Василий Пасецкий - Декабристы естествоиспытатели

Батеньков участвовал в преследовании войск Наполеона. 27 января 1813 г. он громил французские войска под Варшавой. 1 мая освобождал Краков, 7 августа во время сражения при селении Крейнбау командовал двумя орудиями и был ранен в левое плечо, а спустя несколько недель снова вернулся в строй. 4 октября 1813 г. "во время вылазки неприятеля из крепостей Виттенберга и Магдебурга чрез расторопность спас и доставил к армии артиллерийские снаряды, будучи меж неприятельскими войсками, за что награжден чином подпоручика"1. 20 декабря 1813 г. вступил во Францию. Битвы следовали одна за другой. 20 января 1814 г. Батеньков отличился в генеральном сражении и был "за оказанное отличие награжден орденом Св. Владимира 4-й степени с бантом". 30 января 1814 г. при местечке Монмирале, прикрывая отступление корпуса, получил 10 штыковых ран. Его считали погибшим, но он возвратился в свой полк. Затем Батенькову пришлось участвовать во втором походе во Францию.

1 ( Восстание декабристов. М.: Наука, 1984. Т. 14. С. 93.)

"Война,- писал Батеньков следственному комитету,- представила мне поучительную картину, но я выходил из строя за ранами, должен был непрестанно лечиться и продолжал свое образование... Военной славы не искал, мне всегда хотелось быть ученым или политиком. Во время двух путешествий за границу мысли о разных родах правления практическими примерами во мне утвердились, и я начал иметь желание видеть в своем Отечестве более свободы"1.

1 ( Восстание декабристов. М.: Наука, 1984. Т. 14. С. 93.)

Вернувшись в Россию из второго заграничного похода, Батеньков 7 мая 1816 г. оставил военную службу, которая весьма тяготила его. Он отправился в Петербург, чтобы заняться "опять в тишине точными науками". Правда, он мечтал и о путешествии в Арктику:

В стране Борея вечно льдистой,

Где нет движенья веществу,

Где магнетизм владеет чистый,

Все смерти дань, как божеству,

Где солнце полгода сияет,

Но косо падая на льдах,

Луч яркий в радужных цветах

Скользит и тотчас замерзает1.

1 ( Письма Г. С. Батенькова, И. И. Пущина, Э. Г. Толя. М.: Б-ка: СССР им. В. И. Ленина, 1936. С. 58.)

Однако экспедиции в полярные страны в тот год Россией не снаряжались. И Батеньков принял иное решение. В октябре 1816 г. он "с честью выдержал экзамен" в институт корпуса инженеров путей сообщения. В том же году Батеньков отправился в Сибирь, чтобы заняться там работой и заботиться о престарелой матери.

В годы юности Батеньков был особенно дружен с Алексеем Андреевичем Елагиным, женатым на племяннице В. А. Жуковского Авдотье Петровне. Елагина, в доме которой после амнистии Батеньков провел последние годы своей жизни, сохранила его архив.

Батеньков довольно долго жил в Томске, где, по его словам, "из семи или восьми человек составили правильную масонскую ложу, и истинно масонскую, ибо, кроме добра, ни о чем не помышляли". Друзья его звали в Петербург, в Москву, но он не желал расставаться с любимой Сибирью. "Нет, мой милый,- писал Батеньков Елагину.- Нелегко оставить Сибирь... привязанность к той стороне, где, кажется, сама природа бросает только крошки безмерного своего достояния, где живут в казнь за преступление и имя которой, как свист бича, устрашает, привязанность к этой стране Вам непонятна"1.

1 ( Письма Г. С. Батенькова, И. И. Пущина, Э. Г. Толя. М.: Б-ка: СССР им. В. И. Ленина, 1936. С. 58.)

И все-таки, когда обострились отношения Батенько-ва с сибирским генерал-губернатором И. Б. Пестелем |(отцом знаменитого декабриста), он решил вернуться в столицу. По дороге он встретился с преемником Пестеля Михаилом Михайловичем Сперанским, который пригласил опального чиновника к себе в сотрудники. Это случилось в апреле 1819 г. "Он,- писал Батеньков о Сперанском,- с первого свидания полюбил меня, и с сего времени моя жизнь получила особенное направление. Мы обратились в Иркутск. Он начал употреблять меня в дела и действительно обратил в юриста. Практика и образцовые творения сего мужа были для меня новым источником учения. Я сделался знатоком теории законодательства и стал надеяться достигнуть первых гражданских доляшостей. В издании сибирского учреждения был первым сотрудником... Во все время я видел в Сперанском человека необычайного ума и твердости, никогда не жаловался он на свою ссылку... При всей простоте обращения он всегда являлся на неприступной высоте"1.

1 ( Восстание декабристов. Т. 14. С. 94.)

По поручению Сперанского Батеньков разработал проект укрепления берегов Ангары (с учетом скорости ее течения). Затем совершил несколько поездок в район Кулутука, юяшого берега Байкала, селения Посольского, Селенги и Кяхты. С известным полярным исследователем Матвеем Матвеевичем Гедеиштромом он разработал проект новой Кругобайкальской дороги, который был осуществлен лишь спустя четыре десятилетия, а впоследствии по трассе, намеченной будущим декабристом, была проложена железная дорога. Дружба Батенькова с Гедеиштромом, человеком большого ума, доброго сердца и недюжинной смелости, занимает особое место в его научной биографии. Несмотря на неудовольствие генерал-губернатора, Батеньков переехал яшть в дом Геденштрома.

"Батеньков был довольно большого роста, сухощав, брюнет, с золотыми очками по близорукости; в фигуре его ничего не было замечательного, но рот и устройство губ поражали своей особенностью. Губы его не выражали ни злости, ни улыбки, но так и ояшдаешь - вот-вот услышишь насмешку, сарказм. Дар говорить о чем угодно занимательно, весело и говорить целые часы - эта способность была изумительна! Готовность его на ответы и возражения не имела равного. Батеньков был незлобивого характера, добрейшего сердца. Ученость его была замечательна; он очень легко и много писал стихов; я много читал его басен, но и тут только сатира и сарказм, более на известные лица и нравы"1,- писал о нем его современник. А вот еще одно свидетельство о Батенькове как о "человеке блестящих способностей, обладавшем бойким пером и необыкновенным даром слова"2.

1 ( Стогов Э. Очерки, рассказы и воспоминания // Рус. старина. 1878. Т. 23. С. 524.)

2 ( Калашников И. Т. Записки иркутского жителя // Рус. старина. 1905. Июль. С. 249.)

Сперанский привлек Батенькова к разработке известной сибирской реформы, в процессе подготовки которой в 1820-1821 гг. он составил семь важнейших документов, в том числе "Положение о приведении в известность земель Сибири".

В канцелярию сибирского генерал-губернатора сходилось большое число донесений с Камчатки о русских исследованиях на севере Тихого океана, кругосветных плаваниях, наконец, о поездках иностранных путешественников по Сибири. Все это, безусловно, расширяло круг географических интересов Батенькова. Он собрал описания Тобольской, Томской и Иркутской губерний, составленные землемерами Антоном Лосевым, Степаном Зверевым, Василием Филимоновым. На этих документах имеются исправления и пометки, сделанные декабристом.