Яков Свет - Колумб

В общем, их высочества в пересчете на золото истратили на подготовку великой экспедиции килограммов десять этого металла. По самым же скромным подсчетам, за триста лет своего владычества в Новом Свете Испания там добыла и оттуда вывезла такое количество драгоценных металлов, которое соответствовало 3 миллионам (I) килограммов золота.

Поистине ничтожны были вложения их высочеств в столь завлекательное предприятие!

30 апреля 1492 года, в тот день, когда Христофор Колумб, виноват, дон Христофор Колумб, стал Адмиралом и Вице-Королем, королевская чета распорядилась начать подготовку к экспедиции. Город Палос, куда семь лет назад прибыл из Португалии автор проекта, отвергнутого Математической Хунтой и королем Жуаном II, избран был главной базой экспедиции.

ПЕРВОЕ ПЛАВАНИЕ

ПАЛОС

Так же как и семь лет назад, катила в океан свои темные воды Чернильная река, с запада дули соленые ветры, и солью серебрились плоские равнины у подножия горы Ваала. Но теперь по дорогам унылого междуречья шагал не нищий изгнанник, а Адмирал Моря-Океана. Уэльва, Могер, Палос, Рабида, старые, знакомые места встречали командира великой заморской экспедиции, особу, взысканную милостями их высочеств.

Тогда, летом 1485 года, несчастный беглец сошел на дощатый палосский причал с семилетним Диего, и ни отец, ни сын не знали и не ведали, что ждет их на чужой стороне.

Ныне четырнадцатилетний наследник Адмирала стал жертвой королевских портных, сапожников и цирюльников. Примерялись бархатные камзолы, из кор-дуанского сафьяна шились остроносые башмаки, адмиральский сын определен был королевской четой в пажи к наследному принцу дону Хуану, и ему с 8 мая 1492 года командор Гутьерре де Карденас платил жалованье — 9400 мараведи в год.

А сам Адмирал прибыл в Палос с указами их высочеств.

Палос… Почему на этот город, один из многих приморских городов Кастилии, пал выбор королевской четы?

На этот вопрос Лас Касас ответил таким образом: «Во-первых, там были хорошие и опытные моряки; во-вторых, в этом городе у Адмирала были знакомые и друзья; в-третьих, потому, что Адмирал знал и почитал и не раз беседовал и получал помощь от отца Хуана Переса, настоятеля обители или монастыря Рабиды; в-четвертых, насколько мне ведомо, короли, уж не знаю, то ли из-за содеянного преступления, то ли по праву взыскания, обязали город Палос снаряжать ежегодно по две каравеллы сроком на три месяца» (77, I, 175).

Несомненно, расчетливые монархи приняли во внимание и то обстоятельство, что палосцы были в долгу перед кастильской короной. В 1486 году Палос не пожелал послать корабли на выручку союзника Изабеллы, неаполитанского короля, и за это королева наложила на город своеобразную «епитимию», которая им как нельзя более кстати пришлась в пору подготовки первой экспедиции (84, 349–352).

Любопытно, что до июня 1492 года Палос королеве не принадлежал. Этим городом совместно владели три магната — герцог Мединасидония, граф Миранда и братья де Сильва. Но, определив, что Палос станет исходной гаванью экспедиции Адмирала, их высочества тут же выкупили половину города у его владельцев (104).

Палос был невелик, всего-то и насчитывалось в нем 600 «хозяев» (vecinos), и, стало быть, население его не превышало 3–4 тысяч душ. Но почти все палосские жители были тесно связаны с морем.

Слава о палосских рыбаках, кормчих, капитанах доходила до Лиссабона и Лондона, и, что весьма существенно, эти потомственные мореходы отлично знали воды Атлантики: им доводилось плавать и в Гвинею, и к Канарским и Азорским островам.

Одним из наиболее опытных, богатых и влиятельных палосских моряков был Мартин Алонсо Пинсон, с которым тесный контакт поддерживали настоятели Рабиды. Он и его младшие братья Висенте Яньес и Франсиско Мартин Пинсоны по инициативе Марчены и Переса привлечены были к предприятию Колумба и, как мы вскоре убедимся, оказали ему очень большую помощь летом 1492 года.

Колумб покинул 12 мая 1492 года лагерь Санта-Фе и направился в Рабиду. По пути он заехал в Кордову к донье Беатрис и там встретился с престарелым кастильским путешественником Перо Тафуром, тем самым Тафуром, который за 57 лет до этой встречи посетил Геную и оставил ее описание, которым мы воспользовались в первой части этой книги. Тафур, правда, не проникал на Восток дальше Синая, но он встречался с Никколо Конти и многое мог рассказать Колумбу об Индии и «стране Великого хана». Из Рабиды 23 мая Колумб в сопровождении Хуана Переса выехал в Палос.

Адмирал привез с собой указ королевы и короля к властям и жителям Палоса. Королевская чета призывала обитателей этого города оказывать всемерное содействие главе экспедиции.

Этот указ торжественно был зачитан городским нотариусом Франсиско Фернандесом в палосской церкви святого Георгия при довольно большом стечении народа. Люди, которые присутствовали в церкви в среду 23 мая, разумеется, не подозревали, что много лет спустя им придется давать показания о знаменательных событиях лета 1492 года в связи с тяжбой Диего Колона с кастильской короной. Очевидцам опасно доверять, особенно если толкуют они о делах двадцати- или тридцатилетней давности, но их показания кое-что дают историкам, и мы не преминем ими воспользоваться.

Нотариуса выслушали молча. Неуместно высказывать суждения о королевских указах, но, право, когда народ безмолвствует, полагаться на его добрую волю опасно. Так произошло и в Палосе в майские дни 1492 года.

Королевская чета предписала: за десять дней подобрать три корабля и без дальнейшего промедления укомплектовать их командами.

Корабли нашлись, но затем все замерло на мертвой точке. Охотников, согласных по доброй воле отправиться в дальнее плавание, не находилось. Отчасти тому виной были их высочества. Во избежание огласки цели экспедиции излагались крайне туманно. Но была и другая причина. Палосские моряки при иных обстоятельствах с легким сердцем отправились бы хоть на край света, трусами их никто не посмел бы назвать. Однако они не желали вербоваться в экспедицию, которой командовал безвестный иноземец.

И о том, как отнеслись в Палосе к Адмиралу и его планам, говорили в феврале 1515 года многие свидетели пресловутой тяжбы. Вот каковы были их показания.

Хуан Кинтеро: «Полагали мы, что если уж португальцы не нашли земли в Море-Океане, то нынешняя затея была делом напрасным» (56, VIII, 59).

Мартин Гонсалес: «Много сведущих в морском деле людей говорили, что, следуя на запад от мыса Сан-Висенте, при ветрах, там дующих, никогда не удастся найти земли, даже если плыть пришлось бы целых два года, и все твердили — затея дона Христофора Колумба напрасна, и над ним насмехались, говоря, что никогда этому Адмиралу не доведется отыскать землю» (56, VIII, 91).