Юлиус Мадер - Абвер: щит и меч Третьего рейха

ВО «Литва» — гауптман Крамер (Ковно, позднее переведен в Лиссабон/Португалия).

ВО «Югославия» — гауптман Левин (Белград — Стамбул/Турция).

ВО «Швейцария» — капитан 2–го ранга Мейснер, гауптман Лёф (Берн).

ВО «Испания» — оберстлейтенант фон Роршайдт (Мадрид), зондерфюрер Гензеровски (Сан—Себастьян).

ВО «Португалия» — гауптман Крамер (Лиссабон).

ВО «Турция» — гауптман Левин (Стамбул).

Для вербовки агентов использовались и так называемые «зарубежные организации НСДАП». При вербовке на оккупированных территориях и в партизанских районах задействовались фронтовые отделения военной разведки, а также гарнизонные комендатуры и комендатуры полевой жандармерии.

Каким образом вербовщикам удавалось склонить подданных иностранных государств к сотрудничеству с германской разведкой? Таких приемов было несколько:

— разработка склонных к авантюрным поступкам людей, дававших подписку о сотрудничестве не из меркантильных побуждений, а из—за «романтики шпионской жизни»;

— игра на патриотических струнках, часто применявшаяся при вербовке специалистов, откомандированных за рубеж;

— предоставляемая возможность заработать много денег в случае успешного выполнения задания;

— вербовка в кругах так называемой «внутренней эмиграции», среди граждан разрабатываемого государства, враждебно относящихся к политическому курсу своего правительства.

Бывали и такие случаи, когда граждане самостоятельно предлагали свои услуги германской разведке. К ним в абвере всегда относились с подозрением и привлекали к выполнению разведопераций только после всеобъемлющей проверки…»

Бойцы «невидимого фронта»

«Управление Аусланд/Абвер/ОКВ работало со всеми слоями общества, однако наиболее перспективными для последующей вербовки и оперативного использования были следующие категории граждан:

1. Сотрудники германской и зарубежной погранично—таможенных служб (представляли наибольший интерес для А–1 и А–3/Ф).

2. Население пограничных районов по обе стороны границы (А–1, А–2,А–3/Ф).

3. Постоянно проживающие за рубежом евреи (А–1 и А–3/Ф).

4. Представители нацменьшинств, испытывавшие определенные притеснения со стороны коренной национальности (А–1 и А–2).

5. Военнослужащие иностранных армий (А–1).

6. Члены «зарубежных организаций НСДАП» (А–1).

7. Инженерно—технический персонал промышленных предприятий, выезжающий в официальные загранкомандировки (А–1), а также продавцы, журналисты (А–1, А–3/Ф), деятели искусства (А–1) и проводники спальных вагонов (А–1).

В военное время — военнопленные (А–1 и А–2) и лица различных профессий на оккупированных территориях (А–1,А–2 и А–3).

Досье на погибших при выполнении задания или пропавших без вести агентов помещались на вечное хранение в архиве на Тирпицуфер. Личные дела действующих штатных и внештатных сотрудников абвера хранились в центральной картотеке отдела «Ц». Перед вербовкой интересующего разведку лица региональные отделения абвера запрашивали отдел «Ц» на предмет благонадежности объекта. Его анкетные данные отправлялись в Берлин в опечатанном сургучной печатью пакете. После проверки картотеки подозреваемых Управления и РСХА, а также агентурной картотеки абвера старший офицер отдела «Ц» возвращал документы по месту требования с наложенной резолюцией: например, «заподозрен в шпионаже», «уличен в порочащих связях», «компрометирующими материалами не располагаем» или «задействован в операциях другого отделения». Только после возвращения документов из Берлина отделение абвера или ВО могли приступать к вербовке. Агент получал агентурный псевдоним, позывной или идентификационный номер (например, Р–32), позволявший установить, какой из отделов проводил вербовку, а также характер агентурной работы.

Обычно все действующие агенты получали стандартизованные идентификационные номера (в айнзацкомандах и диверсионных подразделениях фронтовой разведки была своя собственная система идентификации):

Р–7 Резидент № 7 А–1

С–18 Агент кризисного периода № 18 А–1

А–9 «Законсервированный» агент военного времени № 9 А–1

И–26 Резидент (агент—радист) в германской погранзоне № 26 А–1

У–90 «Почтовый ящик» № 90, только перевалочный пункт А–1

Е–16 Агент—маршрутник№ 16 А–1

Г–14 Агент—контрразведчик № 14 А–3 ГВ–5 Агент № 5, «разрабатывающий» сотрудника вражеской разведки А–3

Наибольших успехов нам удалось достичь при вербовке французских и бельгийских пограничников и таможенников, при работе с местным населением в погранрайонах на германо—французской, германо—чехословацкой и германо—польской границах, сотрудничая с национальными меньшинствами разрабатываемых стран, а после начала военных действий — с военнопленными.

Хочу Заметить по поводу боевого использования завербованных русских военнопленных: поступавшая по агентурным каналам информация, как правило, не компенсировала затраты на обучение и непосредственную заброску в русский тыл. Могу привести несколько примеров удачных вербовок: Например, мы знали, что швейцарский журналист «Хокули» (агентурный псевдоним) выполняет задания британской резидентуры в Берне, связанные с промышленным шпионажем. Во время его частых поездок в Берлин (с 1941 по 1943) мы использовали этот канал для передачи дезинформации в Лондон.

Следующая группа агентов работала в России: Агента «Клауса» (позывной) в 1939 курировал гауптман Крамер из ВО «Литва». «Клаус» работал в Ковно и выполнял задания А–3/Ф, связанные с контрразведывательными мероприятиями против советской дипломатической миссии. Одновременно агент собирал развединформацию и для А–1. После оккупации Литвы русскими «Клаус», предположительно по рекомендации руководителя ВО, оберста Юста, перешел в А–1 и был переброшен в Стокгольм. Агенты Клат, Лауфер и Кофер работали на отделение абвера в Вене (майор Шмальшлегер) в Будапеште. В начале 1942 они перешли под начало майора Вагнера в ВО «София».

Агент «Макс» (агентурный псевдоним) в 1942 работал в тылу русского фронта на юге России. Агент абвер–1 прошел подготовку в ВО «София» (майор Вагнер). Радиограммы «Макса» о русских ВВС считались в главном штабе люфтваффе чрезвычайно ценными.

Агент Фестер, англичанин по национальности, проживал в Бухаресте. Его курировал оберстлейтенант Роршайдт из румынского регионального отделения абвера. Насколько мне известно, Фестер успешно работал в Румынии до середины 1942.

Бывший румынский полковник (или генерал) Одреану был завербован отделением абвера в Бухаресте. Из политических соображений Одреану покинул Румынию и в 1943 как ГВ—агент был отправлен в Стамбул в рамках оперативной разработки абвера по широкомасштабной дезинформации турецкой разведки…»