Татьяна Таирова-Яковлева - Мазепа

Мазепа к этому времени уже понимал, насколько опасен ему может быть Палей в качестве соперника по булаве, однако пока считал возможным его поддерживать. Он был полезен в борьбе с татарами, к тому же сохранял казацкое влияние на Правобережье, получить которое под свою булаву с помощью московских властей рассчитывал и сам Мазепа. Кроме того, пока Палей был союзником Ивана Степановича, запорожцы отказывались поддерживать Петрика. Больше всего гетману хотелось столкнуть двух «народных героев». Случай не замедлил представиться.

В конце 1692 года Палей сообщил Мазепе о планах татар вновь напасть на Левобережье. И действительно, в январе 40-тысячная орда во главе с Нураддин-султаном вместе с остатками отряда Петрика подошла к Сечи, предлагая запорожцам присоединиться. Кош ответил отказом. Не решаясь штурмовать Сечь, татары обошли ее стороной и подошли к Переволочной.

Мазепа был готов к нападению. 6 февраля к нему прибыл Палей, из России шли 40 тысяч во главе с Шереметевым. Вдоль Днепра и границ Полтавского полка были расставлены заставы, усилены гарнизоны крепостей, налажена система оповещения. Сам гетман стоял в Лубнах. Татары, убедившись, что гарнизон Переволочной был готов к бою, ушли левым берегом Ворсклы, грабя села и забирая людей в полон. Им так и не удалось взять ни единого укрепления, и, получив известие о приближении Мазепы и Шереметева, они ушли в Крым.

Этот провал означал конец «предприятия Петрика», равно как и других смут. В конце февраля к Мазепе приехал дьяк Посольского приказа Андрей Виниус, доверенный человек Петра. Миссия имела стратегический характер. Виниус должен был обсудить со старшиной перспективы дальнейших военных действий и разобраться во внутренней ситуации в Украине, равно как и оценить положение Мазепы. Виниус сделал благоприятные выводы, убедившись в том, что большинство жителей твердо придерживались православия и хранили верность царю. В разговорах с Виниусом они крайне негативно отзывались о татарах и поляках, равно как и о Петрике, ставшем причиной многих разорений крымцами. Стабилизация внутренней экономической жизни делала свое дело — теперь поднять людей на восстание в Гетманщине против Мазепы было не так-то просто.

На совещании с русскими гетман и старшина высказались за необходимость идти на турецкие днепровские крепости, прежде всего Кизикирмен. Но Виниус объяснил, что этот поход был отложен решением Петра до более благоприятного времени. Это шло вразрез с планами Мазепы. Запорожье не давало ему покоя. Шаткое соглашение, достигнутое с ними благодаря Палею, могло рухнуть в любую минуту. Кошевой атаман Гусак предупреждал гетмана, что в Сечи собралось множество голытьбы — голодранцев без оружия. Единственный путь нейтрализовать их — начать широкомасштабные военные действия против Турции, куда все запорожцы устремились бы в надежде на добычу, а самые крикливые полегли бы в боях.

Отмена похода резко ухудшила отношения Мазепы с «вольным рыцарством». В конце июня голытьба скинула Гусака с атаманства и выбрала Рубана, сразу заключившего перемирие с Крымом. Из Москвы была направлена грамота, извещавшая о решении царя не предпринимать этим летом похода, но запорожцы все равно видели во всем злой умысел Мазепы. Они прямо заявляли: «Пока Мазепа будет гетманом, нам от него нечего добра чаять, потому что он всякого добра желает Москве и к Москве смотрит, а нам никакого добра не желает. Только тот гетман будет нам на руку, которого мы поставим в Черной раде»[341]. В Сечи поговаривали, что, как только хан вернется из венгерской земли, они совместно устремятся на московские земли. В Гетманщине, мол, голытьба сама старшин да арендаторов побьет, а вот царям за все неправды счет предъявят запорожцы. Из Москвы срочно прислали богатое сукно, которое доставил в Сечь посланец Мазепы. Запорожцы остались довольны, говорили, что такого сукна еще не получали.

В конце сентября Палей вместе с Переяславским, Киевским и охочим полками были направлены Мазепой на Правобережье для совместных действий против татар. Но уже в походе Киевскому полку пришлось вернуться, так как крымская и белгородская орды двумя потоками хлынули в Украину. Мазепа объявил сбор войск в Батурине и выслал на Коломак Полтавский, Гадячский, сердюцкий и компанейский полки. Узнав об этом, Нураддин-султан повернул в Слободскую Украину и, набрав ясырь, ушел в Крым.

Палею опять сопутствовала удача. Вместе с Мировичем и Пашковским они ускользнули от орды и напали на окрестности Тягина, нанеся большой урон туркам. К ним наперерез устремился белгородский султан Онита. После ряда боев с превосходящими силами противника казаки укрепились в таборе и уничтожили около четырех тысяч татар. Простояв сутки под табором, орда ушла, а Мирович в октябре благополучно вернулся домой.

Слава удачных походов все больше укреплялась за Палеем, что в данном случае позволяло Мазепе использовать запорожцев и контролировать развитие внутренней ситуации. Теперь уже Петрик был ему не страшен. Зимой 1694 года гетман планирует очередной поход на Кизикирмен. Туда были направлены Палей и Лубенский полк Свечки вместе с отборными охотницкими полками. 2 марта, разбив сторожевой отряд татар, они начали осаду крепости. Это была только репетиция того предприятия, которое уже несколько лет готовила старшина во главе с Мазепой. Русские войска и осадная техника в нападении на Кизикирмен задействованы не были. Был сожжен посад и уничтожены все поселения близ города. Вылазка гарнизона была отбита с большими потерями для турок, после чего казаки снова с большой добычей благополучно возвратились домой. Тылы им на этот раз прикрывали запорожцы. Отряд во главе с кошевым Шарпило предпринял отвлекающий налет под Перекоп.

В августе Мазепа организовал очередной поход на Очаков. В нем участвовали Киевский полк и компанейцы, которые соединились с Палеем. Под Очаковом им удалось выманить из крепости отряд конницы и под прикрытием горящей степи заманить их в ловушку. Татары были порублены, а казаки с добычей возвратились домой, пригнав в Батурин около трехсот языков.

В сентябре наказной гетман Мазепы Лизогуб с 20 тысячами казаков предпринял еще один удачный поход на буджацкую орду. Казаки опустошили села, набрали много ясыря и другой добычи. Союзником Лизогуба снова был Палей. Успех похода частично объяснялся тем, что орда была вместе с турецким войском в это время задействована на войне с цесарем.

Активизация на юге была очень выгодна Мазепе. Недовольство уменьшалось, шальные головы были заняты в походах, авторитет гетмана в глазах Москвы возрастал, а усиление роли Палея пока было ему не опасно. Разведка боем завершалась, запорожцы были нейтрализованы, бунты усмирены, и теперь наступала очередь великих военных достижений. Начинался период Азовских походов.