Леонид Кучма - После майдана 2005-2006. Записки президента

10 мая

В России болезненно относятся и к украинской ситуации, и к грузинской. Не хотят понимать демонстративно «независимого» поведения новых властей. Конечно, настоящая независимость так не демонстрируется. В этом поведении есть несолидность. Оно предназначено приимущественно для внутреннего употребления, а в России не хотят этого не то что понимать, а принимать. У Кремля тоже свои внутренние задачи. Кремль тоже хочет показать российскому населению свой гонор.

У преемников Шеварднадзе несолидности больше, чем у моих. Затеяли «ультиматум» по поводу вывода российских войск. Три недели назад вроде бы договорились, что войска останутся до 2008 года, и вдруг: «Давай выводи завтра, иначе не приеду в Москву на празднование шестидесятилетия Победы!»

Это вообще глупо - ставить протокольное мероприятие в зависимость от решения такого вопроса. Это все своего рода показуха. Такие вещи всегда вызывают досаду или смех у серьезных государственных деятелей. В работе всякого правительства, всякой власти есть две стороны: внешняя, представительская, и внутренняя, сугубо деловая. Нельзя путать эти стороны.

Ющенко заявляет, что тоже не поедет в Москву - хочет, мол, праздновать 9 мая вместе со своим народом. Ясно, что это демонстрация, и демонстрация очень странная. Потом оказывается, что в Москве будет, что называется, весь мир. Отсутствие высшего представителя Украины в этой ситуации будет выглядеть просто нелепо. Приходится лететь…

А Юлия Владимировна не упустила возможности воспользоваться промашкой соперника. Я, говорит, считаю, что наш президент обязан быть в этот день в Москве, вместе с лидерами всего мира. Она свою линию гнет, ничего ему не спускает. И все-таки, с моей точки зрения, она действует совершенно неправильно, когда идет на конфронтацию с Ющенко. У нее нет никаких идеологических разногласий с ним. К тому же он, кажется, решил ни во что не вмешиваться. Она ж правит Украиной! Что хочет, то и делает. Да, он пожурил ее за мясной и бензиновый кризисы. Ну и что? Она могла бы продолжать в том же духе. Она правит страной, как директор или владелец обыкновенной хозяйственной структуры. В принципе так управлять можно долго, но итогом, конечно, будет поражение.

13 мая

Почему так получилось, что меня и Ющенко как бы переставили местами?

Будучи премьером, он проводил мою политику, исполнял мои распоряжения, пользовался тем, что было наработано под моим руководством. А в общественном мнении нарисовалась перевернутая картина. Все положительное связали только с ним, с его именем. Загадки здесь для меня нет. Все сделала пропаганда.

Как было улучшено положение, например, с пенсиями?

Действительно, в бытность Ющенко премьером государство вернуло пожилым людям долги - к тому времени они составили миллиард гривен с четвертью. Но заслуги правительства, заслуги Ющенко здесь было не больше, чем предыдущего Кабмина, во главе которого стоял Пустовойтенко. Просто я издал несколько указов, которые позволили существенно пополнить Пенсионный фонд, и именно это решило судьбу основных долгов.

Объясняя свои «пенсионные» успехи, Виктор Андреевич в детали, как правило, никогда не вдавался, разве что бросал вскользь: рассчитаться с пенсионерами, дескать, позволило наведение порядка с расчетами в топливно-энергетическом комплексе - схемы стали «прозрачными».

Смотрим. Годовые начисления пенсионного сбора от НАК «Нефтегаз Украина» и предприятий угольной отрасли в 1999 году не вытягивали и на месячную выплату пенсий по стране. Вот и весь доход от «прозрачности». Откуда же взялись деньги на выплаты? Погасить долги пенсионерам в основном помогли именно мои пять специальных указов, а также рост деловой активности, вызванный действием ряда законов, принятых Верховной Радой.

В частности, в 1997 году я подписал указ, кардинально меняющий правила финансово-бюджетной дисциплины. Была установлена финансовая ответственность коммерческих банков за сбои в перечислении средств в Пенсионный фонд. Не рассчитался с фондом одновременно с выплатой зарплаты - плати штраф. Если в начале 1997 года пенсионная задолженность предприятий по банкам составляла почти четверть от всей суммы, то через три года она едва превысила 1 процент. В 1998 году я издал новый указ - о персонифицированном учете в системе пенсионного страхования, что увеличило поступления в фонд на 10-15 процентов. В том же году (опять по моей инициативе) пенсионерам (с их согласия) начали выплачивать деньги через банковские учреждения. Благодаря тому, что открытие счетов для стариков, зачисления и собственно выплаты осуществлялись бесплатно, на одних почтальонах мы сэкономили более 20 миллионов гривен.

В том же 1998 году я подписал и указ «О неотложных мерах по погашению задолженности и выплате пенсий», введя дополнительные сборы с покупки-продажи валюты, легковых автомобилей, продажи ювелирных изделий из золота, а затем еще одним указом добавил к этому списку курильщиков, покупателей недвижимости и операторов мобильной связи. Этот указ принес в Пенсионный фонд более 3 млрд. гривен (при долге, напомню, в миллиард с четвертью).

Иными словами, я как бы попросил более или менее состоятельных граждан поддержать бедных и бедствующих. Ни со стороны Кабмина, ни от премьер-министра лично никаких инициатив о решении пенсионной проблемы не исходило. Тем не менее когда в 1999-м резко уменьшились долги по пенсиям, да еще начала ускоряться экономика, со страниц прессы вдруг предстал Ющенко в роли спасителя обездоленных пенсионеров.

При этом из поля зрения как-то выпал еще один нюанс. Каждая четвертая гривня, полученная в 2000-м бюджетом, появилась за счет инфляции. От этого, как известно, люди богаче не становятся, а наоборот, беднеют. Но происходит и определенное выравнивание. Если кто-то не получал ничего, а тут ему дали какую-то копейку, он не будет жаловаться, а скажет «спасибо». Все эти «спасибо» достались главе правительства. Он, понятно, не возражал, более того, как раз тогда зарекомендовал себя мастером саморекламы. Вдруг узнаю: ездит по областям и «раздает пенсии». Мне это даже понравилось: человек понимает, как важно подать себя обществу в наиболее выгодном свете. Меня ведь уже начинала посещать мысль о Ющенко как о следующем президенте Украины.

Экономика тем временем продолжала набирать обороты.

Не только внутри страны, но и во внешнем мире СМИ стали рассказывать одну красивую историю: пришел реформатор, и все сдвинулось с мертвой точки. Я не придавал значения этой пропаганде, хотя мне было ясно, что мы имеем дело именно с пропагандой. Кинах или Янукович потом делали не больше и не меньше, чем Ющенко. Действовали они в том же направлении, что и он, - работали над реализацией политики, которая определялась президентом. Но я не могу вспомнить, чтобы в зарубежной печати кто-то назвал их реформаторами.