Дилан Трой - Ария: Легенда о динозавре

Вот что напишет в газетном некрологе Дмитрий Шавырин, тогдашний шеф рубрики «Звуковая Дорожка» уже упоминавшегося «Московского Комсомольца»: «Он был честным. Бабушки у церкви святого Николы в Хамовниках никак не могли понять, откуда такое столпотворение лохматых молодых людей в джинсах. Молодому поколению имя Виктора Векштейна почти ни о чем не говорит, а рокеры со стажем между собой любя называли его «дедушкой рок-н-ролла». За пятьдесят лет он успел сделать немало. Дирижировал симфоническим оркестром, а когда на музфронте начали происходить первые потепления, организовал одну из первых в стране поп-групп «Поющие Сердца». В 1985 году музыкантам стало легче дышать, и тогда Виктор Яковлевич решается на шаг безумца — на базе пресловутого ВИА создать первую в стране настоящую профессиональную «металлическую» группу. Помню, как Витя позвонил мне и пригласил в гости, чтобы послушать первые записи «обновленных Сердец» и посоветоваться о новом названии. Так благодаря стараниям и пробивной силе Векштейна родилась «Ария». Витя просил помочь организовать ему пробный концерт в Москве, и тогда 5 февраля 1986 года состоялось памятное выступление «Арии» в ДКМАИ на устном выпуске «Звука вой Дорожки». Дебютная фонограмма мгновенно разошлась по рукам фанов, а «арийцы» во главе с Векштейном стали первы ми героями надвигающейся волны хэви-метал. Грандиозный ус пех и шумные концерты, у истоков которых стояла «ЗД», тем не менее, не могут сейчас сгладить нашу вину перед Векштей ном. Волна популярности «Арии» так быстро захватила го род, что нам даже в период гласности было «нерекомендовано» писать о группе. И подробно о ней мы написали лишь в 1989 го ду. Буквально накануне своей нелепой смерти Виктор Яковле вич дописывал рок-оперу «Фауст», которой теперь, видимо, не доведется увидеть свет, готовился к поездке в Эквадор. Но… не успел. Многого еще не успел…».

Два дня спустя после отпевания Векштейна в церкви Маргарита Пушкина написала стихотворение, прокомментировав его в своей книге «Заживо погребенная в роке» следующим образом: «Еще неизвестно, от чего спокойнее умирать — от угарно го газа в собственном «мерседесе» и с любимой женщиной или в грязной районной больнице, где пьяные дежурные медсестры сидят на коленях у пьяных пациентов-милиционеров».

ЛУЧШЕ НЕ СПАТЬ(памяти В.Векштейна)Эй! Лучше не спать. Это время для сонь…угарный газ —Запрещенный вираж в гараже,Липкий цвет «мерседеса»Так «Аида» становится воплем московских ворон —коньячный джаз…Бомбой взорвется коробка драже —ночь двоих сплющит прессом.Лучше не спать!Блеск седин — на виски,Бес в ребро — топором…— и бог не спас!Но — поп пока отпевает других,но — жена варит кофе,Тащит смерть по асфальтубелья грязный ком— И любовь ржет пока за пару гнедых,серебрит пальцы Нопфлер.Лучше не спать!Завтра — ящик и крест.Рот без губ — просто щель…— за упокой!За нашедших приют в гараже,За мотор «мерседеса»,За незыблемый в мире подлунном порядок вещей…Тел, не узнавших кнута и вожжей,Душ без меры и веса, ноНо лучше не спать…

Многие люди, хорошо знавшие Виктора Яковлевича и с которыми довелось встречаться при работе над данной книгой, не сговариваясь, повторяли одно и то же: «Если бы сейчас был жив Векштейн… Многое в шоу-бизнесе повернулось бы совершенно иначе». Пожалуй. Не стану спорить с ними, отстаивая точку зрения Льва Толстого по поводу роли отдельной личности в истории. Думаю, стоит лишь констатировать следующую мысль. Какие бы коммерческие дела ни проворачивал Век-штейн, он в итоге всегда оставался человеком, глубоко преданным музыке…

Но жизнь продолжалась. Свой следующий, четвертый, альбом «Игра С Огнем» «арийцы» записывали уже в студии Московского Дворца молодежи (МДМ). Группу приняли в свои объятья старые знакомые — Юрий Фишкин и Александр Ситковец-кий (гитарист и основной композитор восхитительной арт-роко-вой команды «Автограф»), которые предоставили «Арии» репетиционную базу. Бывалый «аппаратчик» Фишкин, знакомый с Дубининым и Холстининым еще со времен группы «Волшебные Сумерки», решил стать их менеджером…

Когда дело дошло до записи нового альбома, осмотрительные Холстинин и Дубинин решили подстраховаться и в тайне от Ма-някина начали параллельные репетиции и с Максимом Удаловым — так, на всякий случай. Однако Кипелов проявил в данной ситуации редкую для него принципиальность: или я, или Уда-лов; поэтому эксперименты с барабанщиками пришлось свернуть. «Меня к тому времени так уже достали все эти «подводные течения» — что с Большаковым, что с Векштейном, — позже объяснял Валерий. — Я исходил из того, что лучшее — враг хорошего». Да и, как выяснилось, все опасения «арийского» генералитета были напрасными — Александр Манякин со своей задачей справился неплохо.

Новый альбом, записанный за 25 дней при участии звукоре жиссеров Ивана Евдокимова и Сергея Рылеева, вышел весной 1989 года. Спустя почти десять лет после выхода «Игры С Огнем» Евдокимов, продолжающий работать в студии МДМ, вспоминает: «Тогда с ними было здорово. Они были совсем не уста лые и не старые пердуны какие-нибудь. Играли, конечно, поху же, чем сейчас, но зато какой задор был! Хотя лично для меня это был очень тяжелый звук…».

Музыка группы становится более агрессивной и динамичной, что лишний раз подтверждает стремление музыкантов к скоро сти, энергии и гармонии. Альбом получился более цельным, чем предыдущий, возможно это объясняется тем фактом, что все композиции, в отличие от всех других альбомов «Арии», были написаны одним и тем же авторским коллективом в лице Вита лия Дубинина и Владимира Холстинина, а тексты — Маргарите si Пушкиной. Никакой творческой дискриминации не были и в помине, скорее всего в тот момент Кипелову и Маврину про сто нечего было предложить.

Девятиминутный заглавный триллер альбома — «Игра С Or нем» — представляет собой диалог между скрипачом Никколо Паганини и Дьяволом, из которого становится ясно, что и судь бой человека, и его музыкой распоряжается все-таки Дьявол. «Арийцы» решили повторить и тем самым подтвердить в своем творчестве старинную легенду о связи скрипичного гения с Кня зем Тьмы (которую в свое время упорно распространяла католи ческая церковь). Известно, что несчастного Паганини послг смерти, в гробу, долго таскали по итальянской земле, а церковники, мечтавшие приватизировать его весьма значительное состояние, не разрешали предать земле останки гения… Чтобы прояснить свою позицию в столь щекотливом вопросе взаимо действия темных и светлых сил, группа решила напечатать на пластинке некое «вступительное слово к альбому». К несчастью, редактору, ответственному за выпуск на фирме «Мелодия», ти шайшей женщине, воспитанной в добрых традициях тотального атеизма, эта затея не понравилась, и на обложке вместо «Слова» осталось пустое место, на котором правда оказалось очень удоб но ставить автографы. Ну а нам, в свою очередь, ничто не мешает показать во всей красе эту «сатанинскую» затею. Итак, как и полагается, вначале было Слово.