Константин Денисов - Под нами - Чёрное море

А самолет Талалаева удалось спасти. Инженер 18-го полка П. С. Журавлев создал специальную бригаду из механиков, которая под его руководством отправилась с наступлением темноты в 4-й сектор обороны. С помощью тягача вытащили Ил-2 с нейтральной полосы, выпустили шасси, отсоединили плоскости, а хвост закрепили на кузове автомашины, и к утру прибуксировали самолет на аэродром. Трудно себе представить, какая же была досада и злость в стане врага, когда в свете своих прожекторов они увидели уплывающий от них самолет.

В документах, с которыми я познакомился в штабе 3-й особой авиационной группы, отмечалось, что в период относительного затишья на фронте немногочисленная авиация Севастопольского оборонительного района успешно выполняла множество задач. И, несмотря на численное превосходство авиации противника, наши летчики нанесли врагу ощутимые удары. Только за период с 22 марта по 22 мая противник потерял в воздушных боях и на аэродромах 114 самолетов.

Глава седьмая. Приказ - оставить Севастополь

В мае 1942 года произошли коренные изменения на Крымском фронте. Все началось с того, что враг, перейдя 8 мая в наступление, 18-го ворвался в Керчь, а на следующий день полностью овладел и Керченским полуостровом. Севастопольцы, вновь оставшиеся в одиночестве в Крыму, с тревогой следили за развитием событий.

Воздушные разведчики стали регулярно привозить данные о движении крупных сил вражеских войск и боевой техники с Керченского полуострова в направлениях на Симферополь и Севастополь. Над оборонявшимся Севастопольским гарнизоном нависала смертельная опасность.

На фронте, протяженность которого, по данным штаба Приморской армии, составляла всего 36 километров, пока царило то самое затишье, которое предвещает в скором времени бурю. С 20 мая противник стал наращивать здесь силу ударов авиации и артиллерии по нашим аэродромам, командным пунктам, порту и городу Севастополь. Ослабляя и изматывая противовоздушную оборону, враг всеми силами пытался нарушить управление войсками, помешать проведению оборонных работ и подорвать моральную стойкость героического гарнизона.

Он активизировал действия своих блокирующих сил с моря, а со 2 июня усилил удары с воздуха и артиллерией по нашим войскам на фронте.

На аэродромах Крыма продолжала расти численность авиации врага. 25 мая насчитывалось 77 бомбардировщиков и 29 истребителей, 1 июня соответственно 143 и 25, а 11 июня уже 253 и 69{26}. Кроме того, на севастопольском направлении действовал 8-й воздушный корпус, насчитывающий 700 - 750 самолетов. Эта армада базировалась на аэродромах Таврии, а командовал ею немецкий ас, любимец Гитлера генерал фон Рихтгофен.

В целом же к началу июня 1942 года соотношение сил авиации сторон, действующих в Крыму, составляло 5,2 : 1, непосредственно перед третьим наступлением немецко-фашистских войск 9:1, а в дни решающего сражения за Севастополь, когда наши потери в самолетах стали значительными, оно возросло до 12 :1 в пользу противника{27}.

В условиях возрастающей активности авиации противника увеличивалось и напряжение истребительной авиации оборонительного района. Все ощутимее становились наши потери, а пополнение поступало лишь периодически, причем одновременно не более эскадрильи.

28 мая меня вызвал командир авиагруппы полковник Г. Г. Дзюба и поставил задачу: в ночь на 29-е вылететь на гидросамолете в Геленджик и на следующий день привести из Анапы на Херсонес 247-й истребительный авиаполк из состава 5-й воздушной армии.

Можно представить нашу радость: получаем целый полк, да еще и на современных истребителях! Ведь это же сила! А в полку-то, как потом выяснилось, насчитывалось всего десять Як-1, причем ни один летчик никогда не летал над морем и не участвовал в боях над ним.

Пусть не покажется странным, но первое обстоятельство - отсутствие опыта полетов над морем - было особенно серьезным. Дело в том, что для уверенных действий вдали от берегов на "сухопутном" самолете пилотам необходимо преодолеть довольно прочный психологический барьер. Ведь их долго учили тому, что при отказе техники или повреждении самолета в бою можно подобрать с воздуха подходящую площадку и посадить машину, если и не на колеса, то на фюзеляж. В конце концов можно спасти жизнь, выбросившись на парашюте.

А если под крылом бескрайняя водная гладь или, еще хуже, холодное бушующее море? Много ли шансов выжить, даже не будучи раненным, умея плавать? К этому можно добавить естественный страх человека перед одиночеством и бездонной глубиной под ногами... Словом, когда я объявил в полку маршрут перелета, некоторые пилоты заметно "скисли". Вот тут-то и выручил командир, слово и пример которого имеют в авиации особое значение.

Командир полка майор Я. Н. Кутихин подбодрил подчиненных, сказав, что полеты над морем доверяют только мужественным и надежным пилотам и таким доверием нужно гордиться.

- Я сам поведу вас вслед за лидерами, - заявил он, как бы ставя точку в разговоре. И возникшее было у летчиков напряжение словно растаяло. Забегая вперед, хотелось бы добавить, что командир полка был неразлучен со своими летчиками почти до самого конца обороны Севастополя и очень многое сделал для того, чтобы его подчиненные быстро вошли в боевой строй. Воевали они хорошо...

Перед вылетом из Анапы я информировал летчиков о том, что без драки с "мессерами" перед посадкой на Херсонесе вряд ли удастся обойтись. Вылетающие вместе с нами для пополнения, а в данном случае и в качестве лидеров, бомбардировщики Пе-2, ДБ-3ф и два СБ должны быть надежно прикрыты от возможных атак истребителей противника.

Утром 30 мая мы взлетели и легли на маршрут. Довольно скоро понесли потери, правда, пока небоевые - три "яка" из-за каких-то неисправностей вернулись в Анапу. Перелет же остальных самолетов прошел благополучно, и все они приземлились на Херсонесе.

Несколькими днями позже сюда прилетела эскадрилья из десяти Як-1, возглавляе.мая моим однофамильцем и однокашником по Ейскому училищу капитаном В. И. Денисовым. Виталий Иванович - опытный летчик, храбро воевал под Перекопом в составе 62-го авиаполка. Под стать ему был и комиссар эскадрильи старший политрук Виктор Андреевич Купцов - тоже умелый воздушный боец, прошедший школу войны в Китае и награжденный орденом Красного Знамени.

Прибытие в Севастополь за короткое время 27 истребителей новейших типов хотя и не решало всех проблем, но для малочисленной авиации 3-й отдельной авиагруппы значило многое. Осложнялось дело тем, что большинство летного состава эскадрильи Денисова, как и 247-го полка Кутихина, были необстреляны, а в силу сложившейся обстановки их пришлось сразу вводить в бой.