Антон Блажко - Единственный чеченец и другие рассказы

Задачей блокпостов являлась проверка транспорта и следующих на нем лиц с целью выявления запрещенных предметов, улик, боевиков и преступников, еще не находящихся в розыске и тем паче в него объявленных, краденных машин и добра. Действенных методик выполнения отечественная военно-полицейская система так и не выработала, оставаясь на уровне копания в поклаже и пристального чтения паспортов. Впрочем, что еще выдумать; позже я видел кадры действий потенциальных союзников в захваченной арабской стране: зачистка кварталов с вытаскиванием подозреваемых на улицу под стволами, узнаваемый блок на дороге... Повеяло чем-то знакомым, почти своим. Известную сдерживающую роль сеть постов и полупассивное силовое присутствие играли, но явно не соизмеримую с их размерами, затрачиваемыми средствами и энергией людей. Реальность же исполнения обязанностей выглядела более чем убого.

На ветхом пункте регистрации граждан и транспорта, огневой точке из прохудившихся мешков с песком и шифериной сверху, лежали в грязных папках всяческие ориентировки, списки преступников и угнанных телег. База данных пещерной эпохи, так сказать. Первое время мы честно пытались заглядывать в них при изучении документов и госзнаков машин, и даже поймали одну преступную "копейку". Уложенный ретивым постовым на капот дядька с тоской тянул:

-- Ви новие, да? Это моя машина, у мине ее угнали, потом вернули за денги. А тепер все врем ловят, надоело уже! Прежний ребят меня все знал, не трогал...

Было ясно, что он скорее всего не врет. В местный отдел его все-таки сдали показателей ради, но внушительно советовали:

-- Так сними с учета колымагу, всем проще будет!

-- Э, ходил уже, говорат - плати давай...

Просмотрев для порядку лист вождей незаконных вооруженных формирований, гордо возглавляемый изгнанным президентом, я обнаружил еще числящимся известного пахана, с шумом и помпой ликвидированного полгода назад. Отдыхая по соседству, дурила с чего-то начал шмалять из пукалки при внезапной зачистке и был смертельно ранен; добазарься он, как обычно, и по сей день ездил бы через наш же пост с удостоверением какого-нибудь начальника РОВД. Закрыв папку, я оставил ее под рукой и солидно раскрывал, когда требовалось обозначить работу.

Что до обыска транспорта, то ничего мы не находили и не пытались найти, быстро убедившись в невозможности требуемых доскональных шмонов. При возне с машиной больше трех минут возникал затор, опасный всем при любви войск к беспрепятственному проезду, задние начинали сигналить, бежали просители и крикуны, ситуация накалялась за миг. В километровой очереди кто-то начинал выруливать и разворачиваться, задевая других, возникали свары до драк среди уже соплеменников, перераставшие в стихийные митинги протеста. Изредка подобные шоу устраивались в моменты озверения начальства, получившего наверху втык. Его гнев приходилось, как бурю, пережидать. Бог с ними нервами и суетой, все равно к вечеру на дороге все шатались без водки. Главная постовая сложность заключалась в другом. Она для краткости обозначалось местной милицией, то бишь любыми кадрами с пушкой и ксивой.

Разных крутых амбалов ездило через нас необыкновенно много, даже зампредседателя какого-то упорно существующего на бумаге совхоза гордо рулил без пиджака, обнажая сбрую плечевой кобуры. Соблюдать порядок движения и тормозить для показа документов не приходило им в голову, являясь чем-то противоестественным. Всяческие фантастические помощники депутатов, младшие юристы, инспекторы чего-то, начальники отделов учреждений, о существовании которых в системе власти никто даже не подозревал, сотрудники службы охраны правительства и лично главы республики (занявшего пост несмотря на активный плебейский антифедерализм в прошлом или благодаря ему) одевались исключительно в камуфляж и проносились мимо, небрежно вскидывая руку в полуприветствии, чаще просто дав сигнал, мигнув фарами и неизменно скалясь. При перестрелке их 7,62-миллиметровые АК прошили бы меня вместе с жилетом, для облегчения лишенным пластин, а наши пульки 5,45 ушли бы в сторону, коснувшись струи выхлопных газов. Правда, враг труднее разживался патронами, которые мы скупали цинками у солдат, меняли на спирт и даже пайковой "Беломор" с килькой. Таким образом известный смысл в разнокалиберном вооружении сил имелся, а простым стволом тут давно уже было некого пугать.

Воротясь ценой новых жертв на истерзанный клок земли, держава начала утверждаться здесь введением странного двоевластия. Даже в нашей банде, именуемой сводный отряд, не один я понимал, что любым колонизаторам, завоевателям, империалистам без местного управления на подчиненных территориях не обойтись, однако полная мешанина и несогласованность ставили в тупик всякого, кто пытался хоть что-то понять. Так, самый захудалый аул имел свой муниципалитет в лице какого-нибудь уважаемого человека с печатью, исправлявшего должность при всех режимах и принимавшего посетителей на дому без отрыва от хозяйства. Сей наркомат числился в составе вышестоящего административного органа, глава коего без санкции коменданта района не смел чихнуть. По доброй отечественной традиции, опирающейся на мировой опыт, добытыми с бою землями по первости военные же и управляют. Милиции и прочих служб для охраны порядка в освобожденных уделах нагнали со всей страны, повелев одновременно набрать местных - какие иначе демократия, суверенитет и народоправство?

Опор у общественного строя в итоге оказалось две, между собой мало связанных и, как следовало ожидать, перманентно сползавших в противоборство. Нацкадры подчинялись к собственным управлениям министерств по республике, пришлые относились к мобильным отрядам, чему-то вроде штабов соединений, и через них - ханкалинской временной группировке органов и подразделений, ВОГОиП МВД, входившей в состав объединенной группировки войск (сил) по проведению контртеррористической операции на Северном Кавказе. Прямые и нужные любой власти полицейские функции исполняли повсеместно временные отделы внутренних дел, укомплектованные народом из самых дальних мест, от Башкирии до Владивостока. Как исчислялась надлежащая дистанция, осталось загадкой, но из соседних к примеру субъектов федерации вообще никого не слали. Деятельность созданных местных отделов покрывал густой мрак, навевавший мысли об ее практическом отсутствии. Заехавший как-то в свите начальника "временника" опер-земляк, за что-то брошенный сюда из управления розыска добивать срок, прояснить ситуацию не смог:

-- Так, себя сторожат. Информацию иногда сливают.

-- А вы это... взаимодействуете?