Леонид Хинкулов - Франко

Бонч-Бруевич завязал с Франко переписку, посылал ему демократические издания. «С 1900 года, — вспоминает он, — начала издаваться ленинская «Искра». С первого номера газеты, даже, начиная с заявления редакции о ее выходе, я всегда высылал Ивану Франко номер за номером, а также все главнейшие издания революционной социал-демократии, в том числе произведения В. И. Ленина «Что делать?» и «Шаг вперед, два шага назад».

Весной 1902 года в Лондоне образовалась социал-демократическая организация «Жизнь». Она издавала под тем же названием журнал. По инициативе Бонч-Бруевича к участию в журнале был приглашен Франко, и он даже прислал в редакцию свою большую корреспонденцию, озаглавленную «Из Галиции».

Однако в связи с прекращением издания журнала статья Франко опубликована не была, и Бонч-Бруевич ее передал в «Искру». По его словам, Ленин читал статью, одобрительно отнесся к ней и намеревался напечатать в одном из номеров «Искры».

Есть все основания предположить, что это именно та статья, которая появилась в № 26 «Искры» от 15 октября 1902 года, хотя и в сокращенном виде. В этой статье говорилось: «И помещики и попы связаны между собою крепкими узами — эксплуатацией крестьянской нищеты и темноты…»

В дни революции 1905 года в России Франко выступил с поддержкой русского народа. Именно в это время он писал: «Мы все русофилы, слышите, повторяю еще раз: мы все русофилы. Мы любим великорусский народ и желаем ему всяческого добра!»

Когда был арестован великий русский певец революционного пролетариата Максим Горький, Франко напечатал статью о Буревестнике революции. Протестуя против репрессий по отношению к Горькому, Франко называл его «одним из светочей русского народа», «украшением русской литературы» и подчеркивал, что Горький «был простым рабочим, испытал и голод, и холод, и всевозможную нужду».

Для Франко Горький велик тем, что он «выступал как вдохновенный апостол человеколюбия», тем, что в произведениях его звучал «горячий призыв к борьбе с нынешними гнилыми порядками в России». «Вот почему, — заключал Франко свою статью «Максим Горький», — взоры всего мира обращены сегодня к Горькому».

И Горький тоже чрезвычайно любил Франко, пропагандировал его творчество среди русских читателей, печатал переводы рассказов Франко в петербургском журнале «Жизнь», где одно время руководил отделом художественной литературы.

Под впечатлением событий первой революции в России Франко создает свою самую замечательную и самую автобиографическую поэму — свою лебединую песню «Моисей». Могучий пафос народной борьбы воплощен в этом последнем произведении Франко.

Вспоминая свое посещение писателя в 1906 году, Михаил Коцюбинский писал: «Это было два года назад, когда я в последний раз виделся с ним. В своем бедном домике сидел он за столом и плел рыбацкие сети, как нищий апостол. Плел сети и писал свою поэму «Моисей». Не знаю, поймал ли он в свои сети рыбу, но душу мою пленила его поэма!»

Подвиг народного вождя, направляющего путь народа от рабства к свободе, в Обетованную землю, — это подвиг самоотверженного служения народу:

Что имел, отдал все до концаОн единой идее,И горел, и сиял, и страдал,Весь проникнутый ею.

В предисловии к «Моисею» Франко определяет тему своей поэмы так: «Моисей — непризнанный пророк, сорок лет кочующий со своим народом в пустыне… Я попытался представить Моисея на склоне лет, в глубокой старости, когда он уже близко подошел к Обетованной стране, но тщетно старается склонить свой народ к вступлению в эту страну… Основною темою поэмы я избрал смерть Моисея как непризнанного своим народом пророка. Эта тема в таком виде не библейская, а моя собственная».

Драма народа, стремящегося к свободе, к лучшему будущему, в том, что он начинает сомневаться в возможности достичь великой цели:

И, отчаясь, народ возроптал:

— Как солгали пророки!

По наущению предателей Авирона и Датана народ отрекается от своего вождя.

Но трагедия Моисея в том, что на мгновение поколебалась и его вера в торжество правды.

И вот он наказан — он гибнет у самого входа в Обетованную землю:

«А сомнение в воле моейТем ты нынче искупишь,Что, узрев долгожданный тот край,Сам в него ты не вступишь.

Тут истлеют останки твои:Пусть урок этот строгийТе запомнят, что, к цели спеша,Умирают в дороге!»

На место погибшего вождя, однако, встанет простой человек из народа, конюх Егошуа. И он призовет: «За оружие! К бою!»

Ничто не может изменить закономерного хода исторического процесса — ведь в конечном счете побеждает разум, побеждает истина, побеждает народ;

Миг один — и очнется народ,Сбросив оцепененье,И никто, и никто не поймет,Что виной пробужденья!

Миг один — и подхватит тот крикВся людская громада,И родится могучий геройИз ленивца-номада.

В грязь размесят пустыни песок,Вдаль стремясь неустанно,Авирона камнями побьютИ повесят Датана.

Люди стремятся к заветной цели, пренебрегая трудностями, преодолевая опасности, но веря в будущее.

И пойдут в неизвестность веков,Полны скорбной тревоги,Пролагая в грядущее путь,Умирая в дороге…

Ход истории бесконечен, но не бесконечны поиски добра и справедливости.

Своей поэме Иван Франко предпослал пролог, в котором, обращаясь к украинскому народу, он пророчески говорил:

…Ужель напрасно столько душ горелоК тебе наисвятейшею любовью,Всем жертвующей радостно и смело?

Ужель напрасно край твой полит кровьюТвоих борцов? И больше не поднятьсяЕму в красе, свободе и здоровье?..

Нет, поэт твердо верит в прекрасное завтра своей родины:

Но час придет — и ты в венце багряном,В кругу народов, вольных, чуждых боли.За грань Бескид, курящихся туманом,

И к Черноморыо двинешь рокот воли,И глянешь, как хозяин домовитый,На хату светлую свою и поле.

Прими ж мой стих, хоть и тоской повитый,Но полный веры; горький, но свободный;Его в залог грядущего прими ты,Как скромный дар, народ мой благородный!

«Моисей» Ивана Франко. — одна из вершин украинской поэзии, рядом с «Марией» Шевченко, «Лесной песней» Леси Украинки.