Сергей Ильин - Витте

Лабораторные анализы чаев показали, что для подмесей и подделок байхового чая широко использовались листья шиповника, земляники, кавказской брусники, «иван-чая», или кипрея, ясеня, клена, рябины, ивы, тополя, осины, боярышника, бузины, а также листья уже спитого чая. Для окрашивания подмесей умельцы применяли такие составы: берлинскую лазурь, жженый гипс, хромовокислый кали, свинец, мышьяковистую медь, графит, индиго, известь, углекислую магнезию, лакмус и др. Чтобы состав имел соответствующий аромат, в качестве отдушки употреблялись пахучие цветы. Обработка спитого чая включала в себя также придание ему характерного вяжущего вкуса. С этой целью его спрыскивали отваром веществ, содержавших дубильную кислоту, а чтобы листья скручивались при сушке, использовалась аравийская камедь либо крахмальный клейстер. В Москве центром чайных фальсификаций сделались Рогожская часть и некоторые пригородные деревни. Приготовлением и продажей так называемого «капорского чая» занимались жители окрестностей Петербурга и Казани. Следы такого промысла полиция обнаружила в Одессе, Киеве, Шклове и некоторых других городах48.

Одной из причин, породивших это прискорбное во многих отношениях явление, стало значительное удорожание чая в пореформенную эпоху, особенно после введения в 1880-х годах поистине драконовских таможенных пошлин, доходивших до 200 % его стоимости в России. В Петербурге, например, по сведениям за 1886 год, обыкновенный черный чай стоил от 1 руб. 20 коп. до 2 руб. 80 коп. за фунт, чай высших сортов («цветочный») — от 2 до 7 руб. за фунт. Для сравнения — тогда же на петербургских рынках средняя цена первосортной парной говядины при продаже в розницу составляла 16,4 коп. за фунт, селедка продавалась бабами-селедочницами («селедки, галандские селедки») по 3–4 коп. за штуку.

После узаконения 1895 года, разрешавшего розничную продажу чая только с казенной бандеролью (специальной наклейкой), его подделывателей, можно сказать, совершенно перевели. «Бандероль от 16 до 64 полосок в листе, при цене листа в 4 копейки, не может удорожить цены товара, так как при обандероливании мелкие купцы, наживавшиеся на фальсификации, были отстранены от чайного дела, то правильная торговля оказалась как бы гарантированной этой мерой, и она сконцентрировалась в руках крупных фирм, что удешевило развес, ибо при большом количестве развешиваемого чая на 1 пуд падает меньше накладных расходов на наем зданий, администрации и т. п., а это обстоятельство дало возможность, в общем, понизить цену товара, как это бывает при росте капиталистического строя в известной сфере торгово-промышленных отношений», — говорится в специальном исследовании чайной торговли49. Производство в России развесного чая перешло в руки нескольких крупных фирм (А. С. Губкина — А. Г. Кузнецова, Высоцкого и Ко, К. С. Попова), которые сами боролись с фальсификациями, поскольку терпели от них колоссальные убытки.

Полный хаос царил и в пореформенной винной торговле. Свободная продажа водки распивочно при умелой постановке дела сулила громадные барыши. Кабаки с подачей горячительных напитков после реформы 1861 года открывали не только смекалистые крестьяне-кулаки, но и оборотистые помещики, причем последние нередко через подставных лиц. Об этом писал M. E. Салтыков-Щедрин («Благонамеренные речи»), а уж он-то хорошо знал, чем жила и дышала пореформенная деревня. На спаивании простого народа держалась и вся южнорусская хлебная торговля. Вот свидетельство очевидца.

«Мои личные воспоминания из недавнего прошлого рисуют безотрадные картины. Место их — юг России — наша, и в значительной части европейская житница. Август. Едва рассветает, а у корпусов хлебных амбаров, около весов, шумная толпа мужиков с подводами, нагруженными хлебом в зерне. Большинство продавцов в лоск пьяны, их уже на пути в город, на большой разъезжей дороге споили купеческие молодцы-приказчики. Я отчетливо помню даже запах и цвет той водки, которую в больших бутылях, в каких нынче продают серную кислоту, или в бочонках, устанавливали с вечера, на возок, в сено, приказчики и выезжали за город „на охоту“. Нередко в водку клали так называемого „дурману“. И вот в такой-то одурманенной атмосфере происходили изо дня в день, из года в год сделки купли-продажи. В такой атмосфере протекала столь занимающая умы многих экономистов „борьба двух контрагентов за цену“. И это называлось торговлей, хотя здесь были налицо все элементы простой кражи.

Такие методы торговли практиковались не отдельными купцами, а господствовали во всей хлебной торговле, составляя как бы основу ее организации, основу настолько прочную и распространенную, что отдельный купец, отрицавший такую систему воровских действий, рисковал банкротством своего предприятия. Я знал несколько крупных хлеботорговых фирм, которые после смерти их владельцев были ликвидированы, так как сыновья-наследники, побывав в университетах, не желали и не могли заниматься скрытым воровством и уходили в либеральные профессии»50.

Казенные монополии вводились странами, разными по экономическому, социальному и культурному уровню развития: табачная — во Франции, Австрии, Италии, Румынии и Сербии; соляная — в Австрии, Италии, Турции, Сербии, Румынии, Греции, Японии; спичечная — во Франции, Италии, Испании, Греции, Сербии, Румынии и Венесуэле; пороховая — во Франции и Сербии; хинная — в Италии; керосиновая — в Греции и Сербии; винная — в России, Швейцарии и Сербии51.

Всеподданнейший доклад С. Ю. Витте с проектом казенной продажи водки император утвердил в 1893 году в великий день 19 февраля. С лета 1894 года винная монополия вводилась в 25 западных и юго-западных губерниях. В течение четырех лет — в 1895–1898 годах — казенные винные склады были устроены в 35 губерниях, а затем и в других районах империи. 26 февраля 1901 года принимается закон о распространении винной монополии на Восточную Сибирь.

Основные положения закона о казенной винной монополии таковы. Производство спирта-сырца, а равно и изготовление водок были оставлены в руках частных лиц, но с некоторыми ограничениями: спирт водочные фабриканты приобретали только от казны; открытие новых винокуренных заводов и увеличение производства на старых поставлены в зависимость от разрешения Министерства финансов, согласованного с Министерством земледелия и государственных имуществ.

Заготовка спирта казной производилась тремя способами: по разверстке между заводчиками (2/3 потребности), с торгов и хозяйственным способом. Разверстка производилась в соответствии с наибольшей годовой выкуркой каждого завода в одном из трех предшествовавших периодов винокурения. Цены на разверсточный спирт-сырец, условия поставки и способы расчета устанавливал министр финансов. Он же диктовал способ очистки сырого спирта перегонкой на частных и казенных заводах. Лишь в исключительных случаях министр разрешал продавать спирт, очищенный холодным способом.