Алекс Гольдфарб - Саша, Володя, Борис... История убийства

Марина сидела в полном оцепенении. А Борис исчез через полчаса после начала записи. Он уже все понял и отправился спать.

ГОДЫ СПУСТЯ, АНАЛИЗИРУЯ эти события, Саша заключил, что Шебалин с самого начала был провокатором. Он примкнул к ним, когда они пошли к Борису первый раз, хотя до этого не проявлял никакого недовольства нравами и методами УРПО. Скорее всего, он напрямую работал на Ковалева. Возможно, поначалу ему было велено таким способом внедриться в окружение Березовского. Но по мере того как “производственный конфликт” превращался в политический скандал, а Ковалев все явственнее ощущал свою уязвимость, “объектом” Шебалина становился сам Саша и группа поддержавших его офицеров.

В ту ночь Шебалин отказался ехать к Борису, сославшись на какие-то дела. Возможно, ему необходимо было посоветоваться со своим куратором. Его спокойствие и вся эта история о “грозящем в понедельник аресте” могла быть всего лишь попыткой их запугать и заставить отказаться от показаний в военной прокуратуре. Если это было так, то уловка возымела противоположный эффект, подтолкнув группу к полуночному телевизионному признанию, которое, возможно, спасло им жизнь.

Саша позже вспоминал, что Шебалин никогда не участвовал в каких-либо спонтанных действиях, а только в тех, что планировались заранее, а также ни разу не проявлял инициативы.

А вот Гусак был искренен. Тот факт, что он никак не мог определиться, на чьей же он стороне, только подтверждал, что он не вел двойной игры. Он отчаянно пытался понять, кто в конце концов одержит верх, и соответственно менял свою позицию. Поначалу его не было среди участников бунта, не знал он и о походе к Борису, не ходил с ними в Кремль. Позже пытался быть посредником между Хохольковым и Сашей. Но в ту ночь, на даче у Бориса, он принял самое активное участие в телезаписи и рассказал всю правду. Хотя полгода спустя, в ноябре 1998 года, когда Саша и его друзья устроили знаменитую пресс-конференцию, Гусак снова пошел на попятную и предусмотрительно уехал из города, чтобы быть в безопасности.

Трое других бунтовщиков — Андрей Понькин, Герман Щеглов и Константин Латышенок — были верными членами Сашиной группы. Они поддержали его во всем и пошли до конца.

Примечательно также и то, что девять лет спустя, уже после Сашиной смерти, Гусак неожиданно всплыл в интервью на “Би-Би-Си”, назвавшись “московским юристом”. Он подтвердил, что Хохольков предлагал ему убить Березовского. Но тут же сказал, что не воспринял эти слова всерьез: “Если бы директор ФСБ Николай Ковалев отдал мне персональный приказ, то я бы его исполнил”.

В ту пасхальную ночь на даче у Бориса все трое исповедовались перед ошарашенным Доренко искренне и были похожи на кающихся грешников. К концу второго часа видеозаписи Марина больше не могла отрицать очевидное: Саша и его друзья вошли в смертельный конфликт со своей “Конторой”. Она узнала о Трепашкине, с которым нужно было “разобраться”, о плане похищения Джабраилова, о приказе “убрать” Бориса и о многих других вещах, которые Саша называл “противозаконными и преступными”. Марина знала, что за Сашей была такая особенность — делить мир на черное и белое, и понимала, что это общая для них профессиональная черта. Теперь, когда он пошел против Конторы, ей было ясно, что он стал врагом для ФСБ, и ему будут мстить.

ХОТЯ ПЕРВОНАЧАЛЬНО БУНТОВЩИКИ намеревались немедленно показать эту запись по телевидению, к утру они передумали.

Борис, ознакомившись с ситуацией, с этим согласился. “Такой материал будет для вас эффективной защитой до тех пор, пока его не покажут, — сказал он. — В виде исключения мы, конечно, сможем организовать эксклюзивный просмотр в Кремле для узкого круга, но в данный момент в этом нет необходимости. Что же касается ваших начальников, то я думаю, что им уже известно, чем вы тут занимались всю ночь. Делайте то, что собирались: идите в прокуратуру. И посмотрим, что будет”.

Когда утром они приехали на Лубянку, их никто не арестовал. Ковалев еще раз пытался договориться с ними, но это ни к чему не привело.

Спустя два дня они отправились в прокуратуру. Вскоре всех участников конфликта — Хохолькова с Камышниковым, Гусака с Шебалиным и Сашу с его группой отстранили от работы до конца расследования.

25 мая московский либеральный еженедельник “Новая газета” опубликовал статью журналиста Юрия Щекочихина, являвшегося также депутатом Госдумы. В ней Щекочихин обнародовал свой депутатский запрос директору ФСБ Ковалеву:

• Правда ли, что скандал с закупкой партии специальной техники для оборудования помещений в Кремле, парламенте и Белом доме, которую негласно проводили Коржаков и Барсуков на средства из госбюджета, проходил с участием Е. Хохолькова и что средства, якобы потраченные на закупку подслушивающей аппаратуры, на самом деле похищены?

• Правда ли, что по инициативе Хохолькова образовано Управление по разработке и пресечению деятельности организованных преступных формирований (УРПО)?

• Нашли ли подтверждение компрометирующие Хохолькова материалы о его связи с известными узбекскими преступными «авторитетами» Гафуром и Салимом?

• Правда ли, что Хохольков ведет образ жизни богатого нувориша, несовместимый с денежным содержанием даже генерала ФСБ? Правда ли, что он и его жена имеют в распоряжении дорогие иностранные автомобили и проживают в загородном особняке стоимостью минимум в несколько сот тысяч долларов? Соответствует ли действительности утверждение, что Хохольков регулярно посещал казино «Ленинградская» и «Метрополь», где проигрывал очень крупные суммы? Однажды он расплатился за проигрыш 120 тысячами долларов. Что это за деньги?

• Правда ли, что, отбирая сотрудников на работу, Хохольков требовал от некоторых из них подписать обязательство выполнить любой приказ руководства, включая и незаконные — вплоть до убийства, и при этом взять ответственность целиком на себя?

• Правда ли, что сотрудники управления Хохолькова с ведома руководства и под видом оперативной работы занимались прямым вымогательством и угрозами убийства? Ведется ли следствие по заявлению директора мебельного салона торгового центра «Щелковский» Степанова, который был вызван на допрос в один из кабинетов управления на Лубянке, после чего на служебных машинах вывезен в лес в Подмосковье, где его заставили вырыть себе могилу и затем имитировали его расстрел?

• Правда ли, что с началом чеченских событий Хохольков получил возможность контролировать негласные средства, отпущенные на проведение специальных мероприятий, и что при этом бесконтрольно было потрачено примерно 500 тыс. долларов США?