краснов составил «полуфантастический образ молодого офицера Шримса» [88, № 4093]. «Погром» стал продолжением повести «В Манчжурской глуши». Все главные герои той повести: Саша, Адя, Иванов, Арцимович, а также новые персонажи — Шримс и его возлюбленная Роза — на себе переживают военный погром. Половина из них гибнет. Но Россия живет дальше, даже не заметив далекий погром, разбивший столько жизней [99].

Борьба за правду велась Красновым как словом, так и делом. Все лето Л.-Гв. Атаманский полк провел, водворяя порядок в Лифляндской губернии.

6 мая 1907 г., в день рождения Императора Николая II, Краснов поместил в «Русском инвалиде» статью «Чего войска ожидают и чего желают от молодых офицеров», где суммировал слышанное и замеченное «в годы скитаний моих» за 1901–1906 гг. Самым важным Краснов назвал любовь. «Они должны быть благоговейно преданы Государю и Его Семье, быть влюблены в Россию и действительно готовы за них каждую минуту отдать жизнь». Любовь к солдату и святому военному делу должна сочетаться со способностью надлежащим образом командовать и начальствовать. Краснов приводит 12 пунктов необходимых новому поколению знаний и умений по уставам и картам, телеграфу, радио и телефону, стрельбе и лошадям, маневрированию и фехтованию [ «Офицерский корпус Русской Армии. Опыт самопознания» М.: Русский путь, 2000, с. 332–335].

В сборник «Мир тайн» попал не датированный рассказ из русско-японской войны «Темною душною ночью» о девушке, которая не успела выйти замуж за солдата-добровольца, погибшего от японской пули, и осталась одна растить от него сына, отдавая ему всю себя. «Когда мне приходится приносить ей на переписку рукописи, я переступаю порог ее чистой комнаты, как порог храма» [98, с. 173].

Кроме повестей и рассказов, Краснов написал в 1906 г. статьи о русской коннице и «О строевом командовании казачьим полком», где Петр Николаевич на основании опыта строевой службы и наблюдений за Японскую войну, выразил свою позицию о воспитании, обучении и маневрировании. Статьи в «Военном сборнике» вызвали критические отзывы, на которые Краснов желал отвечать не словом, а действием.