Мой сын – серийный убийца. История отца Джеффри Дамера - Лайонел Дамер

– учреждении, специально созданном для предупреждения таких преступлений, я прихожу к выводу, что для Джеффа не было подходящего места, кроме того, где он находится сейчас – со своим Господом.

Лайонел Г. Дамер

1 марта 1995 года

Благодарности

Имен друзей, знакомых и незнакомых людей, которые поддерживали нас с Шари в этот самый мрачный период нашей жизни, гораздо больше, чем людей, которые проявляли недоброжелательность по отношению к нам. Мы отчаянно нуждались в понимающих словах и молитвах.

Хотя я никогда не встречался с Патриком Кеннеди, мне говорили, что он обращался с Джеффом как с человеком во время долгих допросов сразу после ареста. Я выражаю свою благодарность ему и его партнеру в детективном бюро Милуоки Деннису Мерфи – с ним я действительно встречался и уважаю его за подобное поведение по отношению к Джеффу и ко мне.

Особое место в памяти Шари занимает капитан М. Гурич, патрульный отдел департамента шерифа округа Медина, штат Огайо, и два его заместителя, которые пришли сообщить ей об аресте Джеффа. Она помнит, как капитан Гурич мягко рассказывал ей подробности, сидя на диване в нашем доме. Кроме того, я благодарю всех помощников шерифа за их своевременную помощь в защите моей жены от преследований со стороны прессы и средств массовой информации.

Во время выступления Джеффа в суде в Акроне, штат Огайо, в мае 1992 года, шериф Траутман, Джон Карабацос и все помощники шерифа проявили чрезвычайно любезное и гуманное отношение к Джеффу, Шари и ко мне.

Будучи давним жителем Бата, штат Огайо, и участвуя вместе со многими членами пожарно-спасательного отряда Бата в путешествиях по «индейской тропе», матчах по тиболу и т. д., я давно узнал об эффективности и самоотверженности полицейского департамента Бата, а также об отзывчивой натуре шефа полиции Грейвиса. Степень профессионализма и чуткости, проявленные детективом лейтенантом Ричардом Манси из полиции Бата, занимавшимся различными аспектами расследования, были исключительными. Я уверен, что этого человека никогда не забудут.

Я также выражаю особую благодарность Кеннету Риссе из полицейского управления Вест-Эллис, штат Висконсин, за оперативную и экстраординарную реакцию на мои частые вызовы патрульных машин для контроля нападения на дом и собственность моей матери со стороны средств массовой информации. Его молодой патрульный, Жак Шевреман, защищал дом моей матери так рьяно, как будто это было его собственное семейное гнездо. Я выражаю благодарность нашим добрым и отзывчивым соседям, которые приносили маме еду и создавали уют.

И Шари, и я были воодушевлены Терезой Смит, заботливой сестрой Эдди Смита, и многое почерпнули из продолжающегося общения с ней. Мы ценим ее заботу и чуткость.

Я был бы небрежен, если бы не отметил Эда Гернона, сценариста из Лос-Анджелеса, за то, что он помог мне начать работу над книгой. Кроме того, я выражаю очень теплую и сердечную благодарность Нэнси Снайдер за ее постоянную поддержку в наши трудные времена.

С большой любовью, благодарностью и уважением я выражаю признательность адвокатам Роберту и Джойс Мозентер из Филадельфии, Ларри Вуйлемину из Акрона и Стиву Айзенбергу из Мэдисона, с Ларри Вуйлемином в качестве адвоката Джеффа и нашего адвоката по правовым вопросам, связанным с Акроном и Огайо, а также Стиву Айзенбергу, занимающемуся всеми юридическими вопросами в Висконсине. Мы хотим поблагодарить их за их огромный вклад в оказание помощи как Джеффу, так и нам во всех юридических вопросах после судебного процесса в Милуоки. С тех пор как эти люди присоединились к делу, мы ощущаем, что у нас сложилась сильная, заботливая и сплоченная команда.

Я буду вечно благодарен Дику и Тому Юнгкам из Нью-Берлина, штат Висконсин. Эти братья-близнецы, друзья всей жизни, были первыми, кто встретил меня, когда я прибыл в Милуоки 24 июля 1991 года, ошарашенный ужасной новостью. Они, а вместе с ними Сэнди и Карен. Их дома были убежищем, где мы с Шари могли собраться с мыслями и составить планы действий на протяжении всего этого долгого испытания. Независимо от того, давали ли они советы или оказывали обширную физическую помощь, они всегда были рядом со мной, Шари и моей матерью.

Томасу Х. Куку я глубоко признателен за его личную приверженность к доведению этого сложнейшего проекта до конца.

Я в большом долгу перед моим агентом Джоэлом Готлером и сотрудниками его агентства «Ренессанс» в Лос-Анджелесе, штат Калифорния, за дельные советы и эффективную, быструю реакцию, особенно в трудные, неопределенные времена перед завершением этой книги. Джоэл продемонстрировал свою заботу о нас как о людях, продемонстрировав при этом свой профессионализм делового человека с отличными контактами.

С первой встречи с издательством Уильяма Морроу в Нью-Йорке я почувствовал, что старший редактор Пол Бресник и его сотрудники заинтересованы в истории, которая была бы написана с совершенно другой точки зрения. И тем сильнее я благодарен Полу за проявленную им гибкость и внимательность при решении некоторых первых проблем и за то, что он стал горячим сторонником этой книги. Я очень благодарен Уильяму Морроу и Полу за то, что они дали мне возможность исследовать отношения, связывающие мое прошлое с прошлым Джеффа, пролить некоторый свет на то, как он рос и развивался, и показать, что он не был, как настаивают некоторые, рожден монстром.

Доктору Роберту Киркхарту, клиническому психологу из Кайахога-Фолс, штат Огайо, я выражаю свою глубочайшую благодарность за то, что он помог нам с Шари преодолеть нашу боль и горе во время испытаний последних двух лет. Он действительно образец мудрости, заботы и терпения.

Очень дорогому родственнику, который решил остаться анонимным: я всегда буду помнить понимание и огромную помощь, которые вы мне оказали, вы, кто любит так, как любила моя мать.

Наконец, я оставляю на последний момент упоминание двух очень важных людей в моей жизни. Одна из них, которая очень даже жива, но чье здоровье навсегда пострадало в результате этого испытания, – моя жена Шари. Эта книга не могла бы быть написана без ее огромной помощи. Именно ее память, ее проницательность и ее чувствительность сделали это возможным. Она – воплощение чрезвычайно заботливой помощницы, которая отдаст все, чтобы защитить то, что ей дорого. Другой человек – моя мать, которая всего несколько месяцев назад стала жертвой разрушительных последствий этого испытания. Кэтрин Дамер, невольная жертва, любила Джеффа и меня безоговорочно. Степень родительской любви и опыт семейных отношений, которые она с моим преданным отцом Гербертом Дамером передала мне, могли бы стать стандартом для родителей во всем мире. Причина, по которой я пишу о Шари и Кэтрин вместе, заключается в том, что у них сложилась особая связь, особенно сильная в последние годы. Слезы текут из глаз Шари при воспоминании о