Степан Красовский - Жизнь в авиации

Погода не улучшилась и на второй день, но все же летчики мелкими группами и в одиночку наносили удары по врагу. Поддерживая успешное наступление сухопутных войск, экипажи одновременно бомбили и штурмовали вражеские аэродромы. Больше всего уделялось внимания самым крупным аэродромам врага - в Тацинской и Морозовском, на каждом из которых находилось до трехсот самолетов.

В первые же дни наземные войска добились существенных успехов. 5-я танковая армия, поддержанная авиацией, прорвав оборону, стремительно продвигалась в район Калача, где должна была соединиться с войсками Сталинградского фронта и завершить окружение вражеских войск.

У Белой Калитвы несколько задержался кавалерийский корпус. Комкор доложил в штаб фронта, что в районе наступления действуют не менее тысячи самолетов противника. Член Военного совета фронта корпусной комиссар А. С. Желтов предложил мне выехать на место и принять меры. Я немедленно отправился в Белую Калитву и в течение суток наблюдал за воздушной обстановкой. Действительно, действия вражеской авиации носили активный характер, и кавалерия несла от ее налетов потери, которые объяснялись в первую очередь незнанием тактики вражеской авиации. Кавалеристы передвигались только днем, не соблюдая никаких мер маскировки. Вражеская авиация совершала налеты вечером, а ранним утром повторно наносила удары в районе ночлега конников. В таких условиях прикрыть с воздуха растянувшиеся колонны было очень трудно.

Операция Сталинградского, Донского и Юго-Западного фронтов на окружение противника подходила к своему завершению. Железное кольцо советских войск сомкнулось в районе Калача, и враг оказался перед необходимостью либо сдаваться, либо погибнуть в огненном кольце.

В конце ноября погода несколько улучшилась, и наша авиация получила возможность вести боевые действия с большим размахом. Штурмовики дивизий П. И. Мироненко и А. А. Ложечникова, бомбардировщики И. Д. Антошкина, Г. И. Белицкого и Ф. П. Котляра наносили удары по колоннам вражеских войск на дорогах, громили аэродромы противника, успешно поддерживали войска на поле боя. За несколько последних дней ноября части воздушной армии совершили тысячу пятьсот самолето-вылетов.

Летчики, штурманы, техники, воины авиационного тыла не жалели сил, чтобы вырвать у врага победу. В эти дни на нашем фронте широкую известность получило имя летчика-штурмовика Нуркена Абдировича Абдирова, повторившего подвиг Гастелло. Вслед за Абдировым направил свой подбитый самолет на скопление вражеской техники пилот 808-го штурмового авиаполка сержант Андреев.

Солдаты и офицеры сухопутных войск с восхищением отзывались о мужестве и воинском мастерстве наших летчиков. Командующий 3-й гвардейской армией генерал Д. Д. Лелюшенко 4 декабря прислал командиру 1-го смешанного авиакорпуса телеграмму следующего содержания:

"Летчики работали хорошо, а многие отлично. Объявляю благодарность. Лучших представьте к наградам. Лелюшенко".

После окружения вражеской группировки Верховное Главнокомандование срочно перебросило большую группу войск на север - вверх по течению Дона. Этот маневр был предпринят для того, чтобы создать мощное внешнее кольцо вокруг окруженной группировки и сковать действия крупных неприятельских сил, сосредоточившихся в районах Котельниковского и Тормосина. Как показали последующие события, переброска войск вверх по течению Дона оказалась исключительно правильной и своевременной. Именно из Тормосина и Котельниковско-го враг намеревался ударить по нашим войскам и, прорвав кольцо окружения, соединиться с армией Паулюса.

Для руководства намечавшейся операцией противник создал штаб группы "Дон" во главе с генерал-фельдмаршалом Манштейном.

Наше командование разгадало планы врага и срочно приняло контрмеры. Выдвинувшись к Верхне-Чирской, советские войска не только нависли над тормосинской и котельниковской группировками, но и перерезали пути для подхода новых вражеских войск к Сталинграду.

Воздушная блокада окруженных войск противника стала важнейшей задачей нашей авиации. Немцы возлагали большие надежды на обеспечение войск по воздуху. Геринг обещал Гитлеру организовать "воздушный мост" и доставлять армии Паулюса триста - пятьсот тонн груза ежедневно. На аэродромах в районе Тацинской и Морозовского было сосредоточено большое количество транспортных самолетов и бомбардировщиков.

В конце ноября тихоходные Ю-52 и бомбардировщики Ю-88 и Хе-111 начали полеты в район окружения. Спустя несколько дней представитель Ставки по авиации - командующий ВВС Красной Армии генерал-лейтенант А. А. Новиков издал директиву по организации воздушной блокады вражеской группировки. Основное ее требование было сформулировано предельно просто: "Уничтожение транспортных самолетов противника считать основной задачей".

Чтобы придать этой крупной воздушной операции планомерный характер, наша авиация вела борьбу с немецкими транспортными самолетами одновременно в четырех зонах. Прежде всего нужно было уничтожать фашистскую транспортную авиацию за внешним фронтом окружения. В этой зоне действовали летчики 17-й воздушной армии, а с конца декабря к ним подключилась 8-я воздушная армия генерала Т. Т. Хрюкина.

Бомбардировщики и штурмовики наносили удары по тем аэродромам, где воздушные разведчики обнаруживали наибольшее скопление транспортных самолетов. Особое внимание уделялось аэродрому в Тацинской, по которому наши летчики неоднократно наносили весьма эффективные удары.

В уничтожении транспортных самолетов на аэродромах активное участие принимали летчики дальнебомбардировочной авиации. Они действовали по аэродромам, находившимся вне досягаемости фронтовой авиации, - в Ростове, Краматорске, Шахтах и других пунктах.

Между внешним и внутренним фронтами окружения была вторая зона. Здесь действовали истребители 8-й и 16-й воздушных армий. Третья зона окаймляла весь район окружения неширокой полосой. Здесь самолеты врага уничтожали зенитчики. И наконец, в четвертой зоне, в районе окружения, немецкие транспортные самолеты уничтожались в основном истребителями, бомбардировщиками и штурмовиками 16-й воздушной.

Координацию действий трех воздушных армий и авиации дальнего действия осуществляли командующий ВВС А. А. Новиков и начальник штаба ВВС Г. А. Ворожейкин. Они почти все время были на фронте и оказывали большую помощь нам, командующим воздушными армиями.

Система воздушной блокады оказалась весьма эффективной. Враг потерял на аэродромах и в воздухе более тысячи самолетов, из которых почти семьдесят процентов были транспортными. Несмотря на все потуги Геринга, генерала Рихтгофена и фельдмаршала Мильха, "воздушный мост" рухнул, и организовать снабжение по воздуху фактически немцам не удалось. Не получая необходимых материальных средств, окруженная группировка противника с каждым днем теряла свою боеспособность.