Григорий Щедрин - На борту С-56

Вдруг неистовый крик из центрального поста.

- Товарищ командир, закрывайте люк! Лодка погружается!

- Артрасчету вниз! По своим отсекам! Спустившись в центральный пост, прежде всего смотрю на глубомер - уже двадцать пять метров! Лодка стремительно проваливается, но нам еще кажется, что она идет вниз страшно медленно. Особенно - после доклада Круглова.

- Миноносец у борта!

Слышим шум винтов над собой, и затем оглушающие разрывы глубинных бомб. В носу гаснет свет. Гремят падающие вещи, звенит разбитое стекло. Как позже выяснилось, сорвало два листа в надстройке. Но теперь уже не страшно, мы в своей стихии - под водой.

Переднюю крышку аппарата, из которого не полностью вышла торпеда, закрыть не удалось. Пришла или нет торпеда в боевое положение? Сдетонирует она или нет при близком разрыве бомб? По теории-нет. Вертушка с ударника свертывается при поступательном движении торпеды в воде. Но кто знает, как влияют на нее струи от винтов лодки, да и от собственных винтов, отработавших в аппарате? На теоретических занятиях мы бы единодушно доказывали, что торпеда безопасна... А сейчас далеко не все в этом убеждены. Заднюю крышку аппарата подпираем аварийными балками. Так будет надежнее. Иначе ее может вырвать силой гидравлического удара при взрыве.

Лодку удифферентовали, дали полный ход и нырнули в минное поле. По счастью, нас почти не бомбят.

Серьезная бомбежка началась через час, когда мы благополучно вышли из района.

Миноносец и сторожевик нас потеряли, ушли в сторону и только глушат бомбами рыбу. Сейчас можно не много привести себя в порядок. Кузьмича просят в шестой отсек сделать пострадавшим перевязки.

Одним из пострадавших оказался командир группы движения инженер-лейтенант Николай Ушаков. До того как Ушаков получил ушибы, он попал в довольно смешное положение, если, конечно, во время таких "мертвых петель" и других фигур "высшего пилотажа", какие Мы выполняли несколько минут назад, бывают положения, которые можно назвать смешными.

Сигнал срочного погружения застал Ушакова в пятом отсеке, где и положено быть командиру группы движения по тревоге при работе дизелей. Убедившись в надежной герметизации отсека и двигателей после погружения, он направился в шестой отсек, куда автоматически перемещался его КП, поскольку лодка шла в торпедную атаку под электромоторами.

- Товарищ лейтенант, проверьте "взрывомер",- не то, шутя, не то серьезно попросил мичман Елин.

"Взрывомер" - это "патентованное" изобретение электриков, сделанное, как говорится, из подручных материалов. Одному из матросов девушки подарили детскую игрушку - маленькую обезьянку с пружинами вместо рук и ног. На спине у обезьянки - резинка. И, если подергать за эту резинку, обезьянка проделывает уморительные движения. Игрушка как игрушка для детей дошкольного возраста.

Еще в первом нашем боевом походе обезьянка случайно оказалась за ходовой станцией главных электромоторов. Тут-то и проявились ее необыкновенные свойства: когда при взрывах бомб корпус лодки испытывал толчки, обезьянка, закрепленная на резинке, начинала свой пляс. Чем ближе взрыв и сильнее толчок-тем больше "амплитуда" скачков обезьянки. Макаров и Федотов обратили на это внимание.

Дальнейшее было делом морской смекалки. Обезьянке отвели "штатное место" за левой станцией и нарисовали шкалу. Ноль стоял против положения обезьянки в спокойном состоянии. В обе стороны отмечены установленные опытным путем деления; "далеко", "близко", "очень близко" и наконец "ого-го", что соответствовало такой близости разрывов, когда обычно разлетаются плафоны и лампочки.

Электрики умудрялись без шума держать в курсе показаний "взрывомер" соседей - пятый отсек. Вот почему Ушакова не удивила просьба Елина.

Наша торпеда ударила в борт неприятельского транспорта и взорвалась. Каждую секунду можно было ждать, что противник начнет бомбежку. Вот тут-то Ушаков и отдраил переборочную дверь, чтобы жестом показать Елину: дескать, все в порядке, ждите бомб спокойно, "взрывомер" в исправности. В этот момент лодка "клюнула" носом и пошла в "пике". Командира группы выбросило в пятый отсек. Захлопнувшаяся переборочная дверь зажала полу надетой на нем шубы.

Инженер-лейтенант повис в воздухе, болтая руками и ногами.

Помочь своему командиру мотористы не могли, так как не могли добраться до него. И когда в момент самого большого дифферента Ушаков сорвался, он упал между дизелями, расшиб лоб и повредил руку.

В другое время этот эпизод долго служил бы темой для шуток острых на язык Иванова и Шаповалова. Но сейчас у каждого хватало своих переживаний. Ведь смерть пыталась заглянуть нам прямо в глаза.

Враг не ожидал, что лодка сможет так быстро погрузиться, буквально у него под носом. Бомбы, сброшенные на нас, были поставлены на минимальную глубину взрыва. Миноносец опоздал на какие-то секунды. Спасло пас то, что на корабле не наблюдалось ни малейшей паники. Все спокойно и сосредоточенно делали свое дело. Дерендяев во время дифферентов лег на настил, открыл лючок и все время следил, не проливается ли электролит из элементов аккумуляторной батареи. Боженко и Федотов умудрились четко менять хода при катастрофическом аварийном дифференте. Выше всяких похвал работали механик, боцман, трюмные. Команда активно боролась за жизнь!

Из всего случившегося мы сделали вывод: нельзя нарушать инструкции даже в мелочах. Мичман Пав лов действовал, конечно, с самыми лучшими намерениями, когда без разрешения центрального поста продул торпедный аппарат, но это едва не кончилось катастрофой.

...В тот же день нас отозвали в базу. Прибыли мы туда ровно в годовщину нашего прихода на Север. Ровно год тому назад мы впервые ошвартовались к такому знакомому теперь причалу.

Нас очень тепло встретили не только потому, что мы вернулись с победой, но и потому, что наша лодка была удостоена высокой правительственной награды. Нам показывают газету, на первой странице которой напечатано адресованное экипажу приветствие Военного совета флота: нас поздравляют с награждением лодки орденом Красного Знамени и выражают уверенность, что она будет еще крепче бить врага.

Через несколько дней нам были вручены: Краснознаменный флаг, орден Красного Знамени и грамота. Вот её подлинный текст: "УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СОЮЗА ССР

О НАГРАЖДЕНИИ ПОДВОДНОЙ ЛОДКИ "С-56"

ОРДЕНОМ КРАСНОГО ЗНАМЕНИ"

За образцовое выполнение заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками наградить подводную лодку "С-56" орденом "Красное Знамя".

Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИН.

Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН".