Владимир Ермолаев - Слово о полку Бурановом… Рассказы очевидца

Постепенно заливались нижние офицерские квартиры, весь подъезд. Пока наконец самый сообразительный из нас не втыкался в чем же, собственно, дело и не шел устранять катастрофу методом закрытия крана…

По этой причине казахам стали давать квартиры ТОЛЬКО на первом этаже…

Вода — это ладно… Это чепуха… В конце концов — вода — это жизнь… И все в этом роде…

Казахи не умели ходить в сортир!

Такая штука, как унитаз в истории и культуре этого народа как-то не практиковалась. Так исторически сложилось. Ну а что? Вокруг — бескрайняя степь… Где стоишь, там и делаешь… И по-большому и по-малому… А что? И все нормально. Рефлекс этот выработан веками и поколениями. Это не вина или необразованность , это — их образ жизни. Нормальный. Штатный…

Для них — сходить на унитаз, это как для нас с вами — наоборот — сходить по-большому прямо на Ярославском вокзале или посреди Шереметьева ! Непривычно, не правда ли? Не буду я это делать! Это нарушение всех моих норм морали, воспитания… Даже если и сесть в таком открытом людном месте, то организм не сработает, потому что это — рефлексная инстинктивная часть функционирования организма…

Казахи ходили по нужде по всей территории своей квартиры, и по подъезду… Каждый день… Каждый… 8 детей и столько же стариков…

Понятное дело, что со временем такое соседство порядком надоедало. И мы стали устраивать всякие провокации с целью выжить неудобное семейство из нашего дома. Ага… Сейчас… . Количество и качество взрыво-дымовых устройств, заброшенных в их форточку, привело нас к выводу, что нам пора ехать в Семипалатинск за «взрыво-дымовыми» устройствами тамошнего уровня. Хотя и такие устройства теперь вряд ли вытурят казахов из нашего дома…

Город не переставал удивляться, наблюдая самодвижущийся огрохеренный мешок, из под которого были еле видны две кривые ноги в хромовых сапогах с калошами. Это старая казашка сходила в магазин за хлебом. На семью. На ужин…

По 8-12 детей в казахских семьях быстро росли. Но никаких позитивных подвижек у них не наблюдалось. Ни дружить с русскими, ни чего-то полезного ХОТЕТЬ, ни что-либо полезного делать они не могли… А тем более — работать. Такой был жуз. То есть ассимиляции не произошло, слияния как у разнонациональных детей в Артеках — НЕ БЫЛО. Хотя среди нас — детей офицеров — кроме русских и хохлов были армяне, грузины, татары, узбеки — ну весь набор народов, цветов кожи, культур. И проблем не было! Было весело, уютно. Был позитив.

Подраставшие «городские» казахи быстро учились воровать и пить «огненную воду». Комментарии нужны ?…

Физиологическое размножение казахов «нашего» жуза (судя по всему — делением) заслуживает отдельных восхищений. Короче говоря — диаспора росла не то что геометрически — тангенциально… В городе начались грандиозные битвы подростков с молодыми казахами. Обычным было слово «война»… Госпиталь периодически удивлялся наполнению травматологического и хирургического отделений молодежью и детьми, комендатура постоянно расширяла свои штаты и количество патрулей. Проблема росла. А замполиты при этом занимались совсем другими, очевидно , БОЛЕЕ ВАЖНЫМИ делами… Ну, Ленина покрасить…

А нашим родителям в те сверхнапряженные дни первых пусков, после недельных испытаний, круговерти по нарядам, МИКам и стартам — очень хотелось отдохнуть дома по-нормальному, по-нашему…

О шовинизме здорово рассуждать на подмосковной шикарной даче. О национализме хорошо рассуждать, лежа на русской травке в березовой рощице на бережке какой-нибудь Яузы… А еще лучше — в «ссылке в Швейцарии[3]»…

СМЕРТЬ ГОРОДА «ЗВЕЗДОГРАДА» (ЛЕНИНСКА) НАСТУПИЛА В МОМЕНТ ПОЯВЛЕНИЯ ПЕРВОГО КАЗАХА НА ТЕРРИТОРИИ ГОРОДА… Смерть была долгой и мучительной. В 1993-1995 годах город пал окончательно…

Модель троянского коня в виде помойного самосвала сработала как нельзя лучше…

С разрастанием космических программ стало ясно, что первичная модель города на 2-3 тысячи офицеров уже устарела и город широким размахом стал непрерывно разрастаться. Рубеж населенности города в 50 тысяч был пройден легко и непринужденно в 70-х годах. К тому времени уже были запущены около 10 школ, техникум и филиал МАИ, грандиозный Дворец пионеров, парк аттракционов, здоровенная под 300 метров телевышка, серьезный бассейн с 50-метровыми дорожками и 10-метровой вышкой, своя мощная ТЭЦ и прочие признаки цивилизации, соответствующие крупному городу областного уровня.

Три мазанки «жд ст. Тюра-Там» выросли не в поселок, а в здоровенное селение, со своими улицами, улочками, восточным базаром и прочей мафией. Тут жили родственники «городских» казахов, со временем всеми правдами и неправдами переселяющиеся в город с целью «воссоединения семьи». А на их место приезжали со всего Казахстана новые, уже родственники родственников со своими 8-ю детьми на одного взрослого, со своими лошадьми-верблюдами, коврами и мухами.

Весь город был прорезан железобетонными арыками, во всех дворах, на пустырях, везде и всюду были проложены трубы и из них текла поливочная вода. Вода! Эту воду мы пили ведерными количествами не то, что из крана — из луж! Хорошая была вода…

А ведь Сыр-Дарья была не то что мутной, она была просто напрочь грязной рекой… Если взять в ладони воду — то ладоней не видно… Водяной батальон, который очищал и подавал воду в город, старался на славу.

Где-то в 70-71 году мы, пацаны, как-то по привычке пошли на Сыр-Дарью смотреть на водовороты. И… увидели дно реки! Увидели рыбу, несметные косяки, водоросли, какие-то бульдозеры и самосвалы на дне реки, арматуру, бетонные блоки…

Вода в реке была ПРОЗРАЧНОЙ ! Потрясенные мы стояли час-два и тупо смотрели на эту красоту…

Только вечером после службы был пойман Валеркин отец, служивший в водяном батальоне, который нам все и рассказал. Оказывается, наша река начинается в горах, вода там — чистейшая почти дистиллированная. Доходит она почти в таком виде до Чимкента. А там — необъятные рисовые чеки, то есть такие поля-плантации. Вода на них должна стоять определенное время, затем сбрасываться обратно в реку и по новой. Процесс непрерывный, чеков — уйма. И вот в результате до нас доходит дерьмо гепатитно-дизентерийного вида… А в нынешнем месяце на чеках какая-то проблема с подводящими и отводящими каналами, а потому — вода в реке идет минуя эти самые чеки. Любуйтесь, пацаны, рекой, это не надолго…

Жены офицеров Байкодрома — это отдельная национальность. Или диагноз.