Вадим Лейбовский - Владимир Маслаченко: «Пеле повезло, что он не играл против меня»

В общем, Владимир продолжал работу. Он вел футбольные репортажи, готовил и выпускал информационные программы. Иногда на несколько дней уезжал для участия в матчах ветеранов. Это были поездки по всей стране, подчас по самым удаленным ее уголкам, куда ему в иное время никогда б и не выбраться. Это было интересно и познавательно. Это было общение на поле и вне его с бывшими партнерами и соперниками. Не умолчим здесь и об оплате труда, хотя и в скромной, а подчас специфической форме.

Как-то на Камчатке они за две недели провели одиннадцать матчей. Играли иногда не на футбольных нолях, а просто на мало-мальски ровных площадках. Однажды, в колхозе-миллионере, вместо футбольных ворот поставили нарты, а вместо денег ветеранам выдали по мешку крабовых и других экзотических консервов. В другом колхозе гонорар выплатили красной рыбой, а после заключительного матча игроки получили по брикету мороженого морского гребешка и трепангов. На следующий день они вылетали домой, и Алексей Петрович Хомич задумал довезти продукцию до Москвы. В полете морепродукты стали оттаивать, и запах распространился по всему салону. Тогда бортинженер открыл багажный отсек, куда и переместили товар, дальнейшая судьба которого уже не прослеживается.

Отправляясь в очередную поездку с командой ветеранов, Владимир брал с собой магнитофон «Репортер» и, как правило, привозил один или несколько сюжетов о жизни физкультурных коллективов на местах. Материалы неизменно выходили в эфир. В общем, Владимир Никитович время напрасно не тратил. Важно и то, что участие в играх позволяло ему поддерживать спортивную форму. Это было нужно еще и потому, что он почти наверняка знал: недалек тот день, когда придется собрать чемоданы и отправиться за рубеж работать тренером. А значит, выходить на иоле и играть. Между прочим, едва ль не после каждого такого турне он получал очередное предложение вернуться в большой футбол, занять место в воротах команды класса А.

В другом, не безызвестном ведомстве о нем действительно не забыли. Пришел час, и его снова вызвали и предложили: республика Чад, что находится в Центральной Африке близ самого экватора. 5 марта 1972 года, в день своего тридцатишестилетия, Владимир Маслаченко с женой Ольгой Леонидовной отбыли в место командирования. Перед отъездом продали старенькую «Волгу», купили мебель и вспорхнули с чувством необыкновенной легкости, ибо ни в сберкассе, ни в домашней заначке не осталось ни единого рубля. Таков, стало быть, один из текущих на то время итогов жизни и семнадцатилетней футбольной карьеры одного из лучших футболистов страны Советов.

«Я помню чудное мгновенье»

Еще он купил на красногорском заводе «Зоркий» кинокамеру и бобину шестнадцатимиллиметровой пленки, что имело особый смысл и значение. Забегая вперед, скажу, что Владимир стал регулярно посылать на родину отснятый материал о жизни молодой развивающейся республики и работе в ней советских специалистов. Спортивная тематика в репортажах, конечно, была, но в меру. Ему было интересно все, он искал и находил. Однажды даже сделал медицинский материал — о внематочной беременности. Особенно высокую оценку получил его сюжет о преподавательнице русского языка из Витебска и ее юном ученике, наизусть читающем «Я помню чудное мгновенье» А. С. Пушкина. Паренек тот был так хорош в своем исполнении, что, вспоминая его, Владимир Никитович пошутил: «Его прочтение Пушкина лишний раз подтвердило африканские корни родословной поэта».

К отснятому материалу Владимир прилагал свой комментарий и все вместе отсылал в Москву. Он делал это регулярно, каждый месяц. В Москве пленку проявляли, монтировали и давали в эфир. Наладить надежный канал пересылки материала было непросто, но он сумел решить этот вопрос. Не открою тайну, если скажу, что здесь сыграла роль его огромная популярность в родном отечестве, а потом уже и в знойной стране.

За редкими исключениями, материалы Владимира Маслаченко выходили в телевизионной программе «Время». Надо сказать, что еще до его отъезда в Чад Шамиль Мелик-Пашаев говорил: «Володя, ваше будущее — на телевидении». В то время уже наметилось объединение Всесоюзного радио и Центрального телевидения во Всесоюзную государственную телерадиокомпанию.

Разумеется, он захватил из Москвы и профессиональный диктофон «Репортер» — этот венгерский аппарат с благодарностью вспоминают ветераны радиожурналистики. Он снимал камерой и одновременно записывал звук. Он делал это не раз, хотя была одна существенная сложность: звук совпадал с артикуляцией не более семнадцати секунд, после чего возникало и усиливалось несовпадение. Так что при монтаже требовались вынужденные режиссерские приемы. Но на это в Москве охотно шли. И шли его материалы. Он уже твердо знал, что по окончании командировки вернется в эфир, тем более что на Пятницкой его ждали.

И все же главным на тот период было исполнение обязанностей государственного тренера республики Чад по футболу. За этим он и приехал, к тому же полный планов и идей. В молодой развивающейся республике работали специалисты из разных стран, здесь образовалось целое сообщество. Среди советских спортивных специалистов были тренеры по легкой атлетике, волейболу, баскетболу. Был и футболист — бывший партнер Маслаченко по «Локомотиву» Александр Климачев. В работе со сборной страны они распределили свои роли так: Маслаченко занимается вратарями и защитниками, а Климачев — игроками средней и передней линий. Оба отвечают за тактику.

Хотя Маслаченко не готовил себя к тренерской карьере, куда денешься от собственных идей при наличии энергичного креативного мышления? И здесь представился благоприятный случай эти идеи проверить и реализовать, благо человеческий материал оказался весьма незаурядный — ловкие, с хорошей координацией ребята, к тому же с подвижным и хватким умом.

Очень быстро сборная Республики Чад заметно улучшила качество игры, что не замедлило сказаться на результатах. Так, матч с самым главным своим соперником, командой Центральноафриканской Республики, в ее столице Банги — при двадцати тысячах зрителей — сборная Чада хотя и проиграла со счетом 1:2, но тем не менее сотворила сенсацию, так как ранее она неизменно уступала с крупным счетом.

Тот матч мог вполне завершиться победой чадъенгов (так называют себя граждане Чада), но когда прорвавшегося к воротам их нападающего под номером 10, прозванного Пеле, грубо «срубил» выскочивший ему навстречу ногами вперед вратарь соперников, к судье рванулся возмущенный Маслаченко, который был тут же атакован не кем иным, как министром спорта Центральноафриканской Республики. А он не имел никакого права приближаться к полю, что ему старший тренер команды Республики Чад Маслаченко строго объяснил словами и на пальцах. Но судья не выгнал вратаря с поля, и не назначил ни пенальти, ни даже штрафной.