Владимир Михалкин - Ф. Э. Дзержинский - экономист

Быстрое преодоление «ножниц» цен к лету 1924 и их стабильное состояние в течение 1924–1925 гг. объяснялись как значительным ростом крупного промышленного производства (в 1923–1924 гг. на 34 %), так и недородом хлеба в 1924–1925 гг.

Благодаря политике снижения цен на промышленные изделия к апрелю 1924 г. индекс цен составил 1,13, а индекс сельскохозяйственных цен — 0,88. В апреле 1925 г. «ножницы» перекрещиваются, и раствор их идет в обратную сторону, т. е. цены на сельскохозяйственные продукты по сравнению с довоенным временем становятся выше, чем на продукцию промышленности. Однако это повышение сельскохозяйственных цен было вызвано в значительной степени неурожаем 1924 г., и Ф. Э. Дзержинский поставил задачу «заставить и промышленные и сельскохозяйственные цены идти вниз» (3. Т. 2. С. 219).

Высокий урожай 1925 г. вновь резко понизил уровень сельскохозяйственных цен. К осени 1925 г. выявился товарный голод на ряд промышленных товаров, что способствовало росту розничных цен на промышленные товары. Но неизменно высокий спрос на продукцию сельского хозяйства на внутреннем рынке и вывоз хлеба за границу повысили цены на сельскохозяйственную продукцию, тем самым раствор «ножниц» цен вернулся в прежнее положение.

В предвидении высокого урожая сельскохозяйственные цены с апреля 1926 г. вновь понизились, а на промышленные товары повысились, что вновь раздвинуло «ножницы» и поставило эту проблему в центр внимания.

Ф. Э. Дзержинский вел систематическую борьбу за снижение оптовых цен. Анализируя уроки кризиса 1923 г. и политику снижения цен, он показал, что с 1 октября 1923 г. по 1 октября 1924 г. снижение цен составило до 30 % в среднем: в кожевенной промышленности — 33 %, в текстильной и пищевой— 35, в металлической— 15 % и т. д. Это создало базу для проведения в марте 1924 г. денежной реформы и дальнейшего последовательного снижения цен.

Состояние денежного хозяйства и политика ценообразования в восстановительный период могут быть условно разделены на два периода, гранью между которыми является денежная реформа, проведенная в марте 1924 г.

На первом этапе денежное обращение характеризовалось астрономическими цифрами эмиссии и стремительно падавшим курсом советского денежного знака. Намечается постепенная натурализация обмена, ликвидируются денежно-оплачиваемые услуги государства, уничтожаются денежные налоги и вся кредитная система. Денежный оборот в преобладающей части сохранялся лишь в сфере так называемой вольной торговли деревни с городом и между деревнями.

Уже во второй половине 1918 г. деревня перестала копить бумажные деньги, а потом и вовсе бойкотировала их. Бумажные деньги никто не рисковал долго держать на руках, но так как их нечем было заменить (в частности, золотом), бумажное обращение, хотя и неудовлетворяющее всех, сохранялось. Однако цены до весны 1923 г. устанавливались в совзначной валюте. Эмиссия денег стала в этот период главным источником доходов государства. Но с ростом эмиссии еще быстрее обесценивалась валюта и состояние денежного хозяйства продолжало ухудшаться.

Переход к нэпу означал постепенное оздоровление денежного хозяйства, были восстановлены денежные налоги и кредит, рост хозяйства страны привел к быстрому увеличению товарооборота. Государственная промышленность испытывала острую потребность в калькуляции, основанной на твердой единице измерения, необходимо было твердо знать реальную величину своих расходов и доходов. Поэтому уже в ноябре 1922 г. появляется новая валюта — червонец, ориентирующаяся на связь с золотом и иностранной твердой валютой, обладающая устойчивым курсом в товарном рубле. Весной 1923 г. оптовые цены начинают устанавливаться в червонцах, а в розничной торговле все цены и расчеты ведутся еще в совзнаках, так появилась система двойной валюты. Но так как сферы обращения червонца и совзнаков не были строго регламентированы, то в скором времени червонцы начали вытеснять совзнаки, превратив их в разменную монету при червонной валюте. Началась агония совзнака, и уже 1 января 1924 г. все цены, включая розничные, стали устанавливаться в червонном исчислении.

В условиях падающей валюты планомерное регулирование цен государством в советских знаках не могло производиться. Лишь с начала 1922 г. наблюдались отдельные факты вмешательства государства в ценообразование. Систематическое регулирование цен стало возможным лишь с переходом к твердой валюте. Этот процесс усилился осенью 1923 г. в связи с кризисом, который стал поворотным пунктом в процессе ценообразования. С этого времени вплоть до 1928 г. политика цен сводилась в основном к снижению цен на промышленные изделия и относительному (по отношению к промышленным товарам) повышению цен на сельскохозяйственные товары (25. С. 37).

Ф. Э. Дзержинский требовал бороться за снижение каждой копейки оптовой цены, указывая, что «напрасно полагают, что разница в несколько копеек на пуд в оптовой цене того или иного изделия не может иметь такого огромного значения, как разница в десятках копеек в розничных ценах… Разница в одну-две копейки на пуд угля отражается в государственном бюджете в миллионах рублей» (3. Т. 2. С. 9—10). Снижение отпускных цен государственной промышленностью способствовало росту производства и увеличению заработной платы, которая выросла с 1923 по 1925 г. на 30,8 %. «Политика снижения цен, вызывая все растущий платежеспособный спрос на промышленные изделия, велась с неослабляемой энергией, несмотря на то, что почти по всем изделиям и по всем отраслям промышленности спрос превышал предложение; таким образом, мы совершенно сознательно проводили политику, которая для буржуазных стран могла бы показаться невероятной, не отвечающей незыблемым капиталистическим законам спроса и предложения» (3. Т. 2. С. 191). Эта политика дополнялась борьбой за устойчивость советской валюты в результате проведения денежной реформы 1924 г. и за повышение покупательной способности нового денежного знака — червонца.

В середине февраля 1924 г. новый состав Президиума ВСНХ СССР слушал первую речь своего председателя. В повестке дня был поставлен вопрос о перспективах хозяйственного развития и о промышленной конъюнктуре на текущий год. Однако Ф. Э. Дзержинский главное внимание в речи уделил не этим вопросам, а проблеме розничных цен. На первый взгляд это могло показаться удивительным, но он убедительно показал, что от правильной политики цен зависят успехи развития промышленности, промышленной конъюнктуры, а также решение важных политических и социальных вопросов.

Велика заслуга Ф. Э. Дзержинского в борьбе за снижение розничных цен. Хотя государственная промышленность уже стала на путь снижения цен, возникла реальная опасность, что продукция промышленности не доходит до потребителя. «Если сравнить оптовые цены с теми ценами, которые платит потребитель, то мы видим, что разница здесь колоссальная и притом разница, которая ничем оправдана быть не может, кроме недостаточной способности нашей заняться этим делом», — говорил он. И далее: «…Мы снизили (кризис нам снизил) промышленные цены, но вместе с тем сырье и то, что является одним из основных моментов себестоимости, то, что определяет реальную заработную плату, растет неимоверно без достаточной пользы для крестьянина, оставляя огромную часть в руках посредника или в руках наших разбухших, огромных, ненужных, с точки зрения рабочего класса, аппаратов» (3. Т. 2. С. 8).