Джей - О Милтоне Эриксоне

Особые проблемы, требующие длительной терапии

Прежде чем говорить о длительной и краткосрочной терапии в терминах “или — или”, нужно понять, что есть ситуации, требующие длительной терапии, и есть ситуации, требующие краткосрочной. Давайте рассмотрим те, при которых длитель­ная терапия выглядит более уместной.

Кроме потребности стабилизировать брак или семью, суще­ствуют и другие особые проблемы, требующие длительной тера­пии. Одна из наиболее серьезных — сексуальное или физичес­кое насилие, когда курс терапии назначается приговором суда. Краткая интервенция может остановить такие незаконные или аморальные действия. Однако кто может быть уверен, что про­должения не последует? Возможность рецидива — это не акаде­мическое понятие, а новые жертвы. Таких клиентов необходи­мо наблюдать длительное время, чтобы убедиться, что положи­тельный эффект терапии не исчез. Если кто-то всерьез наблю­дает за человеком, терапия становится длительной и полностью подчиняется природе проблем.

Другой тип проблем, требующих, как правило, длительной терапии, это хронические психотики и их семьи. При первом проявлении психоза терапия может быть краткой, так как ее ос­новная цель — как можно скорее вернуть человека к нормальной жизни. Кризисная терапия семьи направлена на то, чтобы снять у молодого человека с диагнозом шизофрения необходи­мость в лекарствах и вернуть его к работе или в школу. Эта зада­ча может быть выполнена достаточно быстро. Однако, если речь идет о случае, когда больной был госпитализирован уже раз шесть, необходимость длительной терапии очевидна. Пациент

—   хронический, семья — хроническая, то есть она полагает, что излечение невозможно, и профессионалы, работающие с пациентом, совершенно уверены в пожизненной необходимости медикаментозного лечения и регулярной госпитализации. В данной ситуации изменить весь вспомогательный персонал — за­дача не из простых.

Другая особая проблема — вынужденная длительная тера­пия, когда терапевт хочет завершить лечение, но не может. Терапия тянется без энтузиазма и даже с определенной долей обиды и возмущения. Клиент, со своей стороны, тоже может желать ее завершения, но, получая от терапевта определен­ную реакцию, не в состоянии сделать это. Такие ситуации можно сравнить с зависимостью. Человек может стать зависи­мым от своего терапевта так же, как от любовника или лю­бовницы. Клиент “попадается на крючок” конкретного тера­певта или терапии как таковой. Цель лечения — освободить клиента от зависимости.

Вероятно, в самой природе терапии заложена возможность возникновения зависимости. Типичный образец зависимости включает в себя обещание приятных ощущений и близости, за которым следует отторжение, принимающее форму невы­полненного обещания. Хотя возможность его выполнения продолжает существовать. Так же мать сначала подстрекает ребенка позвать ее погулять, а затем отклоняет его просьбу, потому что слишком занята. Или она зовет ребенка и одно­временно жалуется, что он на ней виснет. Природа терапев­тического контракта предполагает, что терапевтические отно­шения носят интимный характер. Однако эти отношения не могут осуществиться как интимные, а поэтому отторжение неизбежно. Кроме того, близость длится до тех пор, пока клиент платит; таким образом, дружба — оплаченная, а зна­чит отрицающая близость, хотя негласно обещающая ее. “Длительные” терапевты нередко попадают в подобные отно­шения зависимости и не могут освободиться от них без помо­щи третьего лица, например инспектора.

Конечно, существует немало ситуаций, когда терапевт обя­зан работать быстро. Терапия, оплаченная страховой компанией в пределах нескольких встреч, — краткосрочная по определе­нию, если только клиент или терапевт не решат пойти на фи­нансовые жертвы и продлить лечение. Другая ситуация ограни­ченного времени терапии — краткосрочное помещение в боль­ницу, оплаченное страховой компанией. Человек, помещен­ный на несколько недель в больницу, выписывается, когда за­канчивается страховка, независимо от своего состояния. Обыч­но терапевт, работавший с клиентом в больнице, не может продолжить лечение за ее пределами, поэтому после выписки терапия заканчивается.

Финансирование терапии будущего

Окидывая взглядом современную психотерапию, можно за­метить определенные тенденции, к развитию которых хорошо бы заранее подготовиться. Не вызывает сомнения, что терапия под влиянием способов ее финансирования будет укорачивать­ся. Так же, как сроки госпитализации могут стать короче по ре­шению страховой компании, и длительность терапии будет уменьшаться по мере уменьшения определяемых страховкой сро­ков лечения. В основе финансирования терапии грядут измене­ния, а значит откроются и новые возможности.

В истории психотерапии, пожалуй, наиболее важным было решение о почасовой оплате. Историки когда-нибудь обнару­жат, кому пришла в голову эта идея. Во многих отношениях те­ория и практика психотерапии сформировалась в тот момент, когда терапевты выбрали возможность сидеть с клиентом и полу­чать деньги за длительность лечения, а не за его результат.

Когда понимаешь, что почасовая оплата была произвольным решением, нет причин не развивать другие виды терапевтичес­кого гонорара. “Длительные” терапевты могут продолжать брать почасовую оплату с тех клиентов, которые могут оплачивать ее из своего кармана, а другие терапевты могут рассмотреть альтер­нативные варианты оплаты.

Оплата за излечение симптома

Из множества видов гонорара наиболее очевидной является оплата за излечение симптома — а не за количество часов, про­сиженных в присутствии клиента. Каждая проблема может иметь определенную стоимость. Прецедент можно найти в ме­дицине, где работа хирурга оплачивается за выполненные дей­ствия, в отличие от работы педиатра, которая оплачивается по количеству часов или по количеству приемов пациента.

В терапии также есть прецеденты. Мастерс и Джонсон на­значают фиксированную цену за излечение сексуальных проблем с последующим консультированием. Известно, что Милтон Эриксон говорил родителям: “Я пришлю вам счет, когда ребе­нок полностью избавится от проблемы”.

Есть и другие терапевты, берущие деньги за излечение фо­бии, а не за время. Я имею в виду одну группу, в которой бе­рут 300 долларов за избавление от любой фобии. Ожидая быст­рых результатов, они будут за эти деньги заниматься с клиентом до тех пор, пока фобия не исчезнет. Такой метод оплаты уже применяется в терапии, ограниченной по времени страховой компанией. Оплаченный курс из 20 встреч — это ли не гонорар за излечение симптома? Разница лишь в том, что, если терапевт излечивает больного за 3 встречи, он или она не может взять плату за оставшиеся 17, что происходит при фиксированном го­нораре.