Александр Феклисов - За океаном и на острове. Записки разведчика

Далее, напомнив наш разговор в советском посольстве о выпуске произведений Шоу в СССР, я сказал, что советское издательство готово перевести ему в качестве первоначального гонорара двадцать тысяч фунтов стерлингов. При этих словах писатель, сидевший с полузакрытыми глазами, повернул голову и стал пристально рассматривать меня. Выражение его лица быстро менялось: то оно было серьезным, то лукавым, то загадочно улыбчивым. Видно было, что Шоу собирается сказать что-то неожиданное и парадоксальное.

Между тем Левин передал мне карточку, на которой было напечатано «Мидлбанк» и указан номер счета.

— Переведите гонорар на этот счет, — сказал секретарь.

Я пообещал это сделать и положил карточку в бумажник.

— А ведь большая часть советского гонорара попадет в руки моих врагов — министра финансов Стаффорда Криппса и министра иностранных дел Эрнста Бевина. Я не хочу этого. — неожиданно резко бросил Шоу и опять остановил взгляд на своих руках, неподвижно лежавших на столе.

Левин стал объяснять мне, что Шоу в текущем году получил значительную сумму гонорара за издание своих книг и постановку пьес в различных странах, поэтому с советского перевода английское правительство возьмет большую часть в качестве подоходного налога. Секретарь тут же попросил меня вместо денег прислать акции на двадцать тысяч фунтов стерлингов — они подоходным налогом не облагаются.

Пришлось объяснять Левину, что в Советском Союзе нет частных предприятий, что все предприятия, фабрики заводы национализированы, являются собственностью народа и поэтому у нас нет и акций. Поразмыслив немного, секретарь сделал новое предложение: тогда можно передать драгоценные камни на сумму гонорара. Я ответил, что не могу сразу решить этот вопрос, так как посол обязан сообщить в Москву, а каков будет ответ, я доведу до сведения писателя.

В течение моего разговора с секретарем о возможных вариантах передачи гонорара Шоу, облокотившись на стол и поддерживая склоненную голову ладонями рук, безмолвно слушал нашу беседу. Как только мы ее закончили, он резко поднял голову, открыл глаза и решительно заявил:

— Это не пойдет. С драгоценными камнями дело противозаконное. Мои злейшие враги Криппс и Бевин посадят меня за решетку, ведь они считают меня самым главным большевиком в Англии. Я не хочу провести свои последние годы за решеткой и умереть в тюрьме.

Несколько успокоившись, писатель снова повторил, что он не хочет, чтобы большая часть советских денег попала в казну Криппса. Повернув ко мне голову, он продолжил:

— Пусть мой гонорар пойдет на благо советского народа. Своим геройством в борьбе против врага человечества — гитлеровской Германии — советские люди заслужили величайшее уважение всех честных мужчин и женщин на земле и мое тоже. Мы все обязаны Советскому Союзу, что сейчас мир. Передайте советскому правительству, что я отказываюсь от гонорара.

В комнате стало тихо. Все молчали. Мне показалось, что Шоу задремал, опершись подбородком о ладони.

Первым нарушил молчание я, тихо сказав секретарю, что у меня больше никаких вопросов нет и что если советское посольство может чем-либо быть полезным писателю, прошу об этом дать знать нам.

Мы неслышно вышли во двор, чтобы не нарушить покой писателя. Секретарь открыл ворота, и в это время на крыльце появился Шоу. Он улыбнулся и приветливо помахал рукой. Я подошел к нему, поблагодарил за беседу и попрощался.

О двух коротких встречах с великим английским писателем я счел необходимым рассказать, чтобы напомнить: Бернард Шоу до последних дней своей долгой жизни с уважением и любовью относился к Советскому Союзу и его народу.

ОПЕРАЦИИ НА «ТУМАННОМ АЛЬБИОНЕ»

Во время моей второй командировки за границу в 1947—1949 годах Соединенные Штаты и их партнер Англия навязали Советскому Союзу противоборство не только в военной, политической и экономической областях, но и в сфере разведки.

Созданная в США централизованная система разведки подчинялась непосредственно президенту и, имея в своем распоряжении практически неограниченные финансовые и материальные средства, развернула подрывную деятельность против СССР и дружественных ему стран в глобальных масштабах. Для этого использовались тотальные средства: шпионаж, террор, саботаж, диверсии, психологическая война, организация полувоенных акций с целью свержения неугодных режимов и так далее. Разведка Вашингтона, пользуясь экономическими трудностями многих капиталистических и развивающихся стран, заставляла их службы безопасности в обмен за материальную и техническую помощь вести по ее указке шпионаж и другие подрывные акции против Советского Союза и дружественных ему государств.

ЦРУ и ФБР установили тесное сотрудничество прежде всего с английской разведкой и контрразведкой — службами МИ-б и МИ-5. В Лондоне дислоцировались крупные представительства спецслужб Вашингтона, сотрудники которых имели постоянный контакт с английскими коллегами. ЦРУ было очень заинтересовано в сотрудничестве с МИ-6, известной также как «Сикрет интеллидженс сервис» (СИС), — одной из самых старых и опытных разведслужб в мире. ЦРУ и ФБР оказывали британским органам шпионажа и контршпионажа помощь денежными и техническими средствами, а англичане взамен передавали американцам добываемую СИС разведывательную информацию, особенно ту, которая касалась СССР и его союзников.

Созданная централизованная разведка США, по сути дела, открыто объявила СССР главным объектом своей деятельности, которая проводилась в глобальных масштабах и тотальными средствами.

Ну а советская разведка? Как профессионал, много лет руководивший ее американским направлением, могу откровенно признаться, что мы тоже рассматривали Соединенные Штаты как главный объект своей деятельности, а централизованную разведку Вашингтона — противником номер один. С той только разницей, что наша секретная служба в те годы, увы, значительно уступала американской — и по численности персонала, и особенно по финансовым и материально-техническим возможностям. Это, впрочем, легко понять каждому здравомыслящему человеку: СССР — разоренная войной страна, хотя и была великой по территории, числу жителей и природным ресурсам, — не мог в полной мере состязаться с промышленной державой, сказочно разбогатевшей ходе мирового вооруженного конфликта.

Советская разведка испытывала острую потребность в опытных кадрах. Во-первых, они нужны были для назначения на должности руководителей вновь создаваемых отделов, с тем чтобы профессионально, грамотно организовать работу на главных направлениях. Во-вторых, знающие люди требовались, чтобы возглавить резидентуры в различных странах. В-третьих, квалифицированных специалистов не хватало для работы в США и западноевропейских странах, где уже располагались многочисленные учреждения и военные объекты НАТО.