Нестор Махно - НА ЧУЖБИНЕ 1923-1934 гг. ЗАПИСКИ И СТАТЬИ

Власть социалистов или государственных коммунистов так же подла, как и власть буржуазии. Бывают даже моменты, когда власть социалистов, или государственных коммунистов подлее власти буржуазии, ибо бывают моменты, когда она, как власть должна делать на крови и жизни человека свои, этой власти только нужные, эксперименты. Тогда она порывает связь с идеей жизни человека. Тогда она топчет и собственную идею государственного социализма и коммунизма. Она открывается от всякой здоровой мысли и тогда втайне хватается за основные предпосылки власти буржуазии.

И потому, что она хватается за них тайно, она не хочет показать этого массам, которые ею управляются. И лжет и обманывает хуже всякой другой власти. А массы это замечают и возмущаются. Тогда власть эта набрасывается на них со всей разнузданностью своей безответственности и режет, бьет, душит их во имя якобы своей идеи, идеи социализма или государственного коммунизма (как например, в России). Но в действительности она свою идею давно отбросила в мусорный ящик; она, как власть, в эту минуту хватается за что угодно, но только не за идею тех, за счет которых пришла к власти и против которых направляет эту власть с помощью старых изуродованных средств буржуазии. В эту минуту власть социалистов или большевиков-коммунистов и бывает подлее власти буржуазии, ибо она в такие минуты не имеет своего собственного русла, и в то же время, когда власть буржуазии вешает не признающего ее революционера, власть социалистов или большевиков-коммунистов убивает его из-за угла или душит. В самом акте они обе подлы, но в подходе к нему - более власть последних.

Наилучшим подтверждением вышесказанному может служить каждая политическая революция, когда буржуазия, социалисты или государственные коммунисты ведут между собою отчаянную борьбу за свое политическое господство в стране, втягивая в этот путь и народные массы.

Но самым выразительным и поучительным подтверждением сказанному о власти могут служить последствия деятельности социалистов и коммунистов-государственников в двух - февральской и октябрьской - русских революциях.

Когда трудовые массы, населявшие имперскую Россию, почувствовали себя политически наполовину освобожденными от царско-помещичьей реакции, они стремились к совершенному и полному освобождению. Они проявляли это свое стремление местами в форме отобрания от помещиков и монастырей земли и передают этой последней в пользование тем, кто хочет ее обрабатывать без наемного труда; местами - в виде провозглашения заводов, фабрик, типографий и других общественных предприятий достоянием тех, кто в них работает, пытаясь при этом создать свободные братские взаимоотношения села с городом. И, конечно, они в своем здоровом стремлении, в своих чистых и светлых намерениях, совсем не хотели даже и замечать, что где-то в Киеве, Харькове или Петрограде существуют какие-то правительства.

Самостоятельно, через свои трудовые организации, народ стремится закладывать фундамент нового свободного общества, которое должно в глазах народа своим дальнейшем развитием изжить из общественного тела паразитизм и власть, - глупую, труженикам своим ненужную власть одних над другими.

Такое здоровое начинание народа в особенности резко проявилось на Украине, на Урале и в Сибири. Чувствовалось оно и в самом сердце умиравших и рождавшихся властей: в Петрограде и Москве, в Киеве и Тифлисе. Но везде и всюду, как социалисты, так и большевики-коммунисты имели и имеют в своем распоряжении многих сторонников идеи власти и наемных убийц. К сожалению, приходится констатировать, что имели они у себя наемных убийц не только по профессии, но и из наших трудовых рядов, и, главным образом, с помощью таких наемных убийц они пресекали в корне свободное начинание народа.

И как еще пресекали, и какими средствами! Сама средневековая инквизиция может позавидовать им. Мы же, зная природу всякой власти, говорили вождям социализма и большевизма-коммунизма: стыдно! Вы так много писали и спорили с буржуазией о ее зверствах над угнетенными. С таким бешенством отстаивали чистоту и преданность труженикам на их освободительном пути. А, придя к власти, оказываетесь такими подлыми лакеями - в одних случаях прямо буржуазии, а в других - ее средств, сами превращаясь в буржуазию, что даже сама буржуазия удивляется и часто смеется.

Впрочем, за последние годы, глядя на опыты большевизма-коммунизма, буржуазия поняла, что эта своеобразная химера научного государственного социализма никогда не обойдется без ее средств и даже без нее самой. Она поняла, что смеяться над своими питомцами ей не к лицу. Она поняла, что в системе этого социализма - эксплуатации и насилия над трудовым большинством человеческих масс разгульная жизнь и разврат бездельников не упраздняются, а меняют только свои названия и слова, крепнут и развиваются.

И действительно это так. Взгляните на мародерства большевизма и его монополии на прямые народные революционные завоевания в Русской Революции, на его сыск, институты полиции и судов, на тюрьмы и армию тюремщиков, направленных против Революции. А постоянная силой рекрутированная «красная армия»! Все то же, только переименованные функции, те же, подчас еще более безответственные и, следовательно, более развратные.

Либерализм, социализм и государственный коммунизм - три брата, разными путями идущие к власти над человеком, - власти, не допускающей человека к полному совершенству, развивающемуся в свободе и независимости и творящему новое, здоровое и подлинное начало в общественном идеале всего человеческого рода.

Бунтуй же! - говорит анархист-революционер - угнетенному человеку: бунтуй, восставай и разрушай всякую власть над собой и в себе. И не способствуй закреплять ее торжества над другими. Будь сам свободен и отстаивай свободу других от власти!

Власть вызывается к жизни в человеческом обществе теми людьми, кто никогда не жил, или жил, но сейчас не живет, или живет, но не хочет в будущем жить своим трудом и здоровой жизнью, которой человеческое общество могло бы жить, но развитие которой всякая власть уродует, тормозит, останавливает. Власть не дает свободному трудовому обществу и впредь, какая бы она ни была, свободно выйти на путь своего свободного, в счастье и радости, расцвета.

Власть создана бездельниками для их грабежа и насилий, а иногда и убийства над теми и тех, кто своим трудом, волей и энергией мускулов и ума производят все полезное и прекрасное в жизни человечества.

Будь власть буржуазная, социалистическая, коммунистическо-большевистская, рабочая или крестьянская, - все одно: она подла для здоровой и счастливой личной и общественной жизни человека. Природа всякой власти одна и та же: убивать свободу человека, превращать его духовно в раба, физически в лакея для себя и всех своих, черных по отношению здоровой жизни человека, дел.