Г.Гасфорд - СТАРИКИ И БЛЕДНЫЙ БЛУПЕР

Так оно и есть, это Массовое Движение Против Резни За Ресторан Алисы, и вступить вам в него можно, всего лишь спев ее при первом же удобном случае, когда ее заиграют на гитаре.

С чувством. Поэтому мы подождем первого же удобного случая. Когда ее заиграют на гитаре, вот тут, и подпоем, когда ее заиграют. Вот она:

Заходи – будешь сыт и пьян – к Алисе в ресторанЗаходи – будешь сыт и пьян – к Алисе в ресторанВовсе не сложно найти этот домПолмили от свалки, а там – за угломЗаходи – будешь сыт и пьян – к Алисе в ресторан

Это было ужасно. Если вы хотите покончить с войной и всем прочим, петь надо громко. Я вам эту песню пою уже двадцать пять минут. И могу еще двадцать пять минут петь. Я не гордый… и не устал.

Поэтому подождем, пока ее не заиграют на гитаре в следующий раз, и теперь уже с гармонией на четыре голоса и чувством.

Вот ждем, просто ждем, пока ее не заиграют еще раз.

Поехали.

Заходи – будешь сыт и пьян – к Алисе в ресторанТолько Алису не лапайЗаходи – будешь сыт и пьян – к Алисе в ресторанВовсе не сложно найти этот домПолмили от свалки, а там – за угломЗаходи – будешь сыт и пьян – к Алисе в ресторанДа да да да да да да дамК Алисе в ресторан

БЛЕДНЫЙ БЛУПЕР

На прошлой неделе морские пехотинцы из состава разведывательного дозора сообщили о перестрелке с подразделением противника у города Фубай. Среди убитых вьетконговцев был обнаружен явный предводитель отряда партизан – стройный юноша-европеоид, длинноволосый шатен.

Этот белый юноша был в поношенном зеленом обмундировании, с красным шарфом, завязанным поперек груди. В руках его был АК-47 – автомат, разработанный в Советском Союзе и используемый в регулярной армии Северного Вьетнама.

Морские пехотинцы уверены, что предводителем партизан был американец, рядовой морской пехоты, числившийся пропавшим без вести с 1965 года.

Они сообщают также, что за последние несколько месяцев получили несколько сообщений об американцах, действующих в составе вьетконговских подразделений в окрестностях города Фубай.

Журнал "Ньюсуик"

12 августа 1968 г.

ЗИМНИЕ СОЛДАТЫ

Потеря рассудка [на войне] мне кажется почетной, как гибель часового на своем посту.

Леонид Андреев. "Красный смех"

Полагаю, что этот час может войти в историю Америки как один из лучших ее часов.

Ричард Милхаус Никсон. Президент Соединенных Штатов Америки. 30 июля 1969 г. Сайгон, Южный Вьетнам

Где-то там, за черной стеной муссонного дождя, за проволокой, смеется Бледный Блупер.

Я тоже смеюсь.

Я подымаюсь со своего ложа из мокрой глины на дне щели – совершенно голый, если не считать перламутрового "стетсона" с черно-белым пацификом. По-крабьи суча конечностями, выбираюсь на крышу блиндажа, обложенного мешками с песком. Я весь облеплен мокрой грязью, подрагивая, опускаюсь на корточки. Прислушиваюсь. Затаив дыхание, я прислушиваюсь и выжидаю, опасаясь даже дышать.

Прочищаю горло. Встаю, прямой как штык. Уткнув подбородок в кадык, танцующей походкой подхожу к краю блиндажной крыши, уткнув кулаки в бока, как инструктор в Пэррис-Айленде.

Говорю: "СЛУШАЙ СЮДА, ГНИДА!" Выполняю "кругом!". Марширую обратно, еще раз выполняю "кругом!". Я подтянут, стою в полный рост, ладный и нахальный. "ХОЧЕШЬ ЖИТЬ ВЕЧНО?"

Ни дать, ни взять – комик, выкрикивающий приколы в сторону нейтральной полосы. Полуночный вечер юмора в последние дни обороны Кхесани. А я развлекаю призрачных созданий, что по-змеиному ползают, извиваясь, во тьме за проволокой. В любой момент сорок тысяч вооруженных до зубов, обезумевших от опиума коммунистических субчиков могут с воплями нахлынуть из клубящегося тумана.

Я кричу: "Плевать на мины! Полный вперед! Я еще и не начинал драться! Дайте мне свободу или дайте мне смерть! Не наступи на меня! Давай еще конговцев! Давай еще конговцев!"

Жду ответа. Прислушиваюсь. Но ничего не происходит.

Подбираю с земли сломанную палку от швабры. На конце палки гвоздем приколочены рваные красные шелковые трусики – "мэггины трусишки"*. Я поднимаю палку и размахиваю красными шелковыми трусиками взад-вперед как боевым стягом.

Из-за проволоки доносятся лишь скрипучий ор лягушек и барабанный бой муссонного дождя.

Швыряю на землю мэггины трусишки. Потом с обеих рук одариваю Бледного Блупера средними пальцами.

Полночь. Ястреб выпущен в небо. Привидения вышли погулять.

Зимний муссон дует с такой силой, что дождь идет горизонтально. Время идет, и тишина за низким гулом дождя все нарастает и нарастает.

Я усаживаюсь в старое алюминиевое садовое кресло на крыше оставленного блиндажа на переднем крае обороны Кхесани. Холодные пули муссонного дождя смывают с тела грязь. Прикрыв лицо потрепанным перламутровым "стетсоном", располагаюсь поудобнее, откинувшись на спинку кресла. Правая рука касается мокрого металла полевой рации, лежащей под креслом.

Промеж моих босых ног – пулемет M60, опирающийся на сошки. Поднимаю длинный, черный инструмент, предназначенный для убивания. Когда я держу его в руках, то чувствую, что не совсем уж гол.

* * *

Плавная подача патронов может уберечь меня от гибели, и потому я аккуратно укладываю тяжелую ленту с опрятными золотистыми пулями. Каждый пятый патрон – трассер с красным кончиком. Убедившись на все сто, что лента ни в одном месте не перекручена, я с силой захлопываю крышку приемника и загоняю патрон в патронник. Счастье – это пулемет с ленточным питанием.

Бледный Блупер смеется, и смех его черен и холоден.

А может, вообще не обращать внимания на Бледных Блуперов, тогда и этот уйдет? Вот начнешь обсуждать с Бледным Блупером философские вопросы, он тебя переспорит, а сам просто подойдет и убьет тебя, засранца этакого. Бледный Блупер еще ни разу со мной не заговаривал, и это весьма меня огорчает. Не помешало бы развлечься содержательной беседой. В Кхесани живешь с ощущением непреходящей усталости и постоянного напряга. Теперь, когда осада уже снята, нам нужно хоть чем-то занимать головы, потому что от скуки мы начинаем слишком много думать.

А Бледный Блупер тем временем приходит каждую ночь, и это настороженное ожидание меня просто убивает.

На оперативной базе Кхесань в провинции Куангчи Республики Вьетнам морская пехота Соединенных Штатов Америки вела себя порой под прессом не так чтобы очень красиво, но все же мы выстояли до конца. Мы как черви зарылись в эту мертвую высоту. Мы вцепились в обугленный край реального мира, и больше его не отпускали.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});