Арнольд Гессен - Жизнь поэта

Темы оперных либретто часто перекликались с революционными событиями в Греции. В театре ставились пьесы на греческом языке, в исполнении греческих актеров.

В тогдашней печати сообщалось, что «в одесском театре показывали «Филоктета» Софокла, переведенного на новогреческий язык... Актерам аплодировали с восторгом. Энтузиазм слушателей невозможно передать, когда актер, выступавший в роли Филоктета, своей благородной и вместе с тем исполненной энергии декламацией растрогал слушателей до слез. В конце он воскликнул: «Да здравствует Греция! Да здравствуют ее великодушные друзья!» Затем выступали хоры с патриотическими гимнами, которые были покрыты аплодисментами».

* * *

Население Одессы не превышало в пушкинскую пору 30-35 тысяч человек. Театр являлся местом, где обычно встречались друзья и знакомые. Об этом Пушкин повествует в «Отрывках из путешествия Онегина»:

А только там очарований?

А разыскательный лорнет?

А закулисные свиданья?

A prima donna? а балет?

А ложа, где, красой блистая,

Негоциантка молодая,

Самолюбива и томна,

Толпой рабов окружена?

Она и внемлет и не внемлет

И каватине, и мольбам,

И шутке с лестью пополам...

А муж - в углу за нею дремлет,

Впросонках фора закричит,

Зевнет и - снова захрапит.

Строфа эта направлена была поэтом в адрес пользовавшейся в Одессе большим успехом красавицы Амалии Ризнич. Муж ее И. С. Ризнич, крупный коммерсант, негоциант, экспортировавший пшеницу и получавший взамен колониальные товары и предметы роскоши, был одновременно и директором одесского театра. Здесь Пушкин и познакомился с Амалией Ризнич.

Кто же была эта «негоциантка молодая»?

Высокая, стройная красавица с пламенными глазами, с густою черною косою до колен была, по одним сведениям, итальянка из Флоренции, по другим - полуитальянка-полунемка с примесью, быть может, еврейской крови, дочь венского банкира. Ризнич уехал в 1822 году в Вену, там встретился с Амалией, женился на ней и весною 1823 года приехал в Одессу, привезя с собой молодую двадцатилетнюю жену и ее мать.

Пушкин увлекся Амалией Ризнич. Она вдохновила поэта на многие лирические произведения.

Одно из первых, написанное им в Одессе, трогающее нежностью чувства, стихотворение «Ночь»:

Мой голос для тебя и ласковый и томный

Тревожит позднее молчанье ночи темной.

Близ ложа моего печальная свеча

Горит; мои стихи, сливаясь и журча,

Текут, ручьи любви, текут, полны тобою.

Во тьме твои глаза блистают предо мною...

Видя Амалию Ризнич окруженною поклонниками, Пушкин обращается к ней с мучительными вопросами:

Простишь ли мне ревнивые мечты,

Моей любви безумное волненье?

Ты мне верна: зачем же любишь ты

Всегда пугать мое воображенье?

Недолго прожила Амалия Ризнич в Одессе. В начале 1824 она заболела после родов, кашляла кровью и уехала с ребенком в Италию. Климат Италии не поправил здоровье Ризнич, и в начале 1825 года она скончалась там от чахотки.

* * *

В пору пребывания Пушкина в Одессе резко изменилась международная политическая обстановка.

Еще незадолго перед тем Пушкин писал из Кишинева В. Л. Давыдову, что восторг умов в дни восстания и провозглашения Грецией свободы дошел до высочайшей степени: везде собирались толпы греков, продававшие за ничто свое имущество, чтобы обменять его на оружие для борьбы с Турцией.

Но скоро усилиями Александра I и объединенных государств «Священного союза» революционное и национально-освободительное движение, охватившее многие страны Западной Европы, было подавлено.

Французская армия заняла мятежный Мадрид, доблестный Риэго был казнен. Австрия подавила итальянские революционные восстания в Неаполе и Пьемонте. Потерпело поражение греческое восстание. В России восторжествовал аракчеевский режим.

И совсем иное письмо написал тогда Пушкин Давыдову из Одессы - письмо, резко осуждавшее поведение греков, «этих новых Леонидов на улицах Одессы и Кишинева», не выдержавших даже первого огня турецких стрелков. Восставших греков, не выдержавших натиска турок, Пушкин иронически называет именем царя Леонида, удержавшего 300 спартанцами, в 480 году до н. э., Фермопильское ущелье от натиска персов.

Пушкин остра переживал эту смену завоеванной свободы тиранией и деспотизмом. Рождалось сомнение, не тщетны ли были и мечты о свободе... Пушкин пишет стихотворение, беря эпиграфом к нему слова из Евангелия - «Изыде сеятель сеяти семена своя»:

Свободы сеятель пустынный,

Я вышел рано, до звезды;

Рукою чистой и безвинной

В порабощенные бразды

Бросал живительное семя -

Но потерял я только время,

Благие мысли и труды...

Паситесь, мирные народы!

Вас не разбудит чести клич.

К чему стадам дары свободы?

Их должно резать или стричь.

Наследство их из рода в роды

Ярмо с гремушками да бич.

* * *

Охваченный мрачными настроениями, Пушкин создает одно из самых сильных своих обличительных стихотворений:

Недвижный страж дремал на царственном пороге,

Владыка севера один в своем чертоге

Безмолвно бодрствовал, и жребии земли

В увенчанной главе стесненные лежали,

Чредою выпадали

И миру тихую неволю в дар несли...

Владыка севера - это русский самодержец Александр I. Ему Пушкин противопоставляет владыку Запада - Наполеона:

Сей всадник, перед кем склонилися цари,

Мятежной вольности наследник и убийца,

Сей хладный кровопийца,

Сей царь, исчезнувший, как сон, как тень зари.

Исчезнувший под мощным напором поднявшегося на борьбу русского народа... Но торжествует не народ-победитель, а глава европейской реакции, самодержец России -

Всё молча ждет удара,

Всё пало - под ярем склонились все главы...