Георгий Захаров - Я - истребитель

И снова звену пришлось вести тяжелый бой. В этом бою Барышников погиб, а Коккинаки и Ященко были подбиты.

На следующий день летчики-испытатели сбили бомбардировщик "Дорнье-17". Затем в труднейшем бою с сильной группой истребителей противника наша девятка сбила два "мессершмитта". Один из них сбил майор Звонарев, другой - звено майора Кубышкина. Это звено приняло на себя основную тяжесть боя. Ведомый Кубышкина, летчик Попов, был ранен в руку, но сумел благополучно привести машину в Двоевку. Самолет другого ведомого, летчика Серкова, оказался сильно поврежден, и Серков приземлял истребитель на одно колесо.

Все попытки гитлеровцев нанести массированный бомбардировочный удар в этом районе были сорваны. Тогда фашисты совершили массированный налет на аэродром. В момент налета восемь летчиков находились в кабинах своих боевых машин, и группа тотчас пошла на взлет. "Мессершмитты", налетевшие на аэродром, успели. сбросить несколько бомб и стали уходить, но наши настигли их и сбили два вражеских самолета. Старший политрук Авилов, мужественный умелый летчик, продолжал преследовать уходящие Ме-109 и поджег еще один.

Вскоре - по-моему, это было в первых числах августа сорок первого года - я вел в Двоевку группу истребителей после штурмовки смоленского аэродрома. Штурмовка прошла удачно: вместе с истребителями 43-й дивизии в ней участвовало несколько штурмовиков Ил-2. Я впервые видел наш штурмовик в деле и только сожалел, что в ту пору их было очень мало. На подходе к Смоленску нам пришлось вести бой с истребителями противника, однако звенья прикрытия четко выполнили свою задачу. Немецким истребителям сорвать штурмовку не удалось, и мы сожгли на аэродроме больше десяти бомбардировщиков!

Едва наша группа совершила посадку в Двоевке, появилась другая группа, вернувшаяся с боевого задания. Садились МиГ-3. Один из них, коснувшись земли, несколько десятков метров пробежал абсолютно нормально, а потом вдруг по необъяснимой причине пошел в сторону. Его несло прямо на самолеты - дело шло к аварии, и было непонятно, куда смотрит летчик. Люди бежали навстречу, кричали, показывали руками, но он шел на строй машин.

Остановился истребитель всего в нескольких метрах от самолета, в который он должен был врезаться. Летчик из кабины не выходил. Когда подбежали к его машине и открыли фонарь, он был мертв.

Так погиб майор Михаил Кабанов. Будучи смертельно раненным, он вывел машину из боя, приземлился и умер, очевидно, в тот момент, когда колеса истребителя коснулись земли...

33-й истребительный авиационный полк, которым командовал майор Николай Акулин, начал воевать с первых минут войны. Полк входил в состав дивизии, которой командовал Сергей Черных, и базировался рядом с западной границей, в Пружанах.

Это был один из очень немногих полков, который, начав войну на рассвете 22 июня, почти полностью уцелел в первые дни войны и потерял только одного летчика.

Накануне начала боевых действий командир полка получил известие, что полк будет менять материальную часть. Сам Акулин вместе с одним из лучших своих летчиков капитаном Г. Мастеровым перегнал на свой аэродром два самолета МиГ-1. Акулин увидел, что машина сложная, как ему показалось, "сыроватая", и понял, что переучивание займет довольно много времени. Полк был большой - около ста экипажей. Переучиться действительно не успели, и войну 33-й истребительный начал на своих И-16.

В ночь на 22 июня, примерно в четвертом часу утра, якобы из штаба дивизии Акулину позвонили: приказывали разбить ночной старт, чтобы был виден аэродром. Приказание командиру полка показалось странным, и он связался непосредственно с командиром дивизии, чтобы уточнить, чем вызван такой приказ. К своему удивлению, услышал, что никто такого приказа не отдавал. А через некоторое время - вероятно, и часа не прошло - полк в полном составе вылетел к Бресту: город бомбили.

В первом воздушном бою полк не потерял ни одного летчика. Едва успели заправиться, снова приказ. На этот раз бомбили Кобрин. Здесь, над Кобрином, погиб, совершив таран, лейтенант С. Гудимов: это был один из первых таранов в Великой Отечественной войне.

Едва вернулись после боя над Кобрином, на аэродром налетели "юнкерсы". Истребители, у которых было еще горючее, тут же вступили в бой и шесть гитлеровских машин из двадцати одной сбили. Вслед за "юнкерсами" пришли "мессершмитты". Стали в круг и начали штурмовку. Они не давали поднять головы, а когда отштурмовали, двадцать самолетов оказалось сожжено и выведено из строя.

Полк провоевал еще три-четыре дня и получил приказ выехать в Москву за новой материальной частью.

После недолгого пребывания в составе 6-го истребительного корпуса ПВО Москвы в начале августа 33-й истребительный влился в состав нашей дивизии. Под Вязьмой полк вел воздушные бои, прикрывал наземные войска, участвовал в штурмовках. Пожалуй, в штурмовках участвовал даже чаще, чем другие. Дело в том, что летчики 33-го полка освоили "лаг", неплохо вооруженный, поэтому удары, которые они наносили по танковым и пехотным колоннам противника, по аэродромам, были довольно результативны.

С первых же вылетов на боевые задания в полку, как это всегда бывает, определились свои лидеры и мастера атак.

В дивизионной газете все чаще стала упоминаться фамилия старшего политрука Григория Мандура. Мандур зарекомендовал себя как прекрасный ведущий. Усталости летчик, похоже, не знал и летать готов был круглосуточно, Каждый раз, подходя к цели, Мандур удивительным чутьем постигал расположение вражеских зениток. Он был мастером противозенитного маневра, умел атаковать с той стороны, откуда вражеские зенитки меньше всего могли ожидать атаку. И как правило, когда Мандур вел группу на штурмовку, группа добивалась отличного результата.

В начале сентября комиссар эскадрильи вернулся с разведки и доложил, что видел большую колонну противника, идущую от Духовщины к Ярцево. Немедленно был поднят весь полк. Григорий Мандур рассчитал точно: вывел истребители с тыла, и "лаги" проштурмовали всю колонну.

В течение нескольких сентябрьских дней в результате штурмовок противника по дорогам Духовщина - Ярцево дивизия уничтожила не менее 120 танков и автомашин. При этом отличились летчики 33-го полка.

А в середине сентября полку была поставлена задача нанести удар по полевому аэродрому Дресна, к юго-востоку от Смоленска. Группу возглавил комиссар эскадрильи Мандур. Обманув боевым маневром зенитную артиллерию противника, он точно вывел истребители на цель. Летчики сделали несколько заходов, уничтожили полтора десятка самолетов врага, а уже на следующий день Мандур повел группу штурмовать смоленский аэродром...