Василий Коньков - Время далекое и близкое

- Здравствуйте, товарищ генерал.

Я ответил на приветствие и стал внимательно вглядываться в лицо незнакомца.

- Григорьев моя фамилия, - таким же тихим голосом представился незнакомец.

Ну да, Григорьев, конечно же это он, Григорьев! Тот самый боевой командир взвода, с которым нам вместе пришлось спасать положение в одном из боев на Карельском перешейке, а потом не раз встречаться на Невском пятачке...

...Взвод старшего лейтенанта Н. Григорьева по десять дней не выходил из боев на плацдарме. А в первой рукопашной схватке с гитлеровцами он сошелся в 300 метрах от невской воды. Бойцы у него подобрались рослые, крепкие, хорошо обученные штыковому бою. Поорудовали в той схватке они на совесть. Сам командир бросился за убегавшим фашистом, размозжил ему голову прикладом, а очередью из автомата положил еще нескольких вражеских солдат.

Это его бойцы А. Семенов и В. Терентьев захватили гитлеровский пулемет с большим запасом патронов. Трофейный пулемет здорово пригодился взводу в последующих боях. А они следовали один за другим, и во взводе всякий раз прибавлялись раненые. Вот пуля задела сержанта И. Семина. Ему предложили эвакуироваться на правый берег, а он наотрез отказался, сказав: "Сердце пока еще бьется, значит, могу бить фашистов".

При отражении очередной атаки был серьезно ранен в левую руку и командир взвода. Пуля раздробила предплечье. В землянке старшему лейтенанту оказали первую медицинскую помощь, а-с наступлением темноты переправили на правый берег.

И после выздоровления Григорьев сражался за Ленинград, был еще несколько раз ранен. Самое тяжелое было шестое ранение. Долго после него лечился, получил инвалидность первой группы. Остался жить в Ленинграде. Учился. Сейчас работает начальником отдела стройматериалов и промышленных конструкций, в плановой комиссии исполкома Ленгорсовета. Много встречается с молодежью, рассказывает ей о своих боевых товарищах.

В отважных и смелых бойцах я всегда выделял одну характерную черту высокую дисциплинированность. Ни в какой ситуации такие люди не пасовали, не оставляли в беде товарищей. Казалось, сама смерть их остерегается. Во всяком случае, в этом меня убеждали многие факты.

Как-то я с группой командиров возвращался с плацдарма. Попали под жестокую бомбежку. Когда налет закончился, я увидел вокруг себя страшную картину: земля была искорежена, от стоявшего неподалеку строения не осталось и следа. Рядом с нами двое бойцов руками разгребали землю.

- Что вы там ищете? - спросили мы их.

- Да вот товарища в окопе завалило...

Откопали они друга. Это был боец Черных. Дали ему глоток воды, отогрели и через несколько часов едва-едва отошедший от потрясения красноармеец снова пошел в бой.

Алексей Семенович Черных после этого еще дважды считался погибшим. Но назло всем смертям он выплывал из бурлящей от разрывов Невы, выбирался из заваленной фашистским танком траншеи. Ходил опять в атаки, яростно мстил гитлеровцам. Дошел до Берлина. И, уже штурмуя фашистское логово, 1 мая еще раз был серьезно ранен. Встречаюсь я с ним и диву даюсь: сколько же жизненной силы заключено в этом человечище, если он после таких испытаний остается неугомонным, работящим, вездесущим. Ну скажите мне после этого, на что рассчитывали генералы фюрера, когда затевали войну с такими сильными и несгибаемыми бойцами, как Алексей Семенович Черных?

Героями в боях на Невском пятачке становились люди самые обыкновенные. Их не выделяли среди других ни богатырский рост, ни какие-то особые заслуги. Порой совсем юные, не успевшие получить военного образования бойцы стояли насмерть, преграждая путь фашистским воякам.

На пятачке из уст в уста передавалась легенда об экипаже тридцатьчетверки, состоявшем из курсантов танкового училища В. Логинова, И. Юденко и К. Котова.

Танкисты первыми ворвались на позиции фашистов. И. тут сильный взрыв подбросил боевую машину. На некоторое время воинов оглушило. Когда они пришли в себя, осмотрелись, то поняли, что атака захлебнулась. Не видно было наших танков, пехоты - отошли. А их машина стала неподвижной.

Гитлеровцы решили пленить экипаж. Но только приблизились к танку, как попали под губительный огонь пулемета. И так было еще несколько раз.

С наступлением темноты Логинов и Юденко вылезли из машины и внимательно осмотрели ее. Фашистская мина повредила взрывом ходовую часть с левой стороны и разорвала правую гусеницу.

Состоялось короткое совещание уже внутри танка. Было два предложения. Прикрываясь темнотой, можно уйти к своим вместе с раненым Котовым. Но останется танк. А он стоял очень выгодно, держа под прицельным огнем огневые точки, блиндаж фашистов. И если наши повторят атаку, то тогда танкисты окажут им большую помощь.

Ни ночью, ни весь следующий день нашей атаки не последовало. Фашисты не донимали атаками. А экипаж продолжал бороться. Танкисты зорко всматривались в передний край противника, засекали его орудия, готовили данные для стрельбы.

Третьи сутки были на исходе. Логинов и Юденко, пользуясь темным временем, прямо под носом у гитлеровцев ремонтировали гусеницу. Ее удалось исправить. На левую ни сил, ни возможностей не оставалось. Так и порешили, что попробуют уйти к своим на одной гусенице.

Котову удалось завести двигатель. Как только танк тихо сдвинулся с места, Логинов прицелился и выстрелил по вражескому блиндажу, а следующие выстрелы направил в фашистские орудия.

А тут прикрыли огнем наши артиллеристы, понявшие намерение экипажа тридцатьчетверки. Танк встретили с ликованием. Мужественных танкистов обнимали, угощали самым вкусным из немудреных солдатских запасов.

Весь экипаж был награжден за этот подвиг. А механик-водитель К. Котов подучил орден Ленина. Эта дружная тройка всю войну не расставалась, отважно громила фашистов, довела свой танк до радостного Дня Победы.

Бои на Невском плацдарме сплотили вместе пехотинцев и танкистов, саперов и связистов, моряков и медиков. "Железная" земля на берегах Невы явила миру подлинные образцы героизма наших людей. На пятачке сражались храбрейшие из храбрых. Это они сегодня обращаются к нам, живущим, с гордыми, исполненными великого смысла словами, выбитыми на монументе, что установлен на легендарном плацдарме: "Вы, живые, знайте, что с этой земли мы уйти не хотели и не ушли, мы стояли насмерть у этой темной Невы, мы погибли, чтобы жили Вы".

В заключение хочу высказать свое мнение о значении Невского плацдарма в битве за Ленинград.

На фоне последующих успешных операций бои на Невском плацдарме кажутся второстепенным эпизодом. Там мы понесли серьезные потери и почти не добились территориального успеха. Тем не менее Ставка Верховного Главнокомандования и командование фронта придавали большое значение Невскому плацдарму. Он сыграл немаловажную роль в обороне Ленинграда. В частности, после отражения штурма фашистов с юга у Пулковских высот центр тяжести боев осенью 1941 года переместился на Неву. (Это был один из важных узлов обороны Ленинграда.)