Джастин Льюис - Бенедикт Камбербэтч. Биография

Все, в общем, согласились, что сравнивать «Конец парада» и «Аббатство Даунтон» бессмысленно, и шумиха утихла, но вскоре, всего через несколько недель снова вернулась. В интервью журналу Reader’s Digest Камбербэтч сказал, что второй сезон «Аббатства Даунтон» хуже первого и «слишком много внимания уделяет сантиментам». Актер назвал его, если верить цитате в журнале, «ужасным, на хрен».

Естественно, репортеры отделов шоу-бизнеса в газетах – и таблоидных, и более серьезных – тут же сели на телефоны и попытались связаться с кем-нибудь из творческого коллектива «Аббатства Даунтон». Под горячую руку попался создатель сериала Джулиан Феллоуз, отлично знавший значение фразы «хороший тираж»:

– Я знаю Бена с детства и очень хорошо к нему отношусь. Я совершенно уверен, что его слова вырвали из контекста, и они не отображают его реального отношения к сериалу. Это все вызвано ростом интереса к телевизионным драмам, так что для нас это хорошие новости.

Камбербэтч подтвердил, что его слова были просто шуткой «для своих».

– Все, кто знают меня, в том числе мои друзья Джулиан Феллоуз и Хью Бонневиль, просто посмеялись, прочитав это.

Камбербэтч продолжил: по его мнению, второй сезон «Аббатства Даунтон» вышел действительно послабее первого.

– Но Джулиан проделал отличную работу – это хороший телевизионный материал для воскресного вечера.

В другом интервью актер чуть ли не застонал, когда его спросили, зачем он ругает сериал.

– У меня там играют семья и друзья. Даже мой отец сыграл в рождественской серии, черт возьми.

Другие цитаты Камбербэтча тоже просочились в масс-медиа. Примерно в это же время он сказал в интервью Radio Times, что ему уже надоело, что его «постоянно обзывают богатым нытиком из частной школы».

– Это все так предсказуемо, так по-нашему, так тупо. Я даже задумался, не переехать ли в Америку. Я не получал в наследство ни земли, ни титулов, ни «новых денег», ни нефтяной вышки.

Слово на букву «А», «Америка», стало тревожным звонком: многие подумали, что он готов переехать в Штаты в любой момент, лишь бы избавиться от ролей английских аристократов.

Но Камбербэтч преувеличил, сказав эти слова с определенной насмешливостью. Кроме того, его уже спрашивали об Америке – еще в 2007 году. Страна очаровала его своей роскошью:

– Ко мне относились как к реальной звезде: лимузины, полеты первым классом. Все было похоже на сон.

Но он не собирался переезжать, и актера очень раздражали предположения прессы, что при первой же возможности он переберется в Голливуд.

– Это немного утомляет, но почему-то считается, что с такими заголовками газеты лучше продаются.

Radio Times – периодическое издание, которое поднимает шумиху практически каждый вторник, когда выходит очередное интервью со звездой. Оно находит какое-нибудь спорное высказывание, пусть даже шуточное, и раздувает его до больших масштабов. Так случилось и с интервью Камбербэтча. Это в лучшем случае была буря в стакане воды, но в середине лета новостей почти не было, так что с этой «бури» началось очередное бурное обсуждение вечной для Великобритании темы – классовой системы.

Пресса отреагировала быстро, хотя больше не возмущенно, а с насмешливым недоумением. Вив Гроскоп (поклонница Камбербэтча) написала в Independent, что его протесты довольно смешны хотя бы потому, что «Бенедикт Тимоти Карлтон Камбербэтч – имя просто исключительной смехотворности. Настолько дурацкое, что ни один писатель бы его не выдумал. Америка не заслуживает жителя с таким именем!» Другие заметили, что стоимость ежегодного обучения в Хэрроу (30 000 фунтов в 2012 году) лишь немного ниже среднегодового заработка британских мужчин, а больше половины британских олимпийских медалистов учились в частных школах.

Обычно сердечный, вежливый и веселый в интервью, Бенедикт Камбербэтч очень злился из-за покушений прессы на его личную жизнь. Актер с удовольствием рекламирует и обсуждает свою работу, но находит непрошеные вторжения в личную жизнь совершенно необязательными и неприятными. В интервью американскому National Public Radio в 2012 году он рассказал о своем недовольстве британской прессой:

– Мы живем в эпоху постоянного поиска себя; началось расследование Левисона, и Руперта Мердока наконец-то привлекли к ответственности за жульнические, жалкие, отвратительные нравы, процветающие в нашей прессе.

Трудности Камбербэтча с посягательствами прессы на его собственную жизнь были относительно малыми, но, тем не менее, знаменитые актеры обычно не говорят о таблоидах так резко. Эти слова лишь подчеркнули двоякое отношение звезды и к национальной, и к международной славе.

Глава 14

Виктор и существо

В конце 2010 года Бенедикт Камбербэтч готовился к своей самой выдающейся на тот момент театральной роли. В ноябре он вместе с такими титанами актерского мастерства, как сэр Бен Кингсли, Сэмюэл Уэст, Ромола Гарай, Том Хиддлстон и Джемма Артертон, принял участие в специальном благотворительном шоу в театре «Олд-Вик» в Южном Лондоне. «Монологи детей» – это пьеса, состоящая из дюжины монологов, скомпилированных командой драматургов из свидетельств 250 детей из Южной Африки. Исходный материал собрала благотворительная организация Dramatic Need, которая попросила детей описать какой-нибудь день из их жизни, принесший им или радость, или горе. Полученные ответы были трагичными и пугающими – в их числе рассказы о болезнях, жестокости и сексуальном насилии.

Режиссер Дэнни Бойл, организовавший выступление в «Олд Вик», сказал, что многие истории больше всего похожи на сильный удар под дых.

– Они совершенно прямолинейные, как и у любых детей. Они не могут отделить или отфильтровать травматичные вещи от всего остального, так что просто рассказывают.

Камбербэтч гордился этим выступлением.

– Одна из привилегий, которую получаешь, снявшись в чем-нибудь знаменитом вроде «Шерлока», – возможность что-то изменить, привлечь внимание или даже деньги к хорошему делу. Это просто прекрасно.

Благотворительный вечер прошел, когда они с Бойлом готовили амбициозный проект для находящегося неподалеку Национального театра, премьера которого была намечена на начало 2011 года. Камбербэтч играл одну из главных ролей в радикальной реинтерпретации «Франкенштейна» Мэри Шелли. Необычным стало то, что он и Джонни Ли Миллер играли ученого Виктора Франкенштейна и созданное им Существо, после каждого спектакля меняясь ролями.

– Через день им заново приходится вживаться в себя, – говорил Дэнни Бойл. – Они – зеркала друг друга. Это сделает пьесу интересной и для актеров – они не смогут успокоиться, им придется постоянно вести спарринг.