Андрей Кравцов - Русская Австралия

Австралия, ее климат и природа, папе совсем не понравилась по сравнению с его любимой Маньчжурией. Он любил тайгу, густые дремучие леса, снежные зимы, животных, которые там жили. Здесь же ничего этого не было: все чужое и непривычное. Все это тоже отразилось на его зоровье. Папа постепенно слабел, начал болеть так, что два раза ложился в больницу. Последний раз в больнице он пробыл три дня. Его навестил о. Николай Успенский, от которого он принял причастие. Он был очень рад этому, хотя говорить уже не мог, будучи частично парализованным. Вечером 6 марта 1958 г. он тихо скончался, прожив в Австралии один год и три месяца».

Помимо эмигрантов из Китая, немалая волна переселенцев устремилась в Австралию из послевоенной Европы. «Еще один из осколков великой, но зверски разрушенной Российской империи прибило к берегам Австралии…» — писали местные газеты о приезде в Австралию в 1948 г. известного генерала царской армии Михаила Милошевича Георгиевича, его жены Глафиры Александровны, их дочери Марии Михайловны с мужем Иваном Ивановичем Петуниным и внучки Марины.

Генерального штаба генерал-майор Михаил Милошевич Георгиевич (серб по отцу и русский по матери) родился в 1883 г. в Киевской губернии. Окончив Киевский кадетский корпус и Констан-тиновское артиллерийское училище, он поступил в Академию Генерального штаба, по окончании которой был назначен капитаном в штаб 35-й пехотной дивизии в Рязани. С этой дивизией он и вступил в Первую мировую войну сначала в Галиции, где произошел разгром австрийской армии, и затем, тоже с успехом, сражался против немецкой гвардии на Висле. В октябре 1914 г. М. М. Георгиевич был тяжело ранен, но, едва оправившись от ранения, уже в начале 1915 г. перешел в конные штабы, где с осени 1915 по январь 1917 г. был начальником штаба 12-й Кавалерийской дивизии. Февральская революция застала его на озере Эзеле, где он, начальник 107-й пехотной дивизии, был взят немцами в плен. Три побега из плена в конце концов увенчались успехом — дважды его ловили и возвращали в лагерь, а в третий раз, изучив все карты и маршруты, он добрался через Салоники и Константинополь до Екатеринодара к концу 1918 г. Сразу примкнув к Белому движению, М. М. Георгиевич провел 2 года в боях на Волге и в Крыму под начальством генерала Врангеля. В Галлиполи Георгиевич принял под свое начало Корниловское военное училище, которое перевез в Болгарию, а сам позднее уехал в Сербию.

События тех лет описаны генералом в его книге «Свет и тени», напечатанной в Германии (с указанием на обложке, что книга вышла в Сиднее) в 1968 г. тиражом 500 экземпляров и сразу же ставшей библиографической редкостью. В книге, помимо двух главных тем — Первой мировой войны и Белого движения, дан также их историко-политический анализ. Автор рассказывает о бурном расцвете России в Столыпинскую эпоху, сравнивает русскую и немецкую армии того времени и дает портреты вождей Белого движения — генералов Кутепова, Алексеева, Маннергейма, Деникина, Каледина и других, делая вывод, что лучшие военные начальники следовали петровскому завету: «Не держаться устава, как слепой — стены!»

Когда генерал приехал в Австралию, ему уже было 65 лет. Несмотря на возраст, он устроился на завод чернорабочим и занимался тяжелым физическим трудом в течение следующих 10 лет. И только потом с чувством выполненного долга перед своей семьей и новой страной вышел на пенсию. Одновременно — как старейший из старших офицеров Российской императорской армии — он стал главой австралийского отдела Русского Общевоинского союза, основанного генералом Врангелем, и постоянным сотрудником сиднейского журнала «Русский в Австралии» (1950–1962), в котором вел международный раздел. Публикации в мельбурнской газете «Русская правда», выступления с докладами на Днях русской культуры и других собраниях — далеко не полный перечень деятельности Михаила Милошевича в Австралии. Скончался доблестный генерал в Сиднее в возрасте 86 лет.

Обстоятельства отъезда перемещенных лиц из Европы вспоминает также в журнале «Австралиада» художник Павел Химии: «4 июля 1949 г. в порту Неаполя стоял на рейде огромный норвежский корабль «Скаугум», готовый доставить в Австралию беженцев. В списке было 1700 пассажиров, большинство из которых составляли поляки, эстонцы, венгры, югославы, латыши. Украинцев и русских было очень мало, не более 20 человек. Это были счастливчики, избежавшие депортации на «родину». Протяжный гудок известил, что мы тронулись в далекий путь на целый месяц. Кто знаком с морской стихией, знает, что он нелегкий. Через три дня, после короткой остановки в Порт-Саиде, мы проплыли Суэцкий канал. Красное море, Порт-Аден, 16 июля пересекли экватор, где Владыка Морей Нептун устраивал для нас торжество с выдачей особых грамот. 25 июля мы увидели берега Австралии и 29-го причалили к мельбурнскому порту… Старенький скрипящий поезд довез нас до Олбури, маленького городка в штате Виктория, а оттуда в автобусах нас доставили в иммиграционный центр Бонегилла. Это был бывший военный лагерь, приспособленный для приема беженцев из Европы. По существу, Бонегилла был городком с многотысячным населением, где царили порядок и дисциплина. В нем было все необходимое: госпиталь, столовые, магазин, баня и многое другое, а главное — огромное здание театра для различных развлечений. Первые несколько дней ушли на размещение прибывших беженцев в бараки, солидно построенные, деревянные, с железной крышей. Внутри они были пусты, без перегородок, и если в барак помещали 2–3 семьи, то перегораживались военными серыми одеялами. Разговоры, споры, крики детей, галдеж на разных языках создавали «сказочную» атмосферу, и, конечно, все знали, где что происходит. Почти ежемесячно в лагерь прибывали новые переселенцы, среди которых были талантливые музыканты, певцы, театральные деятели. Некоторые из них привезли с собой свои инструменты, костюмы и разные украшения, так что в лагерном театре недостатка в культурной жизни не было. В течение двух лет мне удалось встретить одаренных русских деятелей искусства, хорошо известных теперь среди русских в Австралии. Например, чета Барановичей: Валентина — пианистка и ее супруг — баритон, с приятным голосом, устроили свою жизнь в Мельбурне. Людмила Хассель — сопрано, исполнявшая арии известных композиторов, устроила свою жизнь с супругом в Сиднее и Зоя Складнева — пианистка и преподаватель музыки — в Ньюкастле. В театре устраивались танцы и даже был костюмированный бал». Все это вспоминается Павлом Химиным сейчас как что-то далекое и невероятное, но сохранившиеся пожелтевшие фотографии тех лет говорят, что это было в действительности.