Владимир Ермолаев - Слово о полку Бурановом… Рассказы очевидца

— Да, Семеныч, че-то тут не так. У меня в Новодрочиловке такая же ерунда. Все мои дружки детства кто при колхозе, кто при заводе — гнезда постепенно сложили, друзьями-дачами обзавелись. Живут… И понятия не имеют — где у них почки, печенка и сердце. Не болит ничего…

Хорошая пенсия и квартира по дембелю выглядели в виде поощрения, однако ровесники на «большой земле», кто не сильно бухал — жили не хуже. И не хватало какой-то связки с окружающей средой. Чего-то не хватало…

Первая волна офицеров, жившая по приказу, по лозунгам «За Родину, за Сталина!» как-то упустила такие вещи, как «директор базы», «зав.секцией универмага», «начальник склада», «инструктор райкома», «член месткома» и другие, весьма важные, как оказалось, штуки… Вернее та волна была устроена так, что эти «штуки» ни при каких обстоятельствах они бы и НЕ ЗАМЕТИЛИ. Честь, достоинство, наплевательское отношение к своему здоровью и жизни — враз, вдруг, внезапно оказались только в газетах, книжках. На советских кухнях, в квартирах, в домах вдруг выросли совсем другие категории и концепции философического свойства…

На полигон уже стали прибывать лейтенанты послевоенных годов рождения. Тоже не имевшие сладкого детства, но уже не блокадные, не в землянках росшие, не под немцем бегавшие. А чтобы хорошо жить в мирное время да в советской стране — надо идти в военные, там оклады безумные, пенсия рано, привилегии-льготы всякие, прочие пряники…

К тому времени пауза в «космической» новизне затянулась. То есть Королева уже не было, его место стало «сладким» для других ракетно-космических деятелей, его преемники стали сдавать позиции и даже терять взаимопонимание. Программу Н-1 уже закрыли. Ее старт — 110-я и все хозяйство 113-й площадки откровенно скучало. Днепропетровская ракета летала не очень здорово, на ее старте, 43-й площадке временами случались протуберанцы. Иногда ракета взрывалась на старте. А потому комплекс 40-х площадок тоже скучал и тосковал по работе. Огромные толпы квалифицированных инженеров-испытателей 113-й и 43-й площадок приезжал на службу только для того, чтобы построиться на разводе, провериться-посчитаться, а затем рассосаться по каптеркам-лабораториям и до вечернего мотовоза пить спирт, играть в карты, плести сети для рыбалки и клеить резиновые лодки из гермоукупорки. Называлось это красиво — «ежедневное обслуживание техники»… Н-да…

И стало как-то вдруг престижно перевестись служить с боевых степных площадок-стартов на площадку 10. Площадка 10 — город Ленинск. В нем и при нем — Большой штаб, куча служб полигонного значения и уровня, всякие Военторги и Дома офицеров. В Ленинске утром встал не в 5.30, а в 7.00. На службу не побежал, а пошел. Не 1-2 часа в мотовозе стоя-сидя спать, а 15 минут — и на работе… Вечером обратно, да и в магазин можно зайти, но САМОЕ главное … Самое главное, в обед можно заскочить к соседке (соседкам!), у которых мужья на площадках и дома днем внезапно не появятся ни при каких обстоятельствах! О! Вот это да!

Оклады-зарплаты при этом были одинаковые или почти одинаковые, орденов-медалей за пуски ракет не дают, разницы между боевым и «городским» офицером не было никакой. Героизм? Космос? Трудности? Да на хер … У нас тут и в штабе полигона тоже служить ТРУДНО… Кондиционер громко очень жужжит, зараза…

Да и вообще, всякие «неракетные» должности типа зам по тылу, зам по КЭЧ (квартирно-эксплуатационная часть) , кадровики и прочая, которым спирт «для протирки контактов» не выдавали, вдруг обнаружили удивительное свойство иметь и ковры вне очереди, и хрусталь и югославские сапоги у жены и польскую стенку и подписные издания всяких авторов в этих стенках . Понятно, что эти подписные издания никто и никогда не читал, да ведь не для чтения же их ставят на полки, ей богу… Правда?

И Жора в гаражной зоне уже выпивает не с офицерами-стартовиками. А о чем ему со стартовиками болтать за бухлом? О ступенях-блоках-контактах? Об аварийных ситуациях? О доработках? Да ну… Лучше пойти побухать с вещевиком, замначсклада, кадровиком. О! То, шо надо! И полезно так «поболтать» за жизнь…

Постепенно большинство боевых офицеров стали смотреть на «десяточников» как на пройдох-ублюдков. А те преспокойно получали досрочно свои воинские звания, крутые грамоты «за успешно проведенные испытания», значки и медальки по случаю всяких юбилеев…

«Ордена и звания дают там, ГДЕ их дают!» — древняя истина, на самом деле…

Все нормально.

Незаметно, но настойчиво выросла площадка 18. Самая загадочная.

Находится эта площадка в Ленинске. На высоком берегу Сыр-Дарьи, отделенная от остального города правильным, а не военным забором, тихая такая, безлюдная . Вроде бы.

К тому времени, когда фамилии космонавтов уже перестали запоминаться ввиду частых пусков, стало необходим иметь на полигоне что-то покруче домика Королева, где бы эти самые толпы космонавтов, их дублеров и всей сопровождающей их кодлы могли бы провести предстартовые дни. Да и после посадки «длительных» экипажей тащить их сразу в Москву тоже оказалось не лучшим. Еще и «Интеркосмос» — все какая-никакая «Европа», перед которой тоже надо выпендриться. А потому была срочно построена гостиница «Космонавт», а рядом с ней — центр предполетной и послеполетной космической медицины. Весьма мощный и современный по тогдашним понятиям реабилитационно-курортный комплекс. Медицина — лучшая в Союзе, оборудование, бассейнчики, корты, прочие «балдежные» атрибуты.

На довольно большой прилегающей территории выросли березы (!), елки (!), прочая зелень ЛЕСНОГО происхождения, назначения и принципа действия … Понятно, что не на песке Кызыл-Кума, на котором стоит весь остальной город и полигон. На правильном черноземе, торфе, дерне, говне и прочих неместных геологических породах… Завелись зайцы, прочие ежики. Система стала тянуться к биоценозу (замкнутой самодостаточной саморегулируемой автономной биосистеме). Не без помощи солдатиков, конечно, куда тут…

Скоко вы мудохаетесь где-нибудь в Подмосковье, на Украине и прочих ЗЕМЛЯХ, чтобы на своих 6 сотках стояло несколько вишен, березок, цветочков? А? Само растет?

А тут — лес. В Кызыл-Куме. Сам растет? Ага…

Компонентов пролитого ракетного топлива в воздухе — нету, горячего стартового железа — нету, личного состава — нету (не видно), начальства — нету, построений, нарядов, учений, проверок, строевой подготовки (строевого плаца !!!) и прочих армейских «удовольствий» — нету. Знамени части — НЕТУ…

Прямое подчинение Москве, а не полигону, а Москва далеко, связь кривая-ненадежная. Тишина, безлюдье, грибы…