Сергей Шингарев - "Чатос" идут в атаку

Едва не зацепив колесами за крылья «ромео», «чато» перескочил через вспыхнувший фашистский самолет. Положив истребитель в боевой разворот, он увидел под собой два купола парашютов и валившуюся вниз оранжевую машину…

Гибель «ромео» явилась кульминационным моментом боя. Потеряв флагмана, фашисты бросились к Сарагосе. Их неотступно преследовали республиканские истребители.

Дальше произошло то, о чем долго вспоминали в эскадрилье Анатолия Серова.

«Чато» и «фиат» внешне были схожи друг с другом. Фашистские зенитчики не сразу разобрались, какие это самолеты вдруг появились над городом. И принялись палить без разбора.

В это время в городском соборе заканчивалась служба. Люди запрудили площадь. Услышав стрельбу, жители высыпали из своих домов. Им представилось драматическое зрелище: в небе носились «фиаты», а по ним вели бешеный огонь зенитчики. От своего зенитного огня фашисты потеряли еще несколько машин. Так закончилась «фиеста» в небе над Сарагосой…

Выпрыгнувший из горящего «ромео» экипаж ветром снесло на республиканские позиции. К месту приземления подбежали солдаты. Один из фашистов — пилот оранжевого биплана — сразу поднял руки вверх, второй пытался оказать сопротивление.

— Ты даже не предполагаешь, кого сбил! — сказал Антонову Серов, которого сразу после посадки потребовали к телефону.

— Почему не знаю? Знаю… Начальство какое-то…

— Командующий бомбардировочной группой Арагонского фронта Перес Пардо — вот кто там летел! Это еще не все. Мне Аржанухин сказал, что этот самый Пардо когда-то был у Сиснероса штурманом. А затем, как видишь, их пути разошлись…

— Где же он сейчас?

— В госпитале…

На встречных курсах

30 августа войска Арагонского фронта завершили окружение Бельчите. Гарнизон крепости, насчитывавший свыше двух тысяч человек, оказался в мешке. Впервые за все время боевых действий в Испании авиация противника создала «воздушный мост» между Сарагосой и окруженным Бельчите, куда с самолетов Ю-52 фашисты сбрасывали на парашютах контейнеры с боеприпасами, продовольствием и медикаментами.

В этот день в воздушном бою с «фиатами» эскадрилья Александра Гусева уничтожила три фашистских истребителя. Спустившийся на парашюте итальянский капитан заявил, что с Северного фронта в спешном порядке снимают и перебрасывают на аэродромы врайон Сарагосы истребительные и бомбардировочные группы. Он также сообщил, что из-под Сантандера вы ведена и направлена к Бельчите итальянская мотодивизия «Черные стрелы», усиленная немецкими танками…

Воздушная разведка подтвердила сосредоточение и направлении Бельчите фашистских танков, пехоты И марокканской кавалерии.

К исходу дня 31 августа на Каспе командующий республиканской авиацией Игнасио Сиснерос спешно собрал своих заместителей и советников. Были приглашены также Еременко и Сенаторов.

Два часа назад начальник генерального штаба республиканской армии полковник Висенте Рохо приказал Сиснеросу к рассвету следующего дня силами авиации Арагонского фронта подготовить удар по районам сосредоточения войск противника перед Бельчите. Часть сил выделить для поддержки республиканских частей, ведущих действия против окруженного гарнизона.

Времени оставалось в обрез. По пути из штаба фронта на Каспе, подняв стеклянную перегородку, отделявшую шофера от пассажиров, Сиснерос с Птухиным набросали предварительное решение. И если б даже ехавшая с ними Александровская не переводила скупые фразы, которыми они обменивались, им и так были бы понятны мысли друг друга, которые воплощались на карте Сиснероса в условные тактические знаки.

В тесном штабе собрались все вызванные на Каспе авиационные командиры. На сдвинутых столах разложена карта Арагонского фронта. Сиснерос начал сразу:

— Есть решение командования: завтра с рассвета в районе Бельчите осуществить удар по противнику с воздуха.

Медленно водя головкой измерителя по карте, командующий коротко изложил предварительный замысел. Распрямился, отошел от карты, спросил:

— Какие будут мнения и предложения? Птухин, Еременко и Сенаторов не раз присутствовали на подобных совещаниях, но никак не могли привыкнуть к манере испанских офицеров обмениваться мнениями. Часто разгорались такие страсти, что могло показаться, будто спорят и доказывают свою правотуне товарищи по оружию, не начальники и подчиненные, а заклятые враги. К счастью, это было не так. Просто такова была манера испанцев, и к ней следовало привыкнуть…

С невозмутимым видом Сиснерос слушал. Наконец, когда все высказались и страсти улеглись, он, взглянув на часы, хлопнул ладонью по карте:

— Итак, камарадас, завтра на рассвете три эскадрильи И-16, которые возглавит камарада Арагон[28], перехватят воздушное пространство между Бельчите и Сарагосой. Вслед за ними «чатос» капитана Чиндосвиндо с бреющего полета наносят штурмовой удар по головному полку дивизии «Черные стрелы». Камарада Александра, — обратился Сиснерос к Сенаторову, — ваша цель — танки.

Он обвел на карте синий кружок, в центре которого был нарисован ромб.

— Эскадрилья Р-зетов капитана Алонсо под прикрытием истребителей Родриго Матеу бомбардирует противника в опорных пунктах Бельчите. Две эскадрильи И-16 с Ихара и Сариньены — наш резерв. С рассвета они должны быть в готовности номер один. Все!

Взяв тонко отточенный карандаш, Сиснерос своим великоленным почерком сделал надписи на полях карты время взлета и подхода к району Бельчите истребитеельных и бомбардировочных эскадрилий.

— За работу, товарищи!

В долине Эбро еще курился седой туман, когда с аэродромов Арагонского фронта стали взлетать республиканские истребители и бомбардировщики.

В пять часов двадцать минут утра между Бельчите и Сарагосой группа Еременко, в которую входили эскадрильи Сарауза, Девотченко и Гусева, обнаружила идущих на встречных курсах не менее пятидесяти «Фиатов» и Хе-51. За ними шла вторая волна фашистских машин — это были бомбардировщики.

Конечно, все ждали встречи с авиацией противника, Но никто не предполагал появления такой огромной группы фашистских самолетов. Однако выбора не было. Республиканские истребители устремились в атаку…

Для Игнасио Сиснероса и Евгения Саввича Птухиня ночь на 1 сентября пролетела незаметно. Они почти не спали. С рассвета оба находились на наблюдательном пункте вблизи окруженного Бельчите, где ни на минуту не затихала артиллерийско-пулеметная стрельба.

Когда над ними прошла группа Еременко, Сиснерос, i щелкнув крышкой золотых карманных часов, удовлетворенно проговорил: