Масао Ямабэ - Парашютисты японского флота

Особенно лицемерна политика англо-американцев в отношении колониальных и зависимых народов в настоящее время, когда Англия и другие колониальные страны, чтобы сохранить свое господство в колониях, прибегают к самым изощренным приемам маскировки, а когда это не помогает, обращаются к грубой силе. У всех на памяти разбойничье англо - французско-израильское нападение на Египет в 1956 году, провокации американцев против Сирии, англо-американская интервенция в Иордании и Ливане, продолжающиеся варварские бомбардировки англичанами Омана. США стали международным жандармом реакции, поддерживая все прогнившие реакционные режимы в различных частях света.

Неубедительно звучит заявление автора по вопросу о борьбе за мир. Он пишет: "В настоящее время, когда необходимо бороться за мир, когда мы должны молиться о спокойствии на Тихом океане, по-видимому, имеются люди, которые мечтают снова разжечь пожар войны" (стр. 190).

Здесь Ямабэ не решается откровенно сказать, кто же мечтает "снова разжечь пожар войны" в бассейне Тихого океана. Зачем где-то искать поджигателей войны - они у автора дома. На японской земле расположены десятки военных баз американцев, их солдаты топчут и отбирают у крестьян землю. Это они пытаются разжечь пожар войны, и это хорошо понимают все народы мира. И не молиться надо о спокойствии на Тихом океане, к чему призывает автор, а бороться за мир - и прежде всего в самой Японии.

Однако при всех этих и других недостатках книга представляет несомненный интерес для широкого круга советских военных читателей, и особенно для генералов, адмиралов и офицеров воздушно-десантных войск и военно-морского флота. Несомненно и то, что к ряду высказываний автора нужно отнестись критически, так как, не обладая широким оперативным кругозором и, очевидно, не располагая нужными материалами, он не смог показать полнее военно-политическую обстановку того времени в бассейне Тихого океана и осветить другие вопросы боевого применения воздушных десантов.

И. Лисов

Период исканий

Шел 1940 год. Японо-китайская война была в самом разгаре, и не было видно ее конца. Все более стали обостряться отношения с Америкой: появилось сообщение о денонсации ею японо-американского торгового соглашения, прекратилось действие договора девяти держав[2]. Над просторами Тихого океана, отделяющего США от Японии, сгущались тучи, предвещавшие бурю.

Военно-морские силы Японии, как и вся страна, готовились к этой буре. Соединенный флот, в который входили первоклассные корабли, укомплектованные отборными моряками, усиленно готовился к военным действиям на Тихом океане. А флот в китайских водах, состоявший из устаревших и мелких кораблей, осуществлял блокаду всего побережья Китая.

Напряженное международное положение оказывало влияние и на ход боевой подготовки личного состава учебных заведений флота. Она стала более целеустремленной, приближенной к боевой обстановке. Курсанты были полны решимости успешно завершить курс обучения в военных школах.

Йокосукская артиллерийская школа ВМС в Касугаура[3] должна была готовить квалифицированные кадры артиллеристов для всего японского флота, и прежде всего для кораблей Соединенного флота, находившегося на передовой линии. В тот период, когда господствующим был принцип строить крупные боевые корабли с мощным артиллерийским вооружением, эта школа была гордостью флота, его основным учебным заведением, готовившим артиллеристов. Школа славилась еще и тем, что служила примером воинского воспитания и строгой дисциплины.

Перед выпуском молодым курсантам, а также и стажерам, проходящим в школе практику, преподаватели в частных беседах задавали довольно странный на первый взгляд вопрос:

- Хватит ли у вас мужества прыгнуть с большим зонтом с крыши двухэтажного дома, если этого потребуют интересы японского флота?

Такой вопрос, естественно, вызывал недоумение. Правда, некоторых он сразу же наводил на мысль о парашютных частях, игравших немаловажную роль в боевых действиях наших союзников немцев, уже покрывших себя славой.

Находились патриотически настроенные юноши, которые, как попугаи, твердили:

- Всегда готов сделать это во имя нашей отчизны.

- Если надо, то обязательно возьмите меня...

В Китае не прекращался пожар войны. Большую тревогу у молодых, полных сил и здоровья курсантов школы вызывали и японо-американские отношения.

Эта тревога чувствовалась во всем. Даже в протяжной, торжественной мелодии песни "Хотару но хикари" [4], исполняемой по случаю очередного выпуска окончивших школу, проскальзывали нотки необычной, подчеркнутой строгости. В такой напряженной, полной неизвестности обстановке близился к концу 1940 год.

Йокосукский отряд морской авиации в Оппама, подобно морской артиллерийской школе, был первенцем японской морской авиации. Этот отряд имел на вооружении палубные и базовые штурмовики, бомбардировщики, истребители и другие типы самолетов морской авиации. Именно в этом отряде, где были собраны прославленные воздушные асы, нам посчастливилось в течение нескольких дней знакомиться с мастерством летчиков японской морской авиации.

В казармах отряда обособленно от других жила небольшая группа в 20 человек унтер-офицеров и рядовых, носивших особую эмблему (на фоне самолета-артиллерийское орудие). Личный состав отряда ничего не знал о том, для чего предназначаются эти люди. Они выглядели бодро, вели себя независимо и были очень осторожны в разговорах.

Кто же они? Загадочное поведение этих людей в отряде стало постепенно возбуждать к ним интерес.

Ежегодно в ноябре поступает приказ об очередном перемещении личного состава. Офицеры с саблями и унтер-офицеры с вещевыми мешками отправляются к местам нового назначения. Это, пожалуй, самое волнующее время: впереди что-то новое.

Перемещение по службе вызывало у людей и радость и тревогу. Среди офицеров, особенно холостяков, было широко распространено мнение, что для военнослужащего деньги - зло. Когда человек копит деньги, он начинает дрожать за свою шкуру. Много воинов с туго набитыми кошельками сложили свои головы на полях сражений в Южном Китае. Поэтому военнослужащие, считавшие деньги своим врагом, и особенно любители выпить, пропивали все жалование, полагая, что человеку с пустым карманом легче умирать. Вот почему перемещение для них было как бы спасением. Получив подъемные, можно было расплатиться с долгами в кабачке и купить себе хотя бы одну рубашку. Некоторым приказ о перемещении приносил разочарование. Новым местом их службы иногда оказывался корабль, который стоял на якоре в соседнем порту. В этом случае им не полагалось подъемных; а без них они не могли расплатиться с долгами и вынуждены были вновь где-то брать взаймы.