Иосиф Лаврецкий - Эрнесто Че Гевара

Несколько дней спустя было подписано соглашение о единстве действий «Движения 26 июля» и Революцион­ного директората, призвавшее все другие антибатистовские организации примкнуть к нему.

На этот призыв отозвалась только Народно-социали­стическая партия. В открытом послании от 9 декабря 1958 года НСП писала:

«Рассмотрев надлежащим образом этот документ, На­родно-социалистическая партия отвечает вам следующее:

Первое. Она принимает призыв, содержащийся в обра­щении, и открыто следует ему, понимая, что координация усилий представляет насущную необходимость кубинского революционного и демократического движения. Более шести лет мы придерживались мнения — оно не изме­нилось и сейчас, — что одним из факторов, больше всего способствовавших сохранению тирании до наших дней, была разобщенность сил оппозиции, разъединение и от­сутствие согласованности в действиях революционных и демократических сил страны.

Второе. Она принимает предложенные вами принципы согласованных действий.

Третье. Тем не менее она считает нужным заявить следующее:

Принципы, изложенные в обращении, следует считать только начальными, поскольку по самой своей сути они должны быть дополнены рядом идей и определенных программных положений, отвечающих чаяниям и закон­ным требованиям нашего народа.

Чем более тесным будет единение, особенно в воору­женной борьбе, тем лучшие результаты будут достигну­ты. Поэтому партия твердо убеждена, что все вооружен­ные формирования, борющиеся в настоящее время про­тив тирании, должны объединиться в единую армию под единым командованием как в провинции Лас-Вильяс, так и по всей стране.

Четвертое. Мы уже приняли необходимые меры для присоединения к Эскамбрайскому пакту, чтобы сделать его эффективным в той части, которая касается нас».

Когда единство действий между основными револю­ционными группировками было достигнуто, можно было приступить объединенными силами к наступательным действиям. В первую очередь следовало сорвать в про­винции Лас-Вильяс президентские, парламентские и му­ниципальные выборы, назначенные диктатором Ба­тистой. Фидель Кастро призвал к бойкоту этого изби­рательного фарса. Революционное командование издало закон, согласно которому все, кто выставит свою канди­датуру на выборах, совершат акт национального преда­тельства. Принимающие же участие в голосовании будут лишены гражданских прав. Но этот грозный закон, из­данный в горах Сьерра-Маэстры, требовал реального под­крепления в виде активных военных действий против диктатуры.

«Времени было мало, а задача огромна, — писал Че. — Камило выполнял свою задачу на севере, сея ужас среди приверженцев диктатуры. Мы должны были атаковать близлежащие поселки, чтобы сорвать выборы. Были разработаны планы одновременного нападения на города Кабайгуан, Фоменто и Санкти-Спиритус, располо­женные в плодородных равнинах центра острова. Между тем был уничтожен небольшой гарнизон в Гиния-де-Миранда, а потом атакована казарма в Банао. Дни, предше­ствовавшие 3 ноября, были наполнены активными дей­ствиями. Повсюду были мобилизованы наши колонны. Они почти повсеместно не дали возможности избирателям проголосовать».

Войска Батисты, вынужденные теперь сражаться на четырех фронтах — с колоннами Че, Съенфуэгоса, Рауля и Фиделя, были явно не в состоянии предпринимать ка­кие-либо наступательные действия против повстанцев. Каскитос были деморализованы, напуганы, а многие офицеры потеряли веру в возможность одержать победу над по­встанцами, авторитет и популярность которых среди населения непрерывно росли. Однако в целом армия Батисты в ноябре все еще представляла грозную силу: в ней ведь все еще насчитывалось тысячи оснащенных современным оружием солдат, в то время как общее число повстанцев не превышало нескольких сот человек. Впереди предстоя­ли еще жестокие, кровопролитные бои.

Во второй половине декабря Че во главе повстанче­ских отрядов спустился с гор Эскамбрая и начал наступ­ление на опорные пункты противника в провинции Лас-Вильяс, взятие которых должно было привести к осво­бождению столицы этой провинции Санта-Клары.

16 декабря повстанцы окружили город Фоменто с на­селением в 10 тысяч человек. После двух дней кровопро­литного сражения правительственный гарнизон сдался, и город был освобожден. Повстанцы захватили 141 солда­та в плен и большое количество оружия, боеприпасов и транспортных средств.

Вслед за этим 21 декабря повстанцы атаковали город Кабайгуан с населением в 18 тысяч жителей. Здесь бой шел буквально за каждый дом. Во время сражения при неудачном прыжке с крыши одного дома Че сломал ле­вую руку и сильно повредил лоб. В местной лечебнице ему наложили гипс на сломанную руку, и он снова бро­сился в бой, который закончился сдачей в плен враже­ского гарнизона. Как всегда в подобных случаях, повстан­цы обезоружили солдат и офицеров противника и отпу­стили их на все четыре стороны. Безоружные и опозоренные сдачей в плен, они уже не представляли опасности. К тому же гуманное отношение к пленному противнику побуждало и других солдат Батисты к сдаче в плен. Взятое у противника оружие немедленно посту­пало добровольцам, которые в каждом освобожденном на­селенном пункте десятками примыкали к повстанцам.

С 1960 года автора этих строк связывает дружба с капитаном Антонио Нуньесом Хименесом. Еще в студен­ческие годы Нуньес Хименес принимал деятельное уча­стие в антиимпериалистическом движении, подвергался полицейским преследованиям. Став профессором в уни­верситете Лас-Вильяс, Нуньес Хименес написал книгу «География Кубы», в которой разоблачал губительные последствия для страны империалистического господства. Цензура запретила эту книгу, тираж которой по приказу диктатора был сожжен. Нуньес Хименес перешел на подпольное положение, участвовал в «Движении 26 июля», вступил в восьмую колонну, с которой проде­лал всю кампанию в провинции Лас-Вильяс, сражаясь под непосредственным руководством Че. За участие в боях он получил чин капитана Повстанческой армии. После победы революции капитан Нуньес Хименес за­нимал ряд ответственных постов: руководил знаменитым ИНРА — Институтом по проведению аграрной реформы, с 1962 года является президентом Академии наук Кубы. Он также президент Общества кубино-советской дружбы со дня его основания. Капитан Нуньес Хименес возглав­лял первую кубинскую официальную делегацию, посе­тившую Советский Союз в 1960 году.

В 1968 и 1970 годах во время пребывания на Кубе автор неоднократно беседовал с капитаном Нуньесом Хименесом о кампании в Лас-Вильяс. Рассказанное Нуньесом Хименесом позволяет более точно уяснить смысл происходивших в то время событий и руководя­щую роль в них Че. Вот как протекали эти события по словам капитана Нуньеса Хименеса.