Сьюзен Хансен - Моя скандальная няня

— Да, хорошо иметь прислугу, чтобы можно было упрекать ее по мельчайшему поводу, что бы ни случилось, — размышляла я.

Мэнди и я уже много раз обсуждали эту привычку, присущую обоим нашим респектабельным семействам, — обвинять прислугу, особенно когда что-то терялось. Такие мини-драмы приключались практически каждый божий день.

— Ты, наверное, слыхала, что миссис Овитц бранилась вчера из-за детского автомобильного сиденья, — сказала я. — Никто не мог найти его, и она пришла в настоящее бешенство. Глория, Роза и я терпеливо пытались расспросить ее, уверена ли она, что не забыла его в одном из других автомобилей, а она только огрызалась: «Конечно, уверена! Я думаю, садовники забрали его. Эти люди вечно что-то у меня воруют!» Как будто садовникам нужно детское автомобильное сиденье. Естественно, спустя час с четвертью его обнаружили в автомобиле Кармен. Представь себе, в этом, его и назвать-то так можно с трудом, автомобиле. Она брала Аманду с собой в магазин.

— О, не говори мне об этом, — возразила Мэнди. — Грасиэла и я однажды целый час искали одно из платьев Элли. Миссис Голдберг была уверена, что его унесли строительные рабочие, заменявшие окна. «Представьте себе — украсть у ребенка!», — сказала она нам. Как будто этим парням понадобилось стырить маленькое розовое платьице. Как выяснилось, оно лежало в сумке с пеленками в автомобиле.

Мы разразились приступом смеха, какой бывает, когда выпускаешь копившееся неделями напряжение. Мы смеялись даже после занятий в «Джимбори», ведя за собой своих подопечных. Миссия выполнена: дети утомились, няньки прошли терапию.

Однажды днем я случайно услышала, как Джуди произносит мое имя по телефону. Я напрягла слух, насколько могла.

— О да, вам определенно необходима няня, — говорила она, любезно соглашаясь. — Моя — просто спасительница. Я не знаю, что бы я без нее делала. Она — моя правая рука.

Ее правая рука??? Моя правая рука чуть не отвалилась.

— Она делает гораздо больше, чем просто заботится о детях. Однажды она, зная, что мне нужно заказать ленч в «Айви», в то время как я была очень занята, сделала это вместо меня.

Это были самые добрые слова, которые она когда-либо говорила обо мне. Наши, похожие на аттракцион «железная дорога с трамплинами и горками», отношения достигли наивысшего уровня. Если бы я только могла заморозить их в ту же секунду на этом месте. Позже в тот же вечер Джуди сообщила мне, что она разговаривала с Салли Филд. И спросила, не знаю ли я еще одну няню, которую могла бы порекомендовать, — Салли лежала «на сохранении» и должна была через пару месяцев рожать.

Ни одна из моих одноклассниц по Институту нянь не казалась мне достаточно подходящей. А как насчет Тэмми Манро? Она была классом младше меня в школе, и я всегда восхищалась ею. Я знала, что она могла бы быть превосходной няней. По правде говоря, я считала, что Тэмми была совершенна во всем — блондинка, красавица, милая, умная, добрая, любила животных и каждое воскресенье ходила в церковь. Единственное, чего ей не хватало, — хорошей работы. Она по-прежнему жила в Коттедж-Грув и работала в морозильном цехе по производству йогуртов вместе с моей младшей сестрой Трейси.

С позволения Джуди я позвонила Салли (обращаясь к ней «мисс Филд», конечно же, просто на тот случай, если она любила церемонии, как, например, миссис Голдберг) и рассказала ей все про Тэмми. Ее непринужденная манера разговаривать сделала беседу простой, и голос у нее был добрым и ласковым. Дрожа от возбуждения, я позвонила Тэмми и настояла на том, чтобы она немедленно прилетела и прошла собеседование. Менее чем через неделю она прилетела в Лос-Анджелес для личной встречи с Салли, после длительной телефонной беседы с ней.

— Скорее расскажи мне, как все прошло? — требовала я, после того как она вернулась из дома Салли. Тэмми остановилась у нас, пока шел предварительный период. Я ждала ее со скрещенными пальцами в надежде на то, что звезды расположатся таким образом, чтобы у меня здесь появилась еще одна подруга.

— Ладно. Знаешь, я очень нервничала, когда уезжала из дома, — сказала Тэмми, заваливаясь на персикового цвета покрывало, — и ко времени прибытия сюда мне было так плохо, что я думала, меня стошнит. Но я помнила, что должна буду встретиться с тобой, это придало мне сил.

Я усмехнулась:

— Ты была слишком неопытной, чтобы пойти на попятный!

— Я позвонила у ворот, и вышел какой-то невероятно великолепный мужчина. Сьюзи, я думала, лишусь чувств, настолько он был красив.

— Кто-то знаменитый? — улыбнулась я понимающе. Ей еще предстоит привыкнуть к параду знаменитостей.

— Это был муж Салли, Алан, сама любезность. И Салли тоже. Но у меня было такое чувство, что они думают, будто я не очень-то толковая, — сказала Тэмми. — Алан спросил меня: «С нашим образом жизни нам нужен такой человек, который с нами поладит. Что ты думаешь по этому поводу?» Я ответила, что чувствую себя с ними нормально. Я достаточно спокойная. Однако спросила, как себя чувствуют они, комфортно ли им со мной. И тогда Алан согнулся пополам от смеха.

— Тэмми, ты «девушка из Мэйберри, США». Почему им было бы некомфортно с тобой?

— Я знаю! — съежилась Тэмми. — Идиотский вопрос. Алан сказал, он уверен, что я отлично подхожу.

Мы вдвоем провели большую часть уик-энда, отсиживаясь в моей комнате, смотря телевизор, читая журналы и взволнованно разговаривая о будущем Тэмми. Я посоветовала ей поступить в институт нянь и учиться там в оставшиеся месяцы, пока Салли не родит, что показалось ей отличной идеей. К концу вечера в наших желудках заурчало. Мы проголодались, но Майкл и Джуди были дома, и мне не хотелось спускаться вниз.

— Я уверена, что такого со мной не будет, если я стану работать у Салли, — сказала беспокойно Тэмми. — Не могу поверить, что ты чувствуешь себя так неловко в доме, где живешь.

Визит Тэмми заставил меня осознать, насколько я привыкла к чувству дискомфорта, испытываемого большую часть времени. Как я могла проигнорировать наставления по поводу контракта, которые мне давали в институте нянь? Я сама себя подставила. Сама виновата. Я привыкла считать себя достаточно смышленой, но должна признать, что была кретинкой, не настояв на точном определении рабочего времени. Мне необходимо было собраться с мужеством и сказать своим хозяевам, что мне надо поговорить с ними. Гораздо проще было бы сделать это в рабочем кабинете моего босса, постучать в дверь и войти. Но здесь — что я могла сделать? Спросить Джуди, не могла ли бы она зайти в мою спальню для приватной беседы? Могу себе представить… Вот, Джуди, присаживайся на мою кровать, чтобы я могла затронуть некоторые проблемы уточнения условий труда. Ох! Запомни эту мысль… Брэндон плачет, а теперь он описал пеленки. Как только я их сменю, мы сможем продолжить анализ моей службы.