Александр Золототрубов - Буденный

Бой в Отраде запечатлел на кинопленку кинооператор Эдуард Тиссэ. В беседе с молодыми работниками искусств он рассказывал: «Я снимал в Крыму, в районе Оренбурга и Челябинска, на территории Латвии и в других местах. Но наиболее яркие эпизоды я пережил, участвуя в знаменитых походах Первой Конной армии…

Помню бой на подступах к Крыму. Выбирая высокую точку съемки, я забрался с аппаратом на вышку ветряной мельницы. Увлекшись съемкой, совершенно не заметил того, что мельница сделалась центром боя. Я продолжал снимать до той минуты, пока кавалерия белых не подошла вплотную к мельнице. Красная кавалерия перешла в контратаку. С величайшим трудом, под обстрелом, мне удалось сойти со своим киноаппаратом с вышки мельницы. Меня подхватили на тачанку, я получил радостную возможность снять паническое бегство белых…»

Еще два дня продолжались упорные бои. Лишь к ночи 2 ноября наступило затишье. Приказ командарма был выполнен. Утром 3 ноября 6-я кавдивизия вместе с 30-й стрелковой дивизией после жестокого боя овладела укреплениями Чонгарского полуострова; начдив Ока Городовиков доносил: преследуя отступающих, 6-я кавдивизия первой вышла на Чонгарский полуостров. 11-я кавдивизия во второй половине дня 3 ноября совместно с частями 9-й стрелковой дивизии и 5-й кавдивизии заняла Геническ. Начдив Коробков докладывал: белые взорвали за собой мост через пролив, отделяющий Арабатскую стрелку от моря; к Геническу подошли 15 военных кораблей и судов и стали бить по городу из орудий. 4-я кавдивизия захватила Ново-Алексеевку. Начдив С. К. Тимошенко доносил: прорвав окружение, конармейцы решительным ударом разбили полк врангелевцев, спасли от разгрома две наши батареи и много обозов. А что же 14-я кавдивизия? Ее бойцы смело дрались с врагом в районе Рождественской. Начдив А. Я. Пархоменко сообщал: преследуя врангелевцев, конники подошли к позициям врага южнее Салькова…

Итак, наступило временное затишье. Части Первой Конной повсеместно прекратили боевые действия. Первый этап по ликвидации войск Врангеля был закончен. Всего с обеих сторон в боях участвовало до 200 тысяч штыков и сабель. Наступление велось на фронте протяженностью до 350 километров. Противник был разгромлен в этом районе за короткий срок — 7 дней. Теперь армиям Южного фронта предстояло ворваться в Крым и уничтожить белогвардейцев.

Передышка на фронте оказалась непродолжительной. Прорвавшись со своими войсками в Крым, Врангель рассчитывал выдержать длительную осаду, а затем, сохранив основные силы, вновь двинуться в наступление. В своих мемуарах он отмечал, что особую надежду возлагал на укрепления на Перекопском и Чонгарском перешейках, а также на Юшуньские позиции. После осмотра системы укреплений крымских перешейков Врангель на совещании своего командного состава в Севастополе заявил: «Русская (то есть белая. — А. 3.) армия спокойно перезимует в Крыму. За зиму оправится и окрепнет, а весной перейдет в решительное наступление». Такое заявление барона было не случайным — Перекопский перешеек белогвардейцы превратили в неприступную крепость. Основная линия обороны была сооружена на Турецком валу длиной в 11 километров, высотой 8 метров. Перед валом — ров глубиной 10 и шириной более 20 метров. Несколько рядов проволочных заграждений с заложенными в них фугасами прикрывали ров и подступы к валу. В 25–30 километрах за Турецким валом шла вторая полоса укреплений: Юшуньские позиции, представлявшие собой линии окопов, густо опоясанных колючей проволокой. Вторая линия окопов проходила от Перекопского залива в районе Карт-Казака и дальше, огибая южную оконечность озера Старое. Пулеметные гнезда, орудия, убежища — все это осложняло атаку в лоб. К тому же белогвардейские части поддерживали огнем 20 боевых кораблей, введенных в Каркинитский и Перекопский заливы по просьбе Врангеля американцами, англичанами и французами. Фрунзе это учитывал и в директиве от 5 ноября потребовал: в ночь на 8 ноября начать штурм вражеских укреплений, «по крымским перешейкам немедленно ворваться в Крым и энергичным наступлением на юг овладеть всем полуостровом, уничтожив последнее убежище контрреволюции». Как и предвидел Буденный, директива требовала от него спешно привести конницу в порядок и готовиться к переправе через Сиваш у Чонгарского полуострова вслед за пехотой 4-й армии. Буденный считал, что всю операцию по форсированию Сиваша надо проводить сосредоточенными силами, и был доволен, что Фрунзе как раз этого и требовал, правда, в директиве он веско подчеркнул, что операцию надо проводить с «максимальной энергией, доводя атаки во что бы то ни стало до успешного конца, ибо при данных условиях открытая атака живой силой является наискорейшим и наилучшим средством решения задачи». Командарм использовал затишье для того, чтобы привести части в боевой порядок, произвести выкормку и ковку лошадей, ремонт обоза и снаряжения, чистку орудий, пулеметов, пополнить дивизии, отправить раненых в тыл. В полдень 7 ноября в Конармию прибыл командующий фронтом М. В. Фрунзе. Он одобрил дислокацию и состояние войск Конармии. Высоко оценил мужество и боевую доблесть конармейцев.

— Я бы поставил вам в упрек лишь одно, — заметил Михаил Васильевич, — ваши бойцы не взорвали мост через Генический пролив. Ведь часть войск Врангеля ушла через Арабатскую стрелку.

Буденный честно объяснил: враг сосредоточил там большие силы, и конникам не удалось прорваться. Потом разговор зашел о директиве. Командарм доложил, что ему все ясно и Конная армия «до конца выполнит свой долг перед революцией». Фрунзе одобрил это, признав, что хотя войска 4-й армии и готовятся к форсированию перешейков, однако работы тормозятся полной оторванностью тылов; нет танков, нет тяжелой артиллерии; железнодорожные мосты в ряде мест еще ремонтируются; нет топлива, не хватает продовольствия. Потому-то и приходится медлить с операцией. Фрунзе поинтересовался, как отмечают в Конной армии третью годовщину Великой Октябрьской социалистической революции. Буденный доложил: в частях прошли торжественные собрания, беседы, читки, особенно большую работу проводят среди солдат комиссары, их слово воодушевляет конников на новые героические дела во имя Советской Республики. В эти дни в штаб и политотдел Конармии пришло немало поздравлений. Одно из них Буденный показал Фрунзе. «Организованный пролетариат и красный гарнизон Елисаветграда (ныне Кировоград. — А. 3.) приветствует в Вашем лице легендарную красную кавалерию, пробившую дорогу в Крым, — читал Фрунзе. — Передавая от нас привет частям красной конницы, скажите им, что сердца елисаветградского пролетариата и красного гарнизона бьются в унисон с сердцами героев славной непобедимой конницы. Да здравствует всемирная непобедимая Красная Армия!»