Антонио Сальери. Интриган? Завистник? Убийца? - Сергей Юрьевич Нечаев

Так вот в чем проблема!

Белинский тоже был не историком, а литературным критиком, но он почему-то уверен, что Сальери был «мало известным лицом», и из него Пушкин «мог сделать, что ему угодно».

Потрясающая логика!

Если человек тебе лично не известен, то с ним можно делать, что угодно!

Наверное, именно так рассуждал и А. С. Пушкин?

Попробуем во всем этом разобраться.

Детство и отрочество Сальери

Сведения о детских годах Антонио Сальери обрывочны и их источником является сам композитор, оставивший небольшие заметки придворному венскому библиотекарю и музыкальному историку Игнацу фон Мозелю[1], который написал на этой основе его первую биографию. Именно на нее опирались потом практически все дальнейшие работы, посвященные Сальери. К сожалению, сами заметки композитора не сохранились, и факт их существования известен сегодня только по случайным цитированиям и субъективным (а как же без этого) обработкам фон Мозеля.

К не меньшему сожалению, сведения эти весьма обрывочны, а все иные источники информации о детских годах Сальери лишь в том или ином виде повторяют данные фон Мозеля, лишь иногда снабжая их малодостоверными комментариями и личными домыслами их авторов.

Совершенно точно известно, что Антонио Сальери родился 18 августа 1750 года. Во всяком случае, в большинстве источников[2] указана именно эта дата.

Некоторые авторы утверждают, что Сальери родился на следующий день, то есть 19 августа, но это не его день рождения, а день, когда его крестили.

В статье «Семь смертных грехов Антонио Сальери» Арсений Волков пишет:

«Восемнадцатого августа 1750 года в Италии родились одновременно два персонажа: один из реальной истории музыки, а другой — из маленькой трагедии Александра Пушкина. По роковому стечению обстоятельств они до сих пор носят одно и то же имя: Антонио Сальери. Для читающей и не читающей публики эти два Сальери так и остаются своего рода «сиамскими близнецами», хотя один из них просто случайно присвоил себе имя другого и под ним самостоятельно разгуливает по галерее мифов, придуманных человечеством».

Не согласиться с подобным определением невозможно. Так вот: реальный Антонио Сальери, которого ни в коем случае не надо путать с персонажем, выдуманным А. С. Пушкиным, родился в многодетной семье состоятельного торговца в итальянском местечке Леньяго (Legnago).

Леньяго — это была территория Венеции, а Венеция в тот момент была Светлейшей Республикой, занимавшей северо-восточную часть нынешней Италии, а также часть побережья Адриатического моря, принадлежащую ныне Словении и Хорватии. Еще точнее, Леньяго — это маленький городок, который и сейчас можно найти примерно в сорока километрах к юго-востоку от Вероны, на берегу Адидже, в том месте, где реку пересекает дорога из Падуи в Мантую.

Род Сальери происходил от некоего Францискуса Сальера (Franciscus Salier). Во всяком случае, это первый человек с похожей фамилией, сведения о котором можно найти в архивном регистре Леньяго.

Отец Антонио, тоже Антонио Сальери (1702–1764), был женат два раза. В первый раз, в 21 год, он женился на Элизабетте Бонаноме (Elisabetta Bonanome), девушке из богатой леньягской семьи, которая была на 4 года младше его. От этого брака родилось пять детей, из которых до совершеннолетия дожила лишь дочь Массимилиана.

6 апреля 1740 года Элизабетта умерла, и ровно через сорок дней после этого Антонио Сальери женился второй раз — на этот раз на семнадцатилетней Анне-Марии Скакки (Anna-Maria Scacchi). Анна-Мария родилась в 1723 году, то есть разница в возрасте с мужем у нее составляла 20 с лишним лет.

От этого брака родилось девять детей, среди которых был и наш Антонио.

Его отец, бывший торговцем, в раннем возрасте поместил сына в коллеж, где в того заложили основы музыки, игры на скрипке и на клавесине.

На самом деле, отец Антонио торговал колбасами и беконом, и это делает почти невероятным тот факт, что его ребенок все-таки стал великим музыкантом. Несмотря на то, что ни одна эпоха так не жила музыкой, как восемнадцатое столетие, в семье Сальери никто не имел не только талантов, но и вообще склонности к ней. Тем не менее, именно отец отправил своего сына Франческо в музыкальную школу, благо что недостатка в учителях, обучавших игре на скрипке, флейте или клавесине, не было. Что же касается Антонио-младшего, то тут произошло что-то совсем уж удивительное: то ли родители каким-то непонятным образом разглядели музыкальный талант ребенка, то ли он сам очень рано проявил способности и интерес к музыке, но, в любом случае, можно с уверенностью сказать, что маленький Антонио получил отличное музыкальное образование. И при этом первые свои уроки музыки он брал именно у родного брата Франческо, родившегося 27 мая 1741 года. А тот стал скрипачом, и игре на скрипке он учился не у кого-нибудь, а у самого Джузеппе Тартини (1692–1770) — знаменитого итальянского скрипача, выработавшего основные приемы ведения смычка, которые были признаны всеми современными ему скрипачами и вошедшие во всеобщее употребление. В 1728 году основал школу, из которой вышло много первоклассных скрипачей. Кроме того, он написал для своего инструмента множество концертов и сонат, в том числе известную «Дьявольскую сонату» (Sonate du diable), про которую он всем говорил, что услышал ее впервые во сне, в исполнении черта.

Но вернемся к маленькому Антонио. Ребенком он был здоровым и румяным, но при этом отличался необыкновенной кротостью, а посему ходил в любимцах всего дома. Его выразительное личико, порой задумчивое, но чаще жизнерадостно улыбающееся, не носило, однако, отпечатка никакой яркой особенности. Обычно о людях судят по глазам, но его темные глаза не давали предугадать в